— …
— Лучше добровольно сознайся, что протащила эту заразу на борт специально, чтобы при случае избавиться от лишних помощников, — саму Геру болезнь миновала и сейчас она, разложив по маленькому угловому столику планшеты, карандаши и прочие рабочие инструменты, высчитывала курс обратно на Радужную. Теперь этот угол, практически на законных основаниях считался её личным рабочим пространством, а после того как помещение было тщательно продезинфицировано и из носителей инфекции остались одни люди, ещё и самым безопасным.
— Бездари криворукие, — закончила свой ругательный монолог дриада и, наконец, обратила внимание на подругу. — Я уже раз двести объясняла, что даже болезнетворные вирусы и прочие паразиты могут в новой среде поменять привычки и оказаться весьма полезными. Лучше скажи, что за работу ты себе умудрилась отыскать, в то время как все остальные бьют баклуши, пережидая окончание эпидемии?
— Просчитываю наш маршрут до Радужной.
— А что, уже отдавали команду? — любопытная мордашка дриады высунулась из-за полуразобранного агрегата.
— Нет. Но ты мне ещё неделю назад говорила, что с основными работами покончено, а куда мы двинемся дальше догадаться не сложно.
Действительно, ещё две недели назад над океанами распылили суспензию со спорами и цистами новых жителей Архоя, уже получены первые данные об успешной их ассимиляции, спешным образом отлаживается работа передвижных автоматических следящих станций, которые в нужный момент будут выбрасывать всё новые и новые виды простейших. Единственное что они не смогут сделать — это подать сигнал, если что-то пойдёт не так, а потому инспекционные полёты к Архою плотно войдут в расписание «Сеятелей».
В дверном проёме показалась солнечно-рыжая голова Фёдора, в два шага переместившись в Герин угол, он навис над её плечом. Гера дёрнулась, чтобы прикрыть планшеты, но тут же замерла, подумав, как глупо это будет выглядеть.
— Расчёты для портального перехода делаешь? Правильно. Интуиция хороша, когда нужно принимать решение немедленно, или если предстоит сделать выбор между двумя равнозначными вариантами. А когда есть возможность всё просчитать заранее, ею надо пользоваться, — и моментально скрылся во владениях Дэвида Дэвидсона. Зачем только забегал?
Гера опустила руки и задумчиво посмотрела ему в след. Где-то под желудком ворочалось неприятное чувство не то горечи, не то разочарования.
— Скажи, это правда, что навигатора на «Сеятель» отбирал лично Фёдор?
— На все «Сеятели», не только на наш. А в чём проблема? Что тебя расстроило? — Кио не слишком хорошо слышала эмоции людей, но то, что пришло от подруги было настолько сильным, что заметил бы даже человек. Хотя нет, человек бы не заметил, лицо-то у неё по-прежнему оставалось невозмутимым.
— Я как-то привыкла полагать, что меня взяли на эту работу, потому что я лучшая. Ну, или одна из лучших. А выясняется, что тут сыграли роль чьи-то личные пристрастия, — теперь в голосе Геры слышалась задумчивая грусть.
Девушки вели разговор совсем тихо, так, что даже шорох воздуха в вентиляционной системе был слышен. Кио взобралась с ногами на очередное полиморфное кресло и положила руку на ладонь подруги. Нет, не в утешающем жесте, просто при физическом контакте ей проще было слушать её эмоции.
— Кто сказал тебе такую глупость, и почему именно сейчас ты решила в это поверить? — кажется, ей удалось нащупать нужную волну.
— Вроде, в разговоре с Антоном эта тема всплывала, но это не важно. Тогда я от этого только отмахнулась, но сейчас… Знаешь ли, у профессиональных навигаторов не принято делать расчеты заранее. Точнее не так, их не принято делать на каких-то материальных носителях, исключительно в уме. Это считается высшим шиком и признаком профессионализма. То, что я это делаю тайком и заранее, можно расценить только как утрату этого самого профессионализма. Это, конечно же, не так, но сторонний человек должен был подумать именно это и если Фёдора сей факт не взволновал, значит, его это вообще не слишком волнует. Ой-ё что-то я совсем запуталась, — Гера вскочила со стула, сделала несколько нервных шагов и опять опустилась на место. Кио наблюдала за ней с отстранённым любопытством.
— Неужели тебе настолько важен твой профессионализм?
— Спрашиваешь! Я почти полжизни отдала, чтобы выучиться и стать толковым навигатором. Можно даже сказать в последние лет десять навигация составляла основу моей жизни.
— Тогда понятно. Что ж могу тебя успокоить: глупостей наговорил Антон. Фёдор действительно отбирал навигаторов и ещё кой-каких специалистов в экипажи ВСЕХ «Сеятелей». И вообще, как бы он не выглядел, столетний эльф — очень уравновешенное, рациональное существо, не склонное поддаваться сиюминутным капризам. Это не он один такой, это общая черта всех старших эльфов. А насколько хороший ты профессионал, оценить можешь только ты сама. Я тебя успокоила?
— А то ты сама не чувствуешь? — действительно успокоившаяся Гера кивнула на руку дриады, которая опять лежала поверх её руки. Кио вороватым жестом её отдёрнула, а потом испытующе уставилась на подругу.
— Чувствую. А тебя это не нервирует? То, что я способна ощущать твои эмоции.
— Ну что ты. Даже приятно. В глубине души каждый человек желает, что бы его поняли и приняли. А от тебя ещё и исходит почти ощутимая волна доброжелательности. Так что — всё нормально.
Но, несмотря на уверения подруги, дёргаться она продолжала вплоть до старта к Радужной. Окончательно уверенность в себе к Гере вернулась, когда зазвучал обратный отсчёт перед стартом и пилоты повели «Сеятель-5» прочь из системы в открытый космос. Весь экипаж, не только те члены команды, которые непосредственно занимались управлением кораблём, был полотно упакован в ложементы — сам полёт абсолютно безопасен, а вот на входе и выходе из портала случались «подёргивания» гравитационного поля. Когда пришло время и ей браться за дело, двигатели заглохли, отключилось вообще всё, кроме систем жизнеобеспечения, а все энергетические ресурсы корабля устремились к Малому Порталу, оживляя его. Ряд координат введённых уверенной рукой и вот уже вокруг них простирается ничто, а сами они куда-то падают и Гера едва-едва успевает подправлять траекторию их движения.
Всё закончилось как обычно очень резко, внезапно, когда по внутренним часам прошло не больше десятка минут (а это единственное на что стоит полагаться, так как обычные часы показывают, что времени не было потрачено вообще ни сколько). Выпали они очень удачно. Как раз между двумя астероидными кольцами, за которыми находилась орбита Радужной — маленькой планеты, из космоса выглядящей белёсым шариком, греющимся у бока красного карлика на довольно низкой орбите. Основная база исследовательской партии — почти дом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
