тебя. Продал как корову на рынке.
С каждым шагом он приближался все больше и больше. Его полотенце казалось держится на добром слове, которое в этом диалоге явно не планировало проблескивать.
— А ты чем лучше?! Заставляешь таблетки пить лишь бы пользоваться мог подольше без последствий.
— Да что ты говоришь. Такой особенный?! Ни такой как все?
— Так, я не понял. Я видимо не к тому врачу тебя свозил. К психиатру надо по ходу. У тебя что, биполярочка?! То ты просишь кончить в тебя, а теперь я значит для своего блага тебя в больницу везу. Вначале ты под меня ложишься в отеле, в отместку своему Саше, плачешься о том, какой он мудак и что он так плох, затем убегаешь, оставив записку от меня к нему, потом убегаешь от него опять ко мне, узнавая, где я и как со мной связаться. А когда я нашел тебя, ты вдруг к нему любовью воспылала! Милочка, да у тебя беды с башкой! Но больше всего, удивляет то, что просишь меня кончить в тебя, но когда я подумал о последствиях, предложив тебе решение. На что получил реакцию, мягко говоря, странную. А именно на поездку к врачу и на таблетки- ты обижаешься. Ты что родить от меня хочешь? В твоих влажных фантазиях хочешь бабки с меня поиметь и к себе ребенком привязать? Хочешь расстрою. Ни одного человека детьми не привяжешь. — с каждым словом он сокращает расстояние м/у нами.
— Да от таких как ты лучше не рожать. И не привязывать надо, а отделаться от тебя хочешься.
— Да да, опять 25. Вот о чем и говорю. Тогда спроси себя какого гребанного хера ты с такой охотой каждый раз ложишься под меня? И извиваешься так, словно мужика не было лет 5, если не больше. Стонешь мое имя каждый раз, когда кончаешь, а кончаешь ты часто!
— Заткнись- шепчу я ему в губы.
— Давай, скажи, что мне еще сделать? Поцеловать тебя? Хочешь? Или может развернуть тебя и войти во всю длину сразу же?
— Со мной так нельзя. То, что позволяла ему, так это по глупости, да потому что влюбилась, больше я не позволю так с собой обращаться.
— А сейчас поумнела? Пока не вижу перемен. Я не планировал обращаться с тобой как кто либо когда либо вообще, в твоей жизни. У меня свои принципы и свои предпочтения, свое поведение и свои желания.
Он резко отодвинулся от меня, и я почувствовала прохладу, которая меня слегка отрезвила.
Глава 21. Катя
— Мы не закончили, куда ты пошел?
— Слушай, я не мальчик, со мной в эти игры играть не надо. Я подыграл, но думал что ты знаешь меру. Но ты заигралась.
— О чем ты?
— О чем я?! Я вижу как ты реагируешь на меня, даже сейчас. И эти сказки про «от таких как ты», «да от тебя»… прекращай.
— Что ты от меня хочешь?
— Секс. Все. Больше, я так понимаю, ты дать мне не сможешь.
— Я тебе еще раз говорю…
— Нет дорогуша, это я тебе еще раз говорю. Я тебя под защиту взял. Слушок уже пошел, что ты со мной в качестве очередной шлюхи или любовь на всю жизнь зависит от тебя. Отвечаю на немой вопрос в твоих глазах: Выгода моя от всего такова, что я не позволю через тебя на меня воздействовать и мое, право никто не имеет трогать. Выторговал я тебя у Князя, если так тебе больше нравится, и поэтому теперь ты в долгу у меня хочешь или нет. Понравилась мне. Выбирай сама какой вариант тебе больше нравится, тот и повторяй как мантру. А раз я уже взялся- доведу до конца.
— Любить тебя я больше не должна?
— Нет. Я ошибся в тебе.
Эти слова почему-то больно ранили меня.
— Что это значит?
— Катя, это значит ровно то, что я сказал. Я. Ошибся. В. Тебе.
— Я поняла, но что…
— Так, я устал.
Лютый уже собирался завершить диалог, но нет, это чувство недосказанности не даст мне уснуть.
— А не надо было очаровываться, чтоб потом не разочаровываться. От тебя я больше ожидала куда правдивей фразы, что-то типа «Я не достоин тебя. И с тобой должен быть более порядочный парень, но не я. Извини. Прости». А не то, что ТЫ разочаровался во мне.
— Ты что романы перечитала? — усмехнулся он, снимая рубашку и оголяя свою огромную спину, встань за которой, меня и видно не будет.
— Шлюхой назвать меня удумал?! Ты то отталкиваешь, то потом проявляешь любовь и ласку. Эдакие эмоциональные качели меня уже достали. Решил спасать, значит будь героем, а если решил портить жизнь-то перестань меня к себе располагать.
— Не надо очаровываться, чтоб не разочаровываться- произнес он, да с таким сарказмом, что злость взяла! Ах ты сука!!!Почему же меня так раздражает его умение выкручиваться из ситуации да так, что я остаюсь в проигрыше. Забыв про всё и всех. И даже про то, что была стрельба и я буквально обняв белого друга извергала в него перекус, я кинулась на человека который в 2 а то и в 3 раза больше меня.
Он уже успел улечься поудобней на кровать как я налетела на него. Урод ты эдакий!!! Повалившись сверху на него, я начала бить его кулаками. Стоит ли говорить, что мои удары ему были словно поглаживание.
— Ты испортил мне все что только мог! Я из- за тебя теперь живу не понятно как. Не вижусь с подругами и под прицелом какого-то там мудака! А все потому, что твой дурацкий дружок перепутал меня с хер пойми кем.
Я продолжала бить его, он же лишь отражал мои удары блокируя руками. Но мне все же удалось заехать ему по лицу, отвесив пощечину. И тогда игры закончились. Он схватил меня за запястья и посмотрел прямо в глаза. Нет, это был не Макс, это был Лютый. На меня смотрел тот самый Лютый который держал в страхе хрен знает на сколько огромную территорию.
— Ага, не приятно?! Вот так же я себя чувствовала унизительно у тебя в кабинете, когда ты вытворял со мной невесть что
Он резко притянул меня к себе за запястья, и я рухнула на него всем телом оказавшись у самого его лица.
— И тебе тогда понравилось.
Мое дыхание стало поверхностным. Казалось, я не дышала вообще.
— Как и в номере. Тебе тогда было хорошо, не ври.
