Только Элим не ставил себе целью победить Кэнсэя. Он хотел изучить его способности и помочь нагу освоиться с новым телом. Свою задачу он выполнил.
На теле голема осталось несколько отметин от его алебарды. Благо голем обладал способностью к саморегенерации. Эти отмены не на глазах затягивались, но за пару часов они вполне могут полностью затянуться. У этой способности был предел и все время так регенерировать Кэнсэй не сможет, для этого, точно также как и у людей, у него должны быть запасенные, внутренние ресурсы. Для голема это были резервы сплава, запасенные внутри его тела. Поэтому пока у голема есть этот запас металла, он сможет восстанавливаться. Элиму пришлось серьёзно подойти к этому вопросу, так как в противном случае после каждого второго сражения, у големов появлялись бы бреши в броне, через которые легко добраться до их сердца. И после каждого рейда пришлось бы перековывать существенную часть тела голема или и вовсе создавать новые детали.
— Ты как? Устал? — спросил Элим у своего первого боевого голема.
Кэнсэй отрицательно покачал головой.
— Ну, тогда готовься, детишки захотят подраться с тобой.
Голем, уже успевший спрятать свои катаны в ножны, сделал вид будто хрустит пальцами, разминая их.
Элим закинул алебарду горизонтально за шею и закинул на нее руки, положив запястья на оба конца оружия, а затем двинулся в сторону беседки, где сидели его люди. На полпути он уже увидел, как Артем, Лев и Иван бежали в его сторону, а если быть точнее их целью был голем, с которым он только что дрался.
— Не бей их сильно Кэнсэй, — крикнул Элим, когда двое парней пробежали мимо.
Собиратель Душ зашел в беседку и сел на место только, что убежавших парней и сразу набросился на съестное — последний раз он нормально ел пару дней назад.
— У них есть хоть какой-то шанс? — задала вопрос Настя.
— А ты как думаешь? — жуя, ответил вопросом на вопрос Элим.
— Ни единого, — с улыбкой произнесла девушка, наблюдая как «троица придурков» набросилась на голема.
Все присутствующие уже были опытными бойцами и наблюдая за поединком Элима с Кэнсэем, поняли, что никто из них не был противником для голема. Та троица пошла сражаться с големов просто чтобы повеселиться.
— Ты этим занимался последние две недели? — спросила Ламия, наблюдая как Кэнсэй выбивает дух из трёх парней.
Голем достал лишь один клинок, чтобы блокировать самые сильные атаки, остальные ему без особого вреда можно принимать своим металлическим телом.
— Не только, но этому уделял большую часть времени.
Дальнейших вопросов не последовало — ребята предпочли понаблюдать за сражением Кэнсэя с тремя бойцами Бессмертного Оплота. Хотя сражением это можно было назвать с большой натяжкой: Кэнсэй имел абсолютное преимущество в поединке с этой троицей. К этому моменту за этим поединком наблюдали почти все свободные люди в Бессмертном Оплоте. Слухи об очередном невероятном проекте Элима быстро разошлись по базе, собрав кучу зрителей.
Самая известная троица дебоширов Бессмертного Оплота в итоге была полностью смята за несколько минут, а Кэнсэй по-прежнему выглядел полным сил и готовым к бою.
— Насколько же он сильный? — задал очередной вопрос Раймонд.
— На седьмом этажа с ним смогут драться единицы, а на восьмом он будет являться элитным бойцом.
Этот ответ ошеломил всех присутствующих. Всем присутствующим было прекрасно известно, что Элим не выкладывался на полную во время поединка, поэтому не ожидали такой высокой оценки. Иван чуть не погиб когда их группа столкнулась с группой монстров с шестого этажа. А Кэнсэй был по силе равен сильному войну с восьмого этажа! Это значило, что его одного будет достаточно, чтобы драться со всей элитной группой этой базы.
После поражения первой троицы, появилось еще несколько добровольцев, желающих сразиться с Кэнсэем.
Элим в это время набивал опустевший желудок.
И тут Вика задала вопрос, который мгновенно прервал все разговоры и перешептывания:
— А ты сможешь создать голема из человека?
— А девчонка-то смотрит в самую суть, да? — с холодной усмешкой проговорил Тёмный за спиной Элима.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Его слова были к месту.
