том, какое могут иметь значение для призрака внешние установки по сравнению с её собственными и едва осознаваемыми желаниями? Так что вон она, твоя дочь, экспериментирует с набранной информацией и собой, пытаясь понять, что с ней происходит. А у неё просто просыпается эмоциональная сфера.
Только и всего. Ну, не считая, конечно, что это мировое открытие, блестящий прорыв науки, удачный эксперимент и…
— А вот с Витей будешь разбираться сама! — внезапно злорадно добавляет Нина, складывая на груди руки. Ей, блестящему ученому и уважаемому гражданину, крайне неприятно было играть в шкодливого щенка и строгого хозяина ранее.
— Он на это подписывался, — каменеет лицом майор, — С чего…
— На Юлькино пробуждение? — подхватывает помятая подруга, — Конечно! Тут придраться не к чему! Тут я сама на твою защиту грудью встану! А вот то, что твои орлы отмудохали его, когда он принял нормальный вид, отпустив Юльку, — это только твой косяк, Неллечка! Нехер было курицу около доченьки изображать!
Это было правдой. Буйствующего призрака, выпущенного Изотовым на свободу, тут же поймала в свою «сферу изоляции» подоспевшая к происходящему Цао Сюин, спешившая к своей внучке, а вот обожжённому парню не повезло попытаться встать на ноги именно в тот момент, когда к «Жасминной тени», скрипя покрышками по гололёду, прибыла оперативная группа «Коготь», тут же принявшаяся усмирять того, кого сочла опасным. Если бы только комендант общежития догадалась кинуть свою «сферу» на Виктора, то всё могло бы обойтись, только вот и сама пожилая китаянка и многочисленные свидетели происходящего не видели от ранних действий бегающего голого паренька никакой угрозы. С их точки зрения Изотов вёл себя максимально миролюбиво, от чего заключения не заслуживал никакими местами.
«Коготь» же посчитал иначе, взяв парня по жесткому варианту. Их сложно было винить, как совсем недавно большая часть отряда присутствовала при срыве Изотова, отхватив себе полные пригоршни мозговых кошмариков, от которых Молоко до сих пор бойцов лечила снотворными коктейлями. С переменным успехом.
— Кстати, Нин, — напряглась товарищ майор, — Я попробую что-то решить, но сам Виктор? Как тогда — не будет?
— Тогда? — язвительно переспросила куратор Симулянта, — Когда он разнес ограничители в камере и нас всех чуть не перебил?
— Д-да, — с запинкой кивнула блондинка, запомнившая тот день как один из самых черных на своей памяти.
— Расслабься, Нель, — фыркнула ей в ответ подруга, — Явление это знакомое, хоть и редкое. Называем «перегрузкой». Витя тогда был не стабилен ни разу, его способности заканчивали формирование и тут он, с твоей, между прочим, помощью, впадает в амок. Знаешь, что это такое? Ну вот. Там такой уровень кортизола случился, что нестабильная система откликнулась на грани и за гранью возможностей. А так как Витя при этом ничего не хотел и ни к чему не стремился, у всей этой закритической энергии был лишь один выход — его пассивная способность экспата, скакнувшая на новый уровень. Временно. Кстати, я уверена, что будь тогда рядом Юлька, то она бы сразу и «толкнулась» …
— То есть, на такие фокусы он больше не способен? — въедливо уточнила майор, внезапно начавшая прозревать. То есть — если верить горячим уверениям подруги, то проблемы с начальством, с городскими и даже национальными властями решатся довольно просто, стоит лишь продемонстрировать успешные результаты «пробуждения» призрака, а вот злой Изотов, уже пару раз доказавший своё упрямство и принципиальность…
— Не способен, гарантирую, — вновь скрестила руки на груди ученая, тут же поправившись, — В рамках того, что мы знаем о Симулянте, конечно. Но ***ться с ним будешь теперь сама. Хоть соси ему круглыми сутками, хоть отряд свой для этого подключай, но он должен тебя и твоих дуболомов простить. Ему с Юлькой еще работать и работать!
— Что значит работать?! — аж подскочила на стуле двухметровая блондинка, уже видящая дочь дома.
— А ты думала, всё закончено?! — рявкнула на неё Молоко, тыча пальцем в монитор, показывающий палату с парнем, — Это только начало! Не чувствовать всегда легче, чем чувствовать! Результат нужно закрепить, иначе всё пропадёт! Навсегда! Не ты, ни я, ни товарищ Главнокомандующий, никто не сможет убедить Юльку в том, что ей с эмоциями будет лучше, легче и проще, потому что это вранье! Только рядом с Витей, только постоянно находясь в резонансе! Поняла?! Теперь п**уй вымаливать прощение!
После выкрика Нины в воздухе повисла тишина. Обе женщины смотрели в сторону палаты с избитым неосапиантом и молчали.
— …
— Нин?
— А?
— А где он?
Глава 7. Темный попутчик
Вот вы спросите меня: «Витя! Как ты можешь сидеть тут такой довольный? Тебя чуть несколько раз не убили, затем избили, отнеслись абсолютно по-свински, совершенно несправедливо, а ты сидишь в этом темном пятачке позади университета, куришь, отхлебываешь пиво из бутылки, светишь очень побитой и обожжённой рожей, но при этом такой довольный? Ты же никого не простил, Витя! Да, понял, не вопрос, но…»
«Зато отомстил», — скажет Витя Изотов и будет категорически прав.
Как может отомстить маленький побитый мальчик паре десятков здоровых дядь, съевших не одного ротвейлера на убийстве и гноблении таких вот маленьких мальчиков? Конечно, учитывая то, что мальчик не только хочет провернуть алаверды по отношению к этим большим резким недоумкам, но и сделать это так, чтобы его потом не посадили?
Довольно просто на самом деле. Достаточно, чтобы праведное пламя мести играло в жопе. Еще понадобится свежеукраденная пластиковая линейка, из которой так легко сделать парящую густым белым и вонючим смрадом «дымовуху», а также знание, где сейчас отдыхают от трудов неправедных эти козлы. Что мы делаем дальше? Зашкериваемся поближе к этой казарме, превращаемся в туман, пускаем тоненькую струйку себя к ним в гости. Тщательно и любовно намазываем весь пол в этом вертепе тестостерона своей слизью повышенной вязкости, а затем, вновь приняв человеческую форму, поджигаем и закидываем внутрь «дымовуху», сопровождая заброс злым и узнаваемым человеческим голосом, обещающим товарищам солдатам натягивание глаз на жопы в промышленных количествах.
А потом удираем, дав сделать за себя всю работу гравитации. Просто, безыскусно, достаточно эффективно, а все травмы, моральные и физические, мужики наносят себе сами. Слизи-то я научился выделять в значительно больших количествах после всей этой эквилибристики в снежном парке.
Красота. Еще раз отхлебнув из бутылки, я полюбовался на мигающий «-1» балл на своих часах. 12 осталось. Хорошо. Видимо, кто-то из власть предержащих меня спалил из окна. Отлично. Жалкий, побитый, взъерошенный, с пивом — то, что нужно для реноме. Глядишь еще пару дней, и кто-нибудь ко мне подползёт. К примеру, даже не
