Минерва вошла в свою комнату и бросила взгляд на Тревиса, который, как обычно, сидел на кровати.
– Я пошла на это ради детей, – поставила она его в известность. – И не хочу это обсуждать.
Тревис, как обычно, ничего не ответил.
– Отлично, значит, ты согласен.
Закончив этот короткий разговор, Минерва разделась и легла спать. Но сон к ней не шел. Прикосновение Джада взбудоражило ее кровь. И она ничего не могла с собой поделать.
– Это такой же бизнес, как и любая другая работа, – пробормотала Минерва. – К утру мистер Грэм… Джад, – поправилась Минерва, – все еще раз обдумает и сообщит мне детали.
Щеки ее горели, особенно в тех местах, где их коснулись руки Джада. Неужели он ничего не заметил? Минерве казалось, что громкий стук ее сердца слышен даже в соседней комнате.
– Все, что я могу для него сделать, – это только помочь его детям. Защитить их от Ингрид. К тому же я получу приличное вознаграждение. Это просто работа, – твердила себе Минерва как заведенная, но сама не верила своим словам. Если честно, то ей нужен Джад целиком и полностью, но она не хочет себе признаваться. Даже думать об этом боится. – От этой сделки все только выиграют, – упрямо повторила Минерва, настраиваясь на трезвый лад.
Перевернувшись на другой бок, она постаралась ни о чем больше не думать. И через некоторое время уже спала.
Следующим утром Люси, Минерва и дети уже сидели за обеденным столом, когда Джад вышел к завтраку. Минерва не успела предупредить Люси о намерениях Джада покончить со своим холостяцким положением. Все утро, пока одевала малышей, она не переставая обдумывала мельчайшие детали. Сколько вопросов нужно обсудить с ним!
– Доброе утро! – весело поздоровался Джад, усаживаясь на свое место за столом. Он подмигнул Минерве и повернулся к Люси. – Минерва уже рассказала тебе новость?
«Сейчас он это сделает, – поняла Минерва и посмотрела на Люси в нервном напряжении. – Интересно, как она это воспримет?»
– Новость? Какую новость? – искренне удивилась Люси.
– Минерва и я… в общем, мы собираемся пожениться, – сказал Джад.
Минерва сразу же переключила свое внимание на Джона. Тройняшки еще маленькие, чтобы понять, о чем идет речь. А для него эта новость может стать шоком. Но Джон только одобрительно улыбался.
– Мы говорили об этом с папой вчера вечером. Я думаю, что ты будешь самой лучшей мамой.
Минерва не сдержала улыбки: настолько точно этот ребенок копировал манеру разговора взрослых людей.
– Спасибо, – откликнулась она. Значит, Джад позаботился о том, чтобы смягчить ее переход из одного качества в другое.
Джон важно кивнул и с деловым видом стал доедать свой завтрак.
Люси недоверчиво всплеснула руками. Видно было, что она не очень-то рада.
– Что-то я никакой романтики в ваших отношениях не наблюдаю. – И тут догадка озарила ее лицо. – Ну конечно же, вы пошли на это ради детей. – И снова сомнения одолели ее. – А вы уверены, что это такая уж хорошая мысль?
– Романтики мне и в прошлый раз хватило. Спасибо, нахлебался. На сей раз я решил подойти к этому вопросу сугубо с практической стороны.
Люси вопросительно посмотрела на Минерву, ожидая, что та скажет по этому поводу.
– Браки по расчету, как правило, самые долговечные, – поддакнула Минерва.
– Вы уже взрослые, и не мне вас судить. Остается только надеяться, что вы знаете, на что идете.
– Да, – безапелляционно подтвердил Джад.
Минерва заметила, что тройняшки озабоченно переглядываются друг с другом. Конечно, они не поняли, о чем идет речь, но волнение Люси, ее встревоженность передались им. Однако Джон все прекрасно понял.
– Мне и тройняшкам Минерва очень нравится. Папа хочет на ней жениться. Она хочет выйти за него замуж. А ты, значит, не хочешь, чтобы она осталась?
– Конечно, я хочу, чтобы Минерва осталась. – Люси постаралась развеять сомнения маленького человечка. Она обвела взглядом детей, потом перевела свой пристальный взгляд на Джада и Минерву. – А вам я желаю, чтобы у вас все было хорошо.
Минерва отлично понимала, что за вежливой фразой Люси спрятала свои сомнения и тревоги. Жаль, конечно, что они вынуждены скрыть от нее правду и разыгрывать этот спектакль. Но так нужно. Нельзя допустить, чтоб хоть кто-нибудь засомневался в искренности их отношений и серьезности намерений. Иначе не стоило и затевать всю эту игру.
В первой половине дня Минерва с Джадом отвезли Джона в детсад, а сами поехали подавать заявление. После этого Джад отправился на работу, а Минерва спокойно вернулась домой и стала заниматься с тройняшками. Ее не покидало ощущение, что сегодня Люси следит за ней более пристально. Куда бы она ни пошла, Минерву повсюду сопровождал этот цепкий, по-новому оценивающий взгляд.
Наконец после обеда Люси не выдержала и, улучив момент, когда тройняшки спали, а Минерва с Джоном раскрашивали картинки, осторожно вызвала ее в кухню.
– Я понимаю, что сую нос не в свое дело, – начала Люси, лишь только дверь закрылась и Джон уже не мог их слышать. – Вы, конечно, оба разумные люди. Но я глубоко убеждена: нельзя выходить замуж, если не любишь человека.
– Не волнуйтесь, я отдаю себе отчет, на чем строятся наши взаимоотношения. – Минерва решила развеять сомнения Люси, но соблюдать при этом осторожность. – Если наш брак окажется неудачным, мы всегда сможем развестись, как это было в случае с Ингрид.
Люси тяжело вздохнула. То, что она собиралась сказать сейчас, требовало от нее определенного мужества.
– Любые отношения так или иначе затрагивают чувства человека. И очень часто бывает, что один привязывается гораздо сильнее, чем другой. Это заставляет его надеяться на отношения, которые заведомо невозможны.
Люси озабоченно посмотрела на Минерву, словно определяя по ее лицу, верны ли ее догадки.
«Значит, она думает, что я влюблена в Джада, и не слишком надеется, что со временем он тоже полюбит меня».
– Мне хорошо известно, что безответная любовь, как правило, ничем хорошим не заканчивается. Но думаю, со мной этого не произойдет.
Люси озабоченно покачала головой. С чего она взяла, что Минерва возьмет и признается?
– Джад – это не мужчина, а бриллиант, который встретился на вашем пути. За его грубыми манерами, порой беспричинным упрямством скрывается очень тонкий и ранимый человек. Это необыкновенно честный, добрый и нежный мужчина. Больше вы такого ни за что не встретите. И уж он-то, как никто другой, заслуживает, чтобы его любили по-настоящему, а не использовали.
– Охотно вам верю. Я вижу его таким, каким вы описываете, когда наблюдаю, как он общается с детьми. – Минерва слабо улыбнулась. – И я обещаю вам, что попытаюсь сделать его счастливым, если это, конечно, окажется в моих силах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