Вика сразу увидела самую главную возможность, которую давали големы: если кто-нибудь из них погибнет, а Элим соберет его душу, то сможет ли он вернуть его в виде голема?
Сейчас вокруг него сидели самые сильные бойцы этой базы Бессмертного Оплота, самые доверенные его люди.
В этот момент от тела Элима разошлась странная волна энергии, которая быстро распространилась, накрыв прозрачным барьером всю беседку, где они расположились. Сейчас, даже если он станет и начнет орать во всю глотку, никто за пределами этого невидимого барьера его не услышит. Это был навык принадлежал одному из монстров на седьмом этаже, если быть точнее зверю-хищнику, наподобие кошачьих. Этот навык не позволял звуку распространяться за пределы определенной области.
Очень полезная штука, если ты хочешь, не поднимая шума устранить свою цель. Элим уже не раз использовал его в подземелье. Большинство из присутствующих смогли почувствовать волну исходившую от тела Элима, поэтому сейчас ждали пока он начнет говорить и объяснит, что это такое.
— Теперь за пределами беседки наш разговор не услышат. А касательно твоего вопроса, — Элим пристально посмотрел на девушку лучшего друга, — я могу создать голема из любой души. Человек, зверь, монстр, неважно — пока у меня будет его душа, то я смогу вернуть её в виде голема. Ты это хотела услышать?
— То есть, если кто-нибудь из нас погибнет, то ты сможешь воскресить его? — с нескрываемым волнением в голосе произнесла Вика.
В этот момент взгляды всех присутствующих сосредоточились на Элиме.
Воскресить. Очень интересное слово, неразрывно связанное с таким понятием как жизнь. А что из себя представляет жизнь? По мнению Элима жизнь — это чувства и эмоции, которые эти чувства приносят. Радость, злость, грусть, наслаждение, боль и т. д. — всё это неотделимая часть жизни. Стоит убрать хотя бы одну из этих составляющих, то жизнь станет не полной, и счастья никогда не добиться.
А что же чувствуют големы? Они не чувствуют ни тепла, ни холода. Они не могут ни есть, ни пить, ни придаваться любовным утехам. Они могут лишь чувствовать какое-то подобие боли, когда ранят их тело. Всё их тело заточено под сражения, создано чтобы душа им управляющая могла сражаться. Големы даже спать не могут. И со временем, любой, кто хоть раз чувствовал приятный вкус еды или напитка, кто своей кожей чувствовал тепло солнечных лучей или прикосновения любимого человека. В общем-то, любой человек, потеряв возможность чувствовать такие привычные для него вещи, со временем начнет меняться. Сначала он будет рад тому, что не умер, эйфория от этого будет какое-то время поддерживать его в приподнятом настроении.
Но потом, лишившись самых примитивных радостей, он попробует заменить их чем-нибудь другим, не важно чем. Сражения, работа, искусство или ремесло — всё, что будет отвлекать его внимание от того, чем он мог заниматься раньше. Со временем его характер измениться, станет холоднее, черствее, злее. Какую бы помощь ему не оказывали друзья, наблюдая за тем как обычные люди могут делать те вещи, которых он лишен, причем нисколько не обращая на это внимание, человек будет злиться. В конце концов такой человек просто сойдет сума от ярости и злобы.
Элим хорошо знал, как это происходит.
Было много факторов приведших к тому, что он слетел с катушек. Одним из этих факторов стали неотвратимые повреждения, которые Элим нанес своему телу в его отчаянных попытках стать сильнее. Проведя над собой бесчисленные эксперименты, пережив десятки мутаций, его тело потеряло практически все чувства. Первым Элим потерял вкус и то немногое, что могло принести ему хоть какую-то радость, превратилось в безвкусную массу поддерживающей его тело. Затем он перестал чувствовать тепло или холод. Он отчетливо помнил, как он жег себя самого, чтобы почувствовать хоть капельку тепла. Однако всё, чего он добился была боль. Потом он вообще перестал различать цвета, и весь мир превратился в черно-белый фильм. И любой, даже самый красивый пейзаж, перестал радовать глаз. Можно сказать, что под конец своей жизни Элим был способен чувствовать только боль.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
