Выдержка моя ещё держалась, несмотря на то, что игрушку хотелось сломать. Пока этого я себе позволить не мог. Пока. О, только пока, она была полезнее мне в своём призрачном и относительно живом виде.
— Слушай меня, деточка, с сегодняшнего дня — ты мой незримый свидетель, ты моя собачка. Попытаешь навредить и пожалеешь, что не сдохла сразу, до конца. Вопросы есть?
— Ты ничего не сможешь!
Мне надоело. Вот просто надоело. Как можно быть такой упертой идиоткой, не видящей дальше собственного носа? Она тут решила, что мы в куколки играем? Здесь одна кукла. Она. И она — моя кукла. Так что…
Алая лента сорвалась с пальцев. Испуганная призрачная принцесса кинулась в сторону, но недостаточно быстро. Нить, которой, естественно, управлял я, стегнула её, вначале по плечам, потом по спине, а следом — швырнула в стену. Обычно привидение не испытывает боли, только слабое подобие, эхо ярких чувств. Но в этот раз всё было по-другому.
Магия крови… даже её тонкое подобие, лишь отголосок, в таких умелых руках, как мои — страшное оружие.
Она прочувствовала всё.
Словно спиной приземлилась не на стену, а на коврик с иглами.
— Ну, как? — спросил я заботливо, когда призрачная принцесска снова открыла глаза, и в них появилось хоть какое-то подобие разума. Касаться своей новой игрушки, я бы и не подумал, но нужно было привлечь её внимание к одному очень интересному аспекту. Протянув руку, я оттянул алый ошейник, появившийся на шее девушки, и отпустил его, отчего Медуница тут же болезненно прищурилась. Конечно же, это очень больно.
— Я не буду повторять дважды, трижды. Я сказал только один раз, зайка. Ты всё запомнила и теперь будешь меня слушаться.
Это не было вопросом, но Медуница закивала, один раз, второй, третий. А потом заплакала. Кивала и плакала.
Я смотрел на неё… наверное, с интересом. Новая игрушка это всегда так волнующе!
— А пока, моя милая зайка, если ты не хочешь, чтобы я оторвал тебе ушко или лапку, ты сейчас встанешь и отправишься отсюда присмотреть за Ритани. У этого парня хорошая интуиция, так что следи за ним издалека. На границе собственной чувствительности, и как только увидишь, с кем он встречается, следи за тем, кто был его визави. Поняла? Вечером придёшь и отчитаешься. Вопросы?
Отчаянное мотание головы, и когда я дал такое соизволение, моя несостоявшаяся жена меня покинула.
Я остался один, снова наедине с документами. И говоря о них. Вне всяких сомнений, в княжестве был не один заговор, и уже это открывало простор для комбинаций и фантазий.
Для начала, стоило разделить все зараженные департаменты на группы.
Некоторые были полностью подчинены кому-то, некоторые — только частично.
Где-то вся эта заговорная катавасия шла сверху, а где-то — снизу.
Хорошего во всём это, пожалуй, было только то, что из трёх заговоров, два можно было смело рушить. Третий же управлялся кем-то очень умным. Слишком умным, чтобы можно было разобраться с наскока. И смысла рушить выстроенную этим заговорщиком систему не было. Пока жив он, любая система может быть восстановлена с нуля.
Бессмысленная идея, что называется.
Так, где-то в документах это было… кто именно сейчас занимается моим сектором внутренней безопасности. Кто-то из драконов. Документы. документы, мои документики. О! Нашёл. Вот они назначения.
Так, так, так. Мой военный департамент возглавил Таймгар, это… кто это такой? А! Фиолетовый дракон.
А человек-сосиска, который успокаивал свою соплеменницу одним видом, Сантайр и возглавил департамент внутренней разведки.
Кого же мне отправить за ним? Надо бы общаться… Конечно, плохо, что он человек, но такое количество эльфов на всех не хватит, сколько нужно, чтобы обеспечить всё и разом.
И вот опять, о чём я думаю?
Позвонив в колокольчик, я велел слуге: «Сантайра ко мне, сейчас же…»
Я даже договорить не успел, как шустрым тараканом мальчишка растаял в дверях. И совсем я не такой страшный. Я даже красивый!
Красивый… очень!
