на это все реагировать, то я бы сейчас кричала или визжала, потому что удар, кажется, был сильным. Хейз сползает на пол по стене, но Ричарда это не останавливает.
- Никогда не смей прикасаться к тому, что принадлежит мне, — это первое, что я слышу. Гул в ушах затихает, но не пропадает.
Меня выводят из уборной, я больше ничего не вижу. Могу лишь слышать отголоски, которые доносятся до меня.
Я слышу громкий смех и мне кажется, что он принадлежит Хейзу, а после слышу, как он говорит Ричарду:
- А ты расслабился, друг. Уже не так пристально наблюдаешь за тем, что тебе принадлежит. Что одну девку из виду упустил, что вторую... Как там у нее дела в Германии? Я как раз запланировал туда визит...
А дальше я слышу лишь звуки ударов. Сердце как будто замерзает. Больше не бьется. Все что сейчас я ощущаю так это дичайший страх.
Меня волокут уже к выходу из заведения. Я замечаю, что здесь больше нет посетителей. Все столики, которые до этого были заняты, теперь пустуют. Зал заполнен огромными качками. Здесь есть те, которые подходили к нашему столику вместе с Хейзом. Они даже не думают двигаться с места, и только опустил взгляд чуть ниже я вижу, что люди Барнса направили на них оружие.
Дальше глаза скользят по перепуганному персоналу, который забился в угол и дрожит от страха.
Я понимаю, что все это моя вина. Один неразумный поступок привел к тому, что сейчас происходит. Я не знаю как исправить ситуацию. Вряд ли мои извинения могут хоть что-то изменить.
Я вижу, что перед рестораном стоит много машин. Перед глазами все плывет от нервов, и я просто не могу их сосчитать, да и вряд ли это мне чем-то поможет. Я понимаю, что дело дрянь.
Я таким Барнса еще никогда не видела. Я даже не могу быть уверенна в том, что он вовремя остановится и попросту не убьет Дерека. И я не знаю причина этому только то, что случилось со мной или нет.
Рвусь и вырываюсь. Я хочу это прекратить как можно быстрее, но охрана меня не пускает. Выводят на улицу и усаживают в машину.
Меня запихивают в салон машины и захлопывают дверь.
На крики и любые попытки вырваться, выбраться никто не реагирует. Словно машину заблокировали. Только двое качков стоят возле моей двери словно на всякий случай. Как будто немецкий автопром не настолько надеждой и может не выдержать моего натиска.
- Выспустите меня! - да они же там друг друга поубивают. Почему громилы стоят тут, а не несутся на помощь Ричарду?!
Моя истерика почти выходит из-под контроля, когда из заведения выходит Барнс.
И выходит — это очень сильно сказано. Лучше бы я его таким не видела.
Глава 11.
Я вжимаюсь в сидение, когда мои глаза фокусируются на его рубашке. Она в крови. В этом у меня нет никаких сомнений.
Глаза расширяются все сильнее, а тело как будто каменеет. Я не могу не то, что рукой пошевелить, не слушаются даже пальцы. Что он сделал? Он же его не убил?
Ричард не спешит идти к машине, в которой я начинаю реально сходить с ума от всех тех вопросов, которые взрывают мой мозг.
Мужчина останавливается у своих мордоворотов и что-то начинает им говорить. Судя по всему, отдает приказы. А у меня есть время чтобы полностью его рассмотреть.
Первое, что я делаю, так это изучаю его лицо. Оно излучает ярость. То, как он смотрит, как говорит. Мне кажется, что если бы он мог, то сейчас набросился бы на кого-то и разорвал бы его зубами.
Сердце колотится в груди с такой силой, что кажется вот-вот сломает ребра. Я не могу отвести от него взгляд. Таким я его еще никогда не видела.
Сейчас именно тот момент, когда мне стоит бояться этого мужчину еще сильнее, чем прежде. Но меня почему-то наоборот лишь сильнее к нему влечет.
Глаза опускаются ниже, и я вижу, что у него рассечена губа. Это Дерек? Это он его ударил? И в этот момент я чувствую, насколько сильнее начинаю презирать и ненавидеть Хейза.
Барнс продолжает что-то говорить своим охранникам и только сейчас я замечаю, что его руки сбиты в кровь. Сердце больно сжимается и мне тут же хочется выскочить из машины и нестись к нему. Хочется узнать, как он себя чувствует и хоть чем-то ему помочь.
И именно в ту секунду, когда я снова решаюсь дернуть за ручку дверцы и попытаться еще раз выйти из машины, Ричард как будто по команде оборачивается в сторону автомобиля, в котором сижу я. Наши взгляды встречаются и я даже на таком расстоянии вижу, как сильно темнеют его глаза. Ощущаю его злобу на меня так, как будто он уже рядом и орет прямо в мое лицо, что я безмозглая дура.
Я нервно облизываю пересохшие губы и еле сдерживаю громкий визг, который рвется из горла, когда Барнс срывается с места и несется к автомобилю.
Первый порыв — это бежать. Потому что я понятия не имею что он со мной сделает. Как накажет за глупость, которая привела ко всему этому.
Когда он открывает дверцу и садится за руль, я даже дыхание задерживаю. Боюсь даже дышать, потому что автомобиль моментально пропитывается его аурой. Мрачной. Злой.
Я жду, что он мне что-то скажет, потому что боюсь первой нарушить тишину. Надеюсь, что это сделает он. Но Ричард лишь заводит машину и срывается с места настолько резко, что меня попросту откидывает назад.
Наверное все, чему я сейчас могу радоваться так это то, что я сижу сзади. Потому что, если бы я сейчас сидела рядом с ним, мое сердце наверное бы разорвалось от дикого страха.
Барнс ведет машину настолько быстро и резко, что даже ремень безопасности, которым я пристегнута не спасает ситуацию. Я вцепилась обеими руками за ручку двери и мне
