Читаем без скачивания СТАЛИН и репрессии 1920-х – 1930-х гг. - Арсен Мартиросян

Когда подлое давление негодяев ослабло, а все эти «архитекторы и прорабы» вместе со своей преступной «перестройкой» закономерно оказались на помойке Истории, наследственные гены выдающегося русского ученого и порядочного человека все-таки взяли верх. Наталья Петровна по собственной воле, открыто, многомиллионным тиражом мужественно признала, что это была вынужденная ложь! И добавила: «У нас в семье всем было известно, что отравила Владимира Михайловича его вторая жена — Берта Яковлевна»! Вот потому-то человек Троцкого в ОГПУ — Генрих Ягода — и спустил на тормозах расследование дела об убийстве выдающегося русского ученого Владимира Михайловича Бехтерева. А оппозиция тем не менее использовала факт убийства Бехтерева по ее же приказу в своих интересах, создав в результате целый ряд мифов о причастности Сталина к смертям Фрунзе, Дзержинского, Бехтерева. Вот так и создавался общий миф о Сталине как об убийце.

Такова подлинная правда — самое страшное оружие для любой лжи, фальсификации и мистификации!

Миф № 61. Сталин виновен в смерти Адольфа Абрамовича Иоффе — видного советского дипломата и представителя «ленинской гвардии».

Один из самых глупых, ни на чем не основанных мифов антисталинианы. Истинный представитель «ленинской гвардии» Адольф Абрамович Иоффе (он же В. Крымский) был, как обычно указывают, патологическим невротиком. На самом же деле — эпилептиком, страдавшим к тому же еще и шизофренией. Длительное время за ним наблюдал один из самых выдающихся учеников знаменитого Зигмунда Фрейда — Альфред Адлер (кстати, темой его научной диссертации как раз и была эпилепсия). Наблюдал многие годы, задолго до октября 1917 г. И не только наблюдал, но и пытался вылечить методом так называемого психоанализа, проводя по 5–6 сеансов в неделю, что, между прочим, стоило тогда баснословных денег. Правда, не вылечил: врожденная психическая патология излечению не поддается, будь ты хоть трижды даже самим Зигмундом Фрейдом. И вот этот самый псих в тяжелой форме стал первым советским послом в Германии!

Впоследствии А.А. Иоффе в 18.00 17 ноября 1927 г. выстрелом из пистолета покончил жизнь самоубийством. То есть через десять дней после того, как предпринятая 7 ноября того же года оппозицией отчаянная попытка государственного переворота с треском провалилась. И это самоубийство также пытаются вменить в вину Сталину, что обычно делается следующим образом: «…не выдержав телесных и психических страданий, к которым, вероятно, добавлялись и меры против внутрипартийной оппозиции в ВКП(б), которые были предприняты Сталиным в то время». Ведь это же надо так лгать! Патологический психопат сам застрелился, а виноват Сталин? Впрочем, ну как же, ведь столь безобидное дельце затеяла оппозиция — в надежде на вооруженное нападение извне всего лишь какой-то там переворотишко рыпнулась осуществить, а против нее, несчастной, такие жестокости… К слову сказать, жестокостей не было и в помине, хотя кое-кого и пришлось упечь в кутузку. Правда, за хулиганство. Самая «жестокая» мера — высылка Троцкого в Алма-Ату. Вот и застрелился «бедолага» Адольф Абрамович Иоффе. И застрелился этот патологически ненормальный «ленинский гвардеец» и ярый сторонник Троцкого (а этого А. Адлер тоже «пользовал», на пару с Иоффе) лишь потому, что в очередной раз впал в дикий стресс, и разум в очередной раз «расщепился»(шизофрения в переводе означает расщепленный разум). Так ведь и было от чего, ибо как-никак, но провалилась очередная попытка заговора с целью осуществления государственного переворота. Ну, а дальше собственноручно выпущенная пуля сделала то, чего не мог добиться даже один из лучших учеников самого 3. Фрейда, — «вылечила» навсегда… методом окончательного расщепления мозгов.

«Невинная жертва» сталинизма, однако…

Миф № 62. Репрессии против военных, особенно против командного состава, в 1920-1930-х гг. — сплошная фальсификация ОГПУ и Сталина.

Миф № 63. Дела «Генштабисты» и «Весна» — провокация ОГПУ и Сталина против военных специалистов.

Мифы на эту тему вошли в оборот совсем недавно, от силы лет пятнадцать тому назад. Ныне основной их проводник — военный историк Н.С. Черушев. Имея в своем распоряжении незаурядные материалы, он не дает им объективную оценку. Потому-то все его книги и являются добросовестной хрестоматией. То есть, если в строгом переводе с греческого, «сборником отрывков» из различных следственных и судебных дел в отношении военных того времени. А вот анализа сути явлений того периода — увы, там нет. Потому что его главная задача, как он написал в одной из своих книг, «показать динамику репрессий» и «подвести к выводам». Однако современному читателю — читателю вдумчивому — важна суть событий, а не «динамика репрессий», и «подводить к выводам» его не надо.

