«Думаешь, всё так серьёзно?»
«Сейчас всё узнаем. Может, мамаша Борькина за своего сынка извиниться прилетела?»
Спустившись вниз, я застал деда и полицейского. Дед читал какие — то бумаги.
— Мишка, тебя тут арестовать хотят, — дед как будто посмеивался, — вон, эскорт подогнали!
— Ордер выписали? — я взглядом указал на бумаги в руках деда.
— Успела мамаша, быстро подсуетилась. Ничо, щас кому надо позвоню… — Патриарх помрачнел, вся напускная весёлость мигом исчезла.
— Деда, — я встал напротив него и посмотрел в глаза, — не надо. Я пока всего лишь гость, и свои проблемы постараюсь решить сам. Вот если не получится — тогда буду признателен за помощь. Дай мне сутки.
Дед замер, разглядывая меня, как будто первый раз увидел.
— Добре, сам так сам. 24 часа, потом я тебя оттуда забираю. Постарайся за это время ничего лишнего не сказануть и тем более не подписать. Мой адвокат в твоём распоряжении, если понадобится. Родителей в известность поставлю, но скажу, чтобы не дёргались раньше времени. Ещё что — то?
— Да, пожалуйста, вправь мозги Вике с Лёней, а то они решат сейчас, что это они во всём виноваты.
Дед кивнул, пожал мне руку, и я отправился в сопровождении полицейского в машину. Не, ну а чего я ждал?
* * *
— Докладывай, Марк, — Сергей Александрович был мрачнее тучи. На круглом столе перед ним стоял бокал с виски.
— Сегодня объект заходил в игру из торгового центра, в компании двух сверстников из клана, — начал доклад мужчина в неизменном строгом костюме. — По возвращении у них случился конфликт с другой компанией подростков. Драка заняла пару секунд, объект всех уложил. Пострадавших мои люди успели осмотреть до прибытия полиции, травмы не тяжёлые. Думаю, объект очень точно просчитал свои действия. Стиль знакомый, но при внимательном просмотре записи заметно применение магии, очень дозированное. Один из пострадавших — сын прокурора города. Объект арестован.
— И Патриарх дал его забрать? — единственная в компании женщина, София, удивлённо приподняла бровь.
— Средства прослушки отсутствуют, от предположений пока воздержусь, — Марк сохранил непроницаемое выражение лица.
— Илья, что скажешь по поведению парня в игре?
— Как я и ожидал, появилось много неожиданного, — Илья, одетый, как всегда, в застиранный лабораторный халат, заметно нервничал. — Во — первых, сигнал с терминального устройства необычный. Сигнатура не соответствует аномалии, но он гораздо более сложный и насыщенный, чем обычный. Как будто парень не прогуливается в игре, а оказался в гуще сражения. Вход в игру произошёл со значительной задержкой. Точнее, он в игру вошёл, но мы его не наблюдали в течение нескольких минут. Где он в это время находился — не установлено. Его спутники появились в игре штатно. Но и это не всё. Кажется, с ними была Рики.
— Опять? — Сергей хлопнул ладонью по столу. — Илья, оставь эти сказки для наших малолетних дрочеров. Святая дева, которую не видят наши системы наблюдения? Ты сам их проектировал! Ты знаешь способ их обойти?
— Не знаю, но это не значит, что это невозможно, — Илья вздохнул, подумав про себя, что Сергей всё же не Вадим, тот точно не стал бы отмахиваться.
— Наблюдаем дальше, и пока не вмешиваемся. Думаю, с арестом без нас разберётся Пётр.
Глава 9. ИВС
По прибытии в отделение у меня под опись изъяли коммуникатор. Затем всё тот же неразговорчивый полицейский проводил меня в изолятор временного содержания № 1, как значилось на табличке. Закрыли решётку и сказали ждать, когда вызовут к следователю. Ладно, ждать так ждать.
В изоляторе было четыре койки, как в купе поезда. На нижних сидели два обколотых татуировками хмыря неопределённого возраста, и пили чай из пластиковых стаканчиков.
— Садись, сынок, в ногах правды нет, — один из них пододвинулся и похлопал по матрасу рядом с собой.
— Спасибо, — я сел на койку и задумался.
