«Нет, мама, со мной не всё в порядке, но я не могу тебе всё рассказать, по крайней мере, сейчас».
- Да мам, все правда хорошо, я пойду?
- Да, конечно, иди, - я вышла из кухни обессиленная и вялая.
Приняв горячий душ, который так был мне нужен, я собиралась спуститься на кухню, чтобы насыпать корм для енота, но выйдя из комнаты, наткнулась на поднимающегося по лестнице Лео: в одной руке он держал куртку, а в другой ключи от машины. Я бы хотела пройти незамеченной, но тот одной рукой схватил меня за талию, тем самым останавливая, и, повернув голову в бок, сказал мне на ухо:
- Прости, - в его голосе совсем не было безразличия, а наоборот, оно было полным раскаяния. Лео способен о чём-то сожалеть?
- За что я должна тебя простить? - я не поворачивала голову в бок, потому что не хочу случайно коснуться его губ. Это будет лишним и ненужным. Мне этого не хочется, наверное.
- За то, что оставил тебя одну в тяжёлый момент, - мне и правда было обидно. Он, как брат, мог сказать мне, что Алекс не последний парень в моей жизни. Банально, но всё же, он мог сказать хоть что-то.
- Не волнуйся, твоя собака это исправила, - я снова стала холодна и, высвободившись, начала спускаться вниз... Больше не могу находиться рядом с ним так близко.
ГЛАВА 18
У меня никогда не было бессонницы, но, видимо, рано или поздно всё приходится пережить. Эта ночь выдалась не простая: я не спала, я не думала, я просто была пустая изнутри, такое чувство, как будто меня разрывает на части от неопределенности, а от какой, я не понимаю.
Мне не было больно от слов Алекса, что мы можем расстаться. Вчера я плакала не из-за него, а из-за Лео, и я признаюсь, что какие-то чувства к нему у меня всё же есть, я словно запуталась. Сначала мне в голову приходит что-то плохое насчёт этого парня, а потом все совершенно меняется. Вчерашний вечер, когда мы столкнулись, что-то изменил, я словно посмотрела на него с другого ракурса. Но этого парня непросто понять: то он делает вид, что я невидимка, то потом просит прощения за то, что оставил. Что с ним? Что со мной? Что с нами всеми? Столько вопросов. Моя голова сейчас просто не выдержит и взорвётся. Взяв полотенце, я направилась в душ. Но даже под прохладными струями воды, которые по идее должны меня освежить и отвлечь, мысли так и не хотели покидать мою тяжёлую от бессонницы голову. И вот, я снова стараюсь ответить на вопросы: что же мне делать с Алексом? Продолжить ли наши отношения или разорвать все к чертям?
Мы пара всего несколько дней, а уже успели поругаться. Видимо, меня не зря предупреждали. С ним очень тяжело. И самый главный вопрос: что мне делать с Лео и что он чувствует? Хотя это глупо. Также вчерашняя картина дала мне ясно понять, что он увлечен Дашей, которая, кстати, не позвонила мне и не извинилась. А если бы это были родители? Мама знает Дашу, я думаю, она бы не была в восторге от того, что та сидит без кофты на столешнице, на которой мы, чёрт подери, готовим, и прижимает к себе ногами полуголого Лео. Подумав об этом, я даже не заметила, как сильно сжала кулак, а при помощи моих, нормальной длины, ногтей, моя ладонь теперь немного кровоточит. М-да уж, неплохо. Когда я вылезла из душа и посмотрела на себя в зеркало, то как ошпаренная отскочила от него, там на меня смотрела какая-то страшная девочка. Синяки были, как-будто я не спала не один день, а целую неделю. Быстро привела себя в порядок и спустилась на кухню, уже более похожей на человека. Проходя через гостиную, мой взгляд упал на чемоданы. Так, интересно, что они значат? Я бы могла подумать, что мама, возможно, поссорилась с Альбертом и решила съехать, но, во-первых, она бы меня предупредила, чтобы я собирала вещи, а во-вторых, там стоит и мужской чемодан, так что мысль неверная.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Доброе утро, мам, - она как раз сидела на кухне за ноутбуком, поцеловав её, я плюхнулась рядом на диван.
- Доброе, солнышко. Как спалось? - не отрывая глаз от экрана, спросила мама, естественно, я ей солгала, не хочу сейчас услышать миллион вопросов и ругани в свой адрес. Не всегда взрослые понимают подростков.
- Хорошо. А что за чемоданы в гостиной?
- Бабушка звонила, просит, чтобы я срочно вылетела в Париж, ей нужна моя помощь, - разве об этом не надо предупреждать заранее?
- Ты едешь одна? - думаю, глупо было спрашивать, увидев там мужской чемодан.
- Нет, с Альбертом.
- А зачем он там? Как же его работа?
- Он не отпускает меня одну, взял двухнедельный отпуск.
Я думала, что в полиции не дают отпуск, когда тебя угораздит, ну да ладно, мне всё равно. Это даже хорошо, что он едет с ней, мало ли, какие попутчики могут попасться.
- Вы едете на две недели?
- Точно не знаем, может и не на две, а на одну, как справимся.
- И когда самолёт?
- В четыре, - я посмотрела на часы, уже час.
- А с кем нас оставите?
- Ты останешься с Лео, - от того, что она сказала, я подавилась водой, которую успела себе налить. - Что-то не так, детка? - мама посмотрела на меня таким взглядом, которым смотрят все мамы, когда делают вид: « Как я решила, так оно и будет, и только попробуй быть чем-то не довольна».
- Нет, что ты, всё нормально. Я пойду, - улыбнулась я и ушла в свою комнату.
Я хотела немного полежать, но сон взял верх, и я уснула, и, наверное, ещё бы спала, если бы меня не разбудила мама.
- Солнце, нам пора, вставай, вы с Лео отвезёте нас в аэропорт.
- А это обязательно? Ты же знаешь, как я отношусь к расставаниям и аэропортам, - сонным голосом спросила я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Да, Дина, это обязательно, я хочу, чтобы ты нас проводила. Жду тебя внизу.
Как бы мне не хотелось, я всё же привела себя в порядок и, переодевшись, спустилась. Там, заметив на себе взгляд Лео, у меня начали трястись ноги. Такое чувство, как-будто у меня какая-то коронация, и меня представят перед всем народом. При помощи сильных усилий, мне удалось избегать его взгляда.