Черушев утверждает следующее: «Характерной тенденцией в деятельности ВЧК-ОГПУ в 1920-е годы было стремление «вычистить» из рядов Красной Армии тех военнослужащих, которые в свое время были офицерами царской армии, а также и тех, кто по какой-либо причине служил в армии белых. И это несмотря на то, что большинство из них затем добровольно изъявили желание служить в РККА и все последующие годы были лояльны к советской власти. Однако, как оказалось, все они были "под колпаком" у чекистов, все годы службы в Красной Армии находились под подозрением. Из их числа в первую очередь чекисты формировали всевозможные «контрреволюционные», «террористические», «шпионские», «вредительские» антисоветские организации».[13]

Но ведь, как одна из главнейших силовых структур государства, армия априори должна находиться и потому всегда находилась и всегда будет находиться под наблюдением органов государственной безопасности! Причем в любом государстве вне зависимости от строя, режима и т. п. Потому что армия, подчеркиваю, как один из главнейших силовых институтов государства, одновременно и один из важнейших гарантов государственной независимости, суверенитета и территориальной целостности. А гарант, как жена Цезаря, должен быть вне подозрений. История же российской армии, при всей ее беспрецедентной доблести на полях сражений, далеко не безупречна как раз именно с этой точки зрения. Сколько в истории государства Российского описано заговоров с участием, в том числе и с преимущественным участием, военных, не говоря уже о сугубо военных заговорах — не счесть. Чего же удивляться, что органы государственной безопасности вели наблюдение за военными? Это нормальная, рутинная практика в любом государстве. Там, где этого нет или, по меньшей мере, негласный контроль над вооруженными силами ослаблен — там всегда переворот или как минимум военный заговор. Так что насчет чекистского «колпака» можно было бы и не столь прямолинейно ляпать. Хотя бы для того, чтобы прилюдно не расписываться в элементарном непонимании природы этого контроля. Ведь вопрос-то не в том, что был или не был этот контроль («колпак»), а какие цели он преследовал, в чьих интересах он осуществлялся.

А вот тут-то у непонимающего суть этого контроля Черушева серьезная закавыка, потому что «корень зла» он видит явно в самом факте существования органов государственной безопасности. Но назвал бы он хотя бы одно государство мира, где этого нет. Даже в Ватикане, где папских гвардейцев можно по пальцам сосчитать, — и то есть своя служба безопасности, которая недреманным оком негласно наблюдает за ними. И если что не так, тут же увольняет, а может и к суду привлечь.

Закавыка же у Черушева проистекает из следующего. Он словно не знает того факта, что военная контрразведка, то есть особые отделы, с момента возникновения еще в период Гражданской войны и до 17 сентября 1931 года находилась в прямом ведении высшего военного органа СССР — Реввоенсовета, который все это время и ставил задания органам ГПУ-ОГПУ в военной сфере. Так что, если уж охота ему «проливать крокодилову слезу» в адрес «невинно» репрессированных еще в 1920-х — начале 1930-х гг. военных, то прежде всего ему необходимо было бы бросить увесистый булыжник в адрес Реввоенсовета. Так было бы правильнее. Потому что органы госбезопасности, как особый силовой инструмент государства, действовали по указаниям высших органов власти и, естественно, на основе Конституции, в которой этот высший орган власти прямо указан как высший.

Что же до столь любимого Черушевым и многими авторами «конька» — беспрестанного перемывания истории дел «Генштабисты» и особенно «Весна», — необходимо по меньшей мере хотя бы минимально знать, что это за время было и какие внутренние и внешние события происходили.

Прежде всего нельзя забывать, что история военных заговоров в СССР началась еще тогда, когда и СССР еще не был провозглашен. Первый такой случай имел место еще весной 1922 г. и связан он с заговором командующего Петроградским военным округом Гиттиса. А если еще точнее, то в 1920 году, когда верные Троцкому архаровцы из числа военных едва не «замочили» дражайшего Ильича во время охоты в Завидово в августе 1920 года. Нельзя забывать о подготовке Троцким в конце 1923 года военного путча, о котором в письменном виде проболтался его ярый сторонник Антонов-Овсеенко, угрожавший этим путчем ЦК партии. Нельзя забывать о том, что даже в траурные дни похорон Ленина Дзержинский вынужден был докладывать на Политбюро тревожные сведения о заговоре военных. Нельзя забывать о том, что троцкистская оппозиция постоянно провоцировала националистическое подполье на проявления националистического сепаратизма, в том числе создавая военизированные организации, где первую скрипку играли именно военные. Такие организации создавались на Украине — «Украинская войсковая организация», в Закавказье — «Азербайджанский национальный центр» и т. д.