воспоминания, пока те не были полностью поглощены. Монстры привыкли так поступать с девушками, заставляя переживать пытки, когда начинают их ломать. В конечном итоге, как только вытягивают много воспоминаний из разума, начинают извлекать из глубин подсознания. Синтия думает, что это воспоминание, и мы все станем причинять ей боль. Правда, крошка?
Райдер оттолкнул Ашера в сторону и заключил моё лицо в грубые ладони. Я чувствовала вкус ликёра в его дыхании. Он опустил руки, притянул меня ближе, потираясь губами о мой рот.
— Вот, разве я хочу причинить тебе боль? — хрипло спросил он. Он смотрел прямо мне в глаза, а потом поцеловал. Я позволила ему, прижимая ближе, пока не почувствовала, как тепло его тела окутывает меня, согревая внутренности, и застонала. — Женщина, я люблю тебя.
Малахия никогда не заводил воспоминания так далеко, никогда не позволял Райдеру произносить эти слова
Я отодвинулась, посмотрела на Райдера, а затем подняла колено и ударила его по яйцам, отправив в полёт через зал. Райдер вмазался в стену. Я стояла неподвижно как статуя, и наблюдала, как Райдер, тяжело дыша, скатился вниз. Никто не двигался, пока я медленно шла вперёд, насторожившись и полностью контролируя ситуацию. Райдер поднялся, стряхнул пыль от проломленной стены с плеч и, развернувшись, посмотрел на меня.
— Вот это моя девочка. Добро пожаловать домой. — Его губы изогнулись в улыбке. Райдер не заботился о том, что я собиралась уничтожить его и стереть в порошок эту ухмылку.
— Беги, чёртов Фейри, — прошептала я едва слышно, но так, чтобы предупреждение до него дошло. Что-то затрепетало у меня за спиной и я, чуть повернув голову, увидела, что у меня крылья. Это что-то новенькое. Я наблюдала, как они полностью раскрылись, и ухмыльнулась, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Райдера. Он исчез, и я последовала за ним в потоке движений. Райдер думал, что может просто вернуться и сказать, что любит меня? Да пошёл он. Он оставил меня там умирать, на мучения в течение двадцати грёбаных лет моей жизни.
Я холодно улыбнулась, изучая образы, которые проходили через поток вместе со мной. Я приземлилась раньше и пнула Райдера в спину, наблюдая, как он перекатился по земле, принял сидячее положение, а затем просеялся.
— Тебе, мать твою, лучше быстро бегать, мудак.
Глава 9
Райдер материализовался рядом с Прудами Фейри, и я приземлилась перед ним, замахнувшись, когда он повернулся ко мне и перепрыгнул через ногу. Я подалась вперёд, желая разорвать грудь и забрать сердце, но он схватил меня за руки.
— Какого хрена, Синтия? — прорычал он.
— Пошёл ты! — зашипела я, почувствовав, как остальные просеялись к нам.
— Предполагалось, что там никого нет, — заметил Райдер и отпустил мою руку
Земля вокруг задрожала, когда я выбила почву у него из-под ног, отправив плыть к воде. Я просеялась, пнув его в живот с сердитым рычанием, прежде чем он успел всплыть на поверхность. Он просеялся, не нападая, как я хотела, а вместо этого появляясь на берегу. Тяжело дыша, я медленно вышла из воды и направилась к нему.
— Я думал, что тюрьма пуста.
— Это не так.
Я просеялась, но Райдер исчез за мгновение до того, как я добрался до него. Окружающие с прищуром смотрели на мои крылья и пульсирующие метки, которые шли от предплечий по рукам и обвивались вокруг туловища.
Я исчезла и появилась в лесу. Затем огляделась, медленно пробираясь сквозь кусты босиком, одетая только в тонкое платье, в котором проснулась. Я чувствовала, что он наблюдает, его запах наполнял окружающие леса.
— Ты бросил меня умирать, — обвинила я, почувствовав остальных, прежде чем они просеялись, продолжая наблюдать за мной с безопасного расстояния.
— Я оставил тебя там, чтобы ты стала такой. — Он указал на меня, и я ухмыльнулась.
— Да, мне нужно было отказаться от того, кто я? Ты знаешь, какие монстры были там, внизу? Пожиратели душ, шредеры, поглотители плоти, и мои любимые, те, которые проникают к тебе в вагину, чтобы съесть твои яичники, потому что они так привлекательны для них. Там, внизу, были тысячи монстров, и мой милый, любящий, хренов муж бросил меня им, чтобы я могла избавиться от человечности? Поздравляю! Человечность исчезла, но и твоя жена тоже, придурок, — прорычала я, глядя на темнеющее небо.
Я зашипела и выдохнула, наблюдая, как языки пламени прыгнули на окружающие деревья. Воздух в лесу наполнился запахом горящей древесины и сосновых иголок. Я закрыла глаза, когда гром и молния ударили вокруг. Поднялся ветер, и деревья начали вырываться с корнем, пока Райдер, наконец, не вышел из-за одного из них.
— Двадцать хреновых лет, — рыкнула я.
— Три дня, — твёрдо возразил Райдер, осматривая меня.
— Ты уверен, что ровно три дня? Это время я потратила на попытки вскарабкаться по стенам этой пещеры. Три дня ты шептал, как я недостойна быть рядом с тобой. Как ты заменишь мою ничтожную задницу на троне. Знаешь, сначала я сомневалась, что это ты. Затем дни превратились в недели, а недели в месяцы, и прошли годы… Я поняла, ты бросил меня, как они и говорили. О, я пыталась держаться за надежду, но там надежда — чертовски бесполезная штука. Надежда сделала меня слабой, потому что я цеплялась за неё, думая, может, ты поймёшь свою ошибку. Хотя гнев — это нормально. Он был полезен. Благодаря ему я боролась с тенями, пытаясь оставаться на свету как можно дольше.
Я просеялась, приземляясь прямо позади Райдера, проталкивая пальцы сквозь его позвоночник, чтобы обхватить рукой бьющееся сердце. Тошнотворное чавканье плоти заставило монстра внутри меня взреветь, чтобы я забрала сердце, но я не хотела смерти Райдера. Желала лишь, чтобы он знал, каково это — чувствовать боль.
— Ты не можешь убить меня, — тихо сказал Райдер, но боль сквозила в его голосе.
— Ох, Райдер, я не хочу тебя убивать. Только разорвать на части, чтобы ты знал, каково это. Знаешь, что происходит, когда они начинают удалять тою сущность? Ощущение, когда ты полностью осознаёшь, что тебя превращают в не более чем бездушную, холодную тварь? Позволь рассказать, как монстры, препарировали меня. Забрали плоть, кровавый кусочек за кусочком. Затем сожрали органы, но только те, которые не были нужны для жизни. Смерть не приходила. Чтобы избавиться от того, кто ты, нужно выдержать пытку живым и оставаться в сознании. Затем через глаза вынимают душу. Мне вырвали глаза и оторвали конечности, чтобы я не смогла сбежать. Потом оторвали язык, чтобы я не могла кричать. Они делают такие ужасы с твоим