«Рики, вспомни, пожалуйста, эти придурки могли сильно расшибиться?»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Может и могли, надо на видео смотреть. Но крови не было, все дышали. Максимум ушибы, мне кажется».
«Вот и я так думаю. Тогда почему арест? Ведь есть запись, тот Боря тоже на свой коммуникатор всё писал. Мамаша его должна понимать, что даже если до суда дойдёт — мне ничего не будет, драка по обоюдному согласию, да ещё и не я её затеял».
«Я не успела изучить действующие законы, и ничем сейчас помочь не могу, прости».
— О чём, сынок, задумался? — второй хмырь с отеческим выражением лица протянул мне стаканчик с чаем. — На, хлебни.
— Спасибо, — я пивнул из стаканчика. А чай — то неплохой, хоть и пакетированный. — Вкусный у вас тут чай.
— Какая — то радость должна быть, — первый, пододвинувшийся, ухмыльнулся. — Если с начальником не бодаться, то и чай нормальный будет, и сигареты. Тебя — то за что?
— Самому интересно, верите нет. Вот к следователю вызовут — и узнаю.
— Ты это следователю будешь говорить, мол, не виноватая я, он сам пришёл, — второй хрипло хохотнул, — нам — то лапшу на уши не вешай. Здесь все белые и пушистые, но за так просто никого не садят.
— Я не говорю, что совсем повода не было, был, — мужики вроде опытные, может что подскажут, надо им немного рассказать. — Наехали на меня тут одни, я им и объяснил, что они неправы. Но там всё официально было, вызов на бой, по обоюдному согласию, так что предъявлять нечего.
— Ну значит и не предъявят ничего, — покивал первый, — так, объяснения возьмут, бумагу подпишешь и отпустят. А кому хоть навалял то?
— Да так, шпана мелкая, но вот главный у них — сынок прокурорши, видать мамаша постаралась, чтобы меня приняли.
— О, парень прокурорскому отродью навалял, прикинь, братан! — второй ощерился, обращаясь к первому.
— Красава, братан, вот это я понимаю! — первый подал мне руку, которую я пожал.
Чем дольше мы разговаривали, тем легче шла беседа. Хмыри оказались не такими уж хмырями, а нормальными мужиками, которые попали в каталажку за какую — то мелочь. Не первый раз, и скорее всего, не последний.
— Ты, главное, когда со следователем разговаривать будешь, — объясняли они мне на пару, — в бутылку не лезь. У них там свои крючкотворские фразы, простому человеку не понять. Но следователь тебе не враг, если ты с ним уважительно, то и он к тебе тоже значит. Да и проверяют их, там камеры везде стоят, по беспределу никто тебе лишнего не напишет. Объяснишь что как было, бумаги подпишешь — и свободен, к ночи уже дома будешь.
«Вот! Хорошо же, что люди хорошие попались, скажи же, Рики!»
«Да, добрые и отзывчивые! А так по ним и не подумаешь, на вид те ещё отморозки!»
Через час, когда я уже окончательно понял, как себя вести, за мной пришли. Приветливо улыбаясь, я отправился на встречу со следователем.
Привели меня в кабинет аж самого начальника следственного отдела. Краем сознания я отметил высокую должность, но фамилия от внимания ускользнула.
— Пономаренко Дмитрий Евгеньевич, начальник следственного отдела, — представился невысокий упитанный мужчина с одутловатым лицом и маленькими глазками. — Вы, Михаил Кириллович, по возрасту несовершеннолетний, а по социальному рейтингу — дееспособный. Поэтому дело сразу мне передали. Пришлось даже вот на работе задержаться допоздна. Так что постараемся побыстрее, не хочется друг друга задерживать.
Я только кивнул. С начальником не спорю, я помню. Тем более он ради меня после работы остался. После подписания всяких там бумаг, что я уведомлен о своих правах, которые мне тут же вкратце начальник пояснил, мы перешли к сути.
— Михаил, расскажите, с чего драка началась? — задал начальник первый вопрос.
— Мы с Викой и Лёней поехали в торговый центр развлечься в вирте, — начал я рассказывать, а Пономаренко — делать какие — то пометки.
— Я уточню: Вика и Лёня — это Барлаковы Виктория Евгеньевна и Леонид Евгеньевич?
