Читаем без скачивания Смертельный яд - Дороти Сэйерс

— И вы туда же, — лучась от удовольствия, заявила миссис Балфинч, — не знаю, что бы вам сказал мой муж. Он очень расстроился, когда за мной пришел полицейский и потребовал, чтобы я отправлялась в Скотленд-Ярд. Он сказал: «Не нравится мне это, Грейси, нас всегда здесь уважали и мы никогда не продавали спиртного после положенного часа. А ведь стоит туда попасть, и бог весть какие они зададут тебе вопросы». А я ему ответила: «Что ты разнюнился? Меня все знают, и никто ничего против меня не имеет, а если они хотят узнать о джентльмене, который оставил пакетик в «Кольцах», я с удовольствием расскажу. Что тут такого?» И еще я сказала: «Вот если я не пойду, то десять к одному, они что-нибудь заподозрят». «Ну ладно, — сказал он, — тогда я пойду с тобой». — «А как же новый бармен, которого ты утром собирался нанять? — ответила я. — Меня больше не заставишь заниматься этими бутылками». Поэтому я здесь, а он остался дома. За это я его и люблю. Не хочу сказать ничего плохого о Балфинче, но, полиция там или не полиция, я умею постоять за себя.

— Безусловно, — терпеливо ответил Паркер. — Мистеру Балфинчу нечего беспокоиться. Нам надо от вас одно — чтобы вы как можно подробнее рассказали о том молодом человеке и помогли нам отыскать пакетик из-под белого порошка. Так вы сможете спасти невинного человека от приговора, и я уверен, ваш муж не будет возражать.

— Бедняжка! — промолвила миссис Балфинч. — Как только я прочитала отчет об этом процессе, я сразу сказала Балфинчу…

— Минуточку. Если вы не возражаете, миссис Балфинч, давайте начнем сначала, чтобы лорду Питеру все стало ясно.

— Конечно. Ну так вот, милорд, перед тем как выйти замуж, я работала барменшей в «Девяти кольцах», как сказал старший инспектор. Меня тогда звали мисс Монтегю — что гораздо красивее, чем Балфинч, и мне было очень жалко расставаться с этим именем, но девушке приходится идти на огромные жертвы, когда она выходит замуж, так что одной больше, одной меньше — роли не играет. Я никогда не работала официанткой в пивной, только стояла за стойкой бара, вход в который с другой стороны, так как в округе обитала не слишком утонченная публика, а в бар по вечерам заходили очень приличные джентльмены. Так вот, Я работала там до свадьбы, а замуж я вышла в августе. И помню, однажды вечером к нам зашел джентльмен…

— Не можете ли вы вспомнить точную дату?

— Точную нет — не стану врать, но это было где-то перед самым длинным днем года, потому что, помню, сказала ему об этом, чтобы, знаете, поддержать беседу.

— Это достаточно точно. Значит, около 20–21 июня?

— Верно. А вот время я вам могу назвать точно, вы ж любите следить за стрелками часов. — Миссис Балфинч снова хихикнула и игриво огляделась в ожидании аплодисментов. — У стойки в это время сидел один джентльмен — я его не знаю, он не из местных, — и он спросил, когда мы закрываемся, а я ему ответила: «В одиннадцать». И он тогда сказал: «Слава богу! А я думал, меня выставят в 10.30». А я посмотрела на часы и добавила: «Не волнуйтесь сэр, у нас эти часы всегда спешат на пятнадцать минут». На часах в это время было двадцать минут одиннадцатого, значит, на самом деле — пять минут. И мы еще поболтали обо всех этих запретах и о том, как они пытаются сократить время до половины одиннадцатого, и о нашем добром друге судье мистере Джадкинсе. И пока мы говорили — я это очень хорошо помню, — дверь распахнулась, и в бар влетел молодой джентльмен. «Дайте мне двойное бренди, быстро!» — закричал он. У меня как-то не возникло желания его обслуживать, такой он был бледный и странный. Я решила, что он уже принял достаточно, а хозяин за этим очень следил. Но говорил он нормально, не повторял одно и то же, и взгляд у него не блуждал, хотя глаза были какие-то странные. Мы в нашем деле, знаете ли, хорошо разбираемся в таких вещах. Он схватился за стойку, согнулся чуть не вдвое и говорит: «Будьте умницей, налейте мне покрепче. Что-то мне очень Плохо». А джентльмен, с которым я разговаривала, сказал: «Держитесь! Что случилось?» И молодой человек ответил: «Кажется, я заболеваю» и вот так сложил руки на животе.

Миссис Балфинч обхватила себя за талию и трагически закатила большие голубые глаза.