А не поиграть ли мне с эльфиечкой? Шайррайра. Свет и вода, кажется. Симпатичная малышка же была. Очень симпатичная. И уж тем более, гораздо лучше той зайки, что должна была стать моей женой. Как подумаю, вздрогну. Чтобы человеческую подстилку в свою кровать брать! Хорошо, что она раньше сдохла, чем пришлось это действительно делать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Так. А с эльфиечкой пообщаться плотно действительно надо. Хороший ужин, приятный разговор… Она, конечно, покрупнее будет, чем правильные эльфиечки в моём вкусе, но местные слишком дёрганые. Устал я от них.
— Князь Каннат, могу я?
— Да, конечно, — царственно кивнул я, поднимая голову и разглядывая Сантайра. Человек.
Не люблю я людей. За дело не люблю. Если бы не человек, магия крови никогда бы не достигла такого размаха на Альтане. Если бы только не люди…
— Садись, куда-нибудь, куда тебе удобно. Нас ждёт долгий разговор на сегодня.
— Долгий?
— Куда-то спешишь? — улыбнулся я, ощущая, как от ярости начинает стягивать скулы. Он смеет что-то ставить выше меня? Выше моих решений? Выше моих распоряжений?!
— Должны прибыть … три интересных свидетеля, ваше княжеское величество. К слишком умному заговорщику подобраться я пока не могу, а вот заговор со стороны Кенингского государства. Ещё пару дней, и я буду точно знать, насколько сильно соседи желали вмешаться в дела княжества.
— Интересно, интересно, — я облизнул верхнюю губу, тонкие клыки, задумчиво глянул на Сантайра, расслабляясь. — Значит, Кенинги решили, что они достаточно сильны, чтобы на эльфийское княжество позариться?
— Да, князь Каннат.
— Это они зря так решили, очень зря… Так. Значит, ты нашёл два заговора?
— Три, — осторожно ответил человек.
Глянь-ка, у него есть голова на плечах? Там, в этой голове есть ум?! Как интересно! Кощунственно немного, но интересно.
— Значит, один заговор — это Кенинги. Второй заговорщик слишком умён и осторожен, нигде не засветился. Никак его не достать, не поймать. А вот третий заговорщик — это у нас княжество Гольцанское, тоже человеческое. Только менее активно они себя ведут, да и меньше себе позволяют. Так. Так… Челюсть подбери с пола, не люблю, когда на моём полу мусор валяется, — грубо бросил я растерявшему человеку. — И ближе к делу. Какие сроки? Я так понимаю, Кенинги никогда не отличались терпением, потому и биты нещадно были.
— Мне и нужно поэтому, князь, провести… допросы особых гостей, чтобы знать точнее, в какой срок собирались привести свой план в исполнение … они.
— Хорошо, — кивнул я. — Так. Теперь слушай, что ты должен сделать. Кто там из ваших… голосом хорошо владеет. Вспомнил! Зелёный дракон Вестон. Берёшь его. Берёшь с собой вашу целительницу. Дальше вы делаете следующее…
На то, чтобы изложить в приказном порядке мой план Сантайру, ушло от силы пятнадцать минут. Потом несчастный человек, глядя на меня глазами, размером с блюдца, закивал и вышел в дверь. Ко мне спиной не повернулся при этом ни разу.
Ну, и не больно хотелось! Ладненько, ладненько.
Промурлыкав себе под нос какой-то доставучий мотивчик, из тех, что в последнее время на наших балах начали играть (заразились у дурацких людишек), я поднялся с места. Походил по кабинету, остановился у карты.
Сейчас, на смену Сантайру, должен был прийти его противоположность — то есть, фиолетовый дракон. И если красного дракона я уже видел, ну, имел несчастье познакомиться ближе с излишней заботой этого страдальца о ближних своих, то вот фиолетовый дракон для меня был загадкой.
Умён ли? Раз эльф, то, по умолчанию, между ушей не пусто. Но насколько не пусто только предстояло выяснять.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На завтрашний вечер, чего откладывать? я заказал ужин в номер и эльфиечку Шайррайру. Пойдёт десертом. Или, может, основным блюдом, я ещё не решил, чего мне хочется больше.
— Заходи, — кивнул я.
Несчастный дракон, даже не успевший постучать, переступил порог моего кабинета с затаённой дрожью. Он был эльфом, а значит мне, как сородичу, читать его было легче. Хотя, это не значило, что от такого нельзя было защититься. Скорее, этот Таймгар понимал, где он находится.