— Ну, когда я увидела, что он не пьяный, я налила ему двойной «Мартель» и чуть-чуть содовой, он выпил залпом и сказал: «Да, теперь лучше». А другой джентльмен взял его под руку и помог сесть. Посетителей оставалось довольно много, но они не обращали на него внимание, в это время передавали новости с бегов. Потом молодой человек попросил у меня стакан воды, и я принесла ему, а он сказал: «Извините, что напугал вас, но у меня большие неприятности, и, наверное, это сказалось на моем желудке, ведь у меня гастрит». Так он сказал и добавил: «Любые волнения тут же отражаются. Надеюсь, это мне поможет». И он достал белый пакетик с порошком, высыпал его в стакан с водой, размешал авторучкой и выпил.

— А порошок не шипел? — спросил Уимзи.

— Нет, и он еще потратил время, чтобы как следует его размешать. Он выпил и сказал: «Это поможет» или что-то в этом роде. Потом он сказал: «Спасибо. Мне уже лучше, теперь я поеду домой». Взял шляпу и вышел.

— А много он насыпал порошка в стакан?

— Да, солидную порцию. Он не отмерял, просто сыпанул из пакетика. Думаю, там было с десертную ложку.

— А что стало с пакетиком? — осведомился Паркер.

— Ну так вот. — Миссис Балфинч кинула взгляд на Уимзи и, кажется, осталась довольна произведенным ею впечатлением. — Мы только проводили последнего посетителя — это было в пять минут двенадцатого, — и Джордж уже закрывал дверь, как я заметила что-то белое на сиденье. Я решила, что это чей-то носовой платок, но когда подошла, увидела, что это пакетик. И я сказала Джорджу: «Здесь джентльмен оставил свое лекарство». Джордж спросил меня, что за джентльмен, и я ему рассказала. Потом он спросил, что это за лекарство, я посмотрела, но этикетка была оторвана. Просто такой аптечный пакетик с завернутыми углами, только этикетки не было.

— Может, оставались какие-нибудь следы букв, красные или черные?

Миссис Балфинч задумалась.

— Нет, ничего. Вот вы спросили, и сейчас мне кажется, что там было что-то красное, но ручаться не буду, А то, что этикетки не было, это точно, потому что я внимательно смотрела.

— Надеюсь, вы не пробовали содержимое?

— Ну уж нет! Ведь там мог оказаться яд. Говорю вам, посетитель был какой-то странный.

Паркер и Уимзи обменялись взглядами.

— Вы уже тогда обратили на это внимание, — спросил Уимзи, — или вам позже пришло это в голову, когда вы прочитали о суде?

— Конечно, прямо тогда, — отрезала миссис Балфинч. — Я же говорю вам, поэтому я и не попробовала. Я и Джорджу так сказала. К тому же это мог быть не яд, а «снежок» или еще что. «Лучше его не трогать», — сказала я Джорджу, а он ответил: «Сожги его». Но я сжигать не стала. Джентльмен мог вернуться за ним. Я запихала на полку за баром, где стояли бутылки, и до вчерашнего дня даже не вспоминала о нем, пока не пришли полицейские.

— Там уже искали, но ничего не нашли, — заметил Паркер.

— Ну тогда я не могу сказать. Я положила его туда, а в августе ушла из «Колец», так что не знаю, что с ним потом стало. Может, просто выбросили во время уборки. Хотя, постойте, вру, я его вспоминала. Я о нем вспомнила, когда прочитала отчет о судебном процессе, и еще сказала Джорджу: «Не удивлюсь, если это тот самый Джентльмен, который заходил сюда и так плохо выглядел, только представь себе!» Именно так я сказала, а Джордж ответил: «Хватит сочинять, Грейси. Не хочешь же ты, чтобы тебя приплели к этому делу». Джордж всегда осторожничает.

— Жаль, что вы тогда не обратились в полицию, — строго сказал Паркер.

— Откуда мне было знать, что это важно? Водитель такси увидел его через несколько минут, и ему уже было опять плохо, так что порошок здесь ни при чем, если вообще это тот самый джентльмен. Короче, я об этом не думала, пока процесс не закончился и о нем не написали во всех газетах.

— Будет новое заседание суда, — заметил Паркер. — Возможно, вам придется давать там показания.

— Вы знаете, где меня найти, — бодро откликнулась миссис Балфинч. — Я никуда не убегу.

— Мы вам очень признательны за то, что вы пришли, — любезно промолвил Уимзи.

— Ерунда, — ответила дама. — Больше вам ничего не надо, инспектор?

— Пока все. Если нам удастся найти пакетик, мы пригласим вас, чтобы вы опознали его. Между прочим, я бы советовал не обсуждать эту тему со своими подругами, миссис Балфинч. Дамы иногда любят поговорить. Одно тянет за собой другое, и всплывают такие подробности, которых и не было на самом деле. Надеюсь, вы меня понимаете.

— Я никогда не была болтушкой, — с оскорбленным видом заявила миссис Балфинч. — Дамы в этом отношении в подметки не годятся джентльменам, которые умеют получить пять, сложив два и два.