«Нежные плечи твои… Твои волосы – черный поток… Твои щеки – цветов лепестки… А молчанье твое – горный лед…»
Дорога почему-то постоянно петляла, поворачивала то вправо, то влево, и непонятно было, какие препятствия обходили те, кто проложил ее… и кто вообще проторил дорогу в этих безлюдных краях? Миновав очередной поворот, Грон заметил какое-то черное пятно на фоне пыльной зелени и собрался было придержать коня, но пятно шевельнулось, превратившись в знакомую черную фигуру.
Колдун сидел в окружении блеклых придорожных цветов, положив на колени посох – толстую ветку, очищенную от листьев и коры. Увидев коня с двумя седоками, он поднялся и пошел навстречу. Лицо у него было изумленное, словно он не ожидал встретить здесь Грона.
– Приветствую тебя, Гронгард, сын Гронгарда Странника. – Он перевел взгляд на встрепенувшуюся девушку. – Приветствую тебя, Рения, сестра Лортана-лесоруба.
Рения удивленно обернулась к Грону. Вольный боец пожал плечами – Колдун на то и колдун, чтобы многое знать…
– Ты заблудился, Гронгард? Эта дорога ведет в Искалор, а ведь тебе нужно в противоположную сторону.
Грон не собирался ссориться с Колдуном. Колдун мог устоять против меча, кинжала и арбалета и в отместку превратить его в какое-нибудь чудовище. И Рению. И Тинтана. И все-таки вольный боец задал вопрос, не ответив на вопрос Колдуна:
– Кто дал метателям ключи от замка? Этим карликом был ты, Колдун?
Человек в черном плаще нетерпеливо отмахнулся.
– Причем здесь карлик? Карлик сделал свое дело и исчез, он мне больше не был нужен. Почему ты возвращаешься, Гронгард? Испугался метателей?
Грон не смог сдержать себя. Приподнявшись на стременах, он угрожающе сказал, стискивая меч:
– Мне еще не приходилось слышать обвинения в трусости, и я готов доказать обратное любому сомневающемуся. Если я возвращаюсь, значит, на то имеются причины, и я не намерен выкладывать их каждому встречному.
– Боже мой, – пробормотал Колдун, не обращая внимания на воинственный тон вольного бойца. – Он решил вернуться… Но пойми, Гронгард, ты должен найти вино Асканты. Ты дол-жен! Ты послан за вином Асканты.
– Позволь мне самому позаботиться о моих делах, – непреклонно ответил Грон. – Нам с Ренией некогда тратить время на ненужные разговоры.
– Нам с Ренией… – повторил Колдун, странно посмотрел на Грона, словно только что увидел его по-настоящему, внимательным взглядом обвел притихшую девушку. – Нам с Ренией… Значит, наперекор всем моим планам, ты везешь ее в Искалор… «И Слово стало плотью и обитало с нами…» Ну что ж, я уже бессилен что-либо изменить. – Колдун тяжело положил ладони на верхушку своего посоха. – Я сам отправлюсь за вином Асканты.
– Думаю, что еще успею догнать тебя, – с легкой усмешкой сказал Грон.
– Только остерегайся озерных метателей. Вот еще что, Колдун: ты ничего не можешь сказать о Вальнуре Рае?
Погруженный в свои мысли Колдун медленно покачал головой.
– Теперь я уже ничего не знаю о Вальнуре Рае.
– Тогда прощай. – Грон подобрал поводья. – Благодарю за то, что подсказал выход из замка.
Он тронул коня и объехал застывшего Колдуна. Оглянулся у поворота – черный человек, опираясь на палку, все так же неподвижно стоял на дороге.
– Кто это? Откуда он нас знает? – встревоженно спросила Рения.
– Это просто Колдун. Больше я ничего о нем не знаю.
– Но он хороший или плохой? – продолжала допытываться девушка.
– Спроси еще: он добрый или злой? Что значит «хороший»? Да, он, кажется, подсказал мне, что у нас с тобой есть выход. Но делал ли он это ради меня – не знаю. Убежден, что ему тоже нужна чаша с вином Асканты. Странно… Он действительно колдун, я видел… Но вот почему он не может ее добыть? Почему говорит, что это должен сделать именно я? Странно… Он не хороший и не плохой, Рения. Так я думаю. Он просто ДРУГОЙ. Понимаешь?
– Не понимаю…
– Да я и сам не понимаю, – вздохнул Грон. – Его, наверное, вообще невозможно понять.
Они медленно удалялись от замка, Тинтан лениво переставлял ноги и, казалось, дремал на ходу. Рения прислонилась головой к руке Грона и закрыла глаза. Вольный боец держался в седле прямо, наблюдая за выплывающей из зарослей дорогой. Еще один поворот – и дорога скатилась в ложбину, ныряя в большую коричневую лужу; в луже застыли желто-красные листья, похожие на рыбью чешую. Противоположный склон ложбины уползал под высокие деревья.
Тинтан начал спуск, Грон на мгновение перевел взгляд на сонную лужу, а когда вновь поднял глаза – увидел на краю ложбины появившихся с другой стороны озерных метателей.
– Стой, Тинтан! – приказал он коню и быстро осмотрелся.
Свернуть в лес было нельзя – вдоль дороги, переплетаясь ветвями, стояли лохматые кусты; частокол толстых и тонких стволов за ними не позволили бы Тинтану оторваться от преследователей, и все равно выдал бы хруст хвороста и шорох сухой листвы. Можно было повернуть назад, но конь с двумя седоками на спине вряд ли ушел бы от погони.
Озерные метатели находились в ста шагах, передняя тройка уже заметила Тинтана с седоками, и коренастый бородач, вероятно, командир второго отряда Сигс, поднял руку и повернулся к едущим сзади, собираясь подать команду, – и Грон мгновенно принял решение. Он сбросил поводья в руки еще ничего не сообразившей Рении, схватил колчан, спрыгнул с коня и выдернул из сумы арбалет.
– Тинтан, назад! Возвращайся к пустоши, в лес, укройтесь там. А потом скачи в искалор, отвезешь Рению к моему отцу.
– Но как же?.. – начала было девушка, но Грон не дал ей говорить.
– Ни слова! – крикнул он, вкладывая стрелу в арбалет. Метатели, пришпоривая коней, но не нарушая строя, с копьями наперевес начали спускаться в ложбину. – Рения, расскажешь все отцу и найдешь… – Он на мгновение запнулся – ведь приходилось называть имя, которое он не должен был называть никому. – Спросишь у отца, как найти человека по имени Беардин. Все! Скачи, Тинтан!
– Гронгард! – жалобно воскликнула девушка.
– Тинтан, не медли! Отец поможет выручить твоего брата, Рения!
Взметнулась пыль, простучали копыта – и Тинтан рыжей молнией метнулся за поворот, унося девушку. Вскинув арбалет, Грон выпустил стрелу, целясь не во всадников, прикрывшихся щитами, а в лошадей.
«Жаль животных, но ничего не поделаешь», – подумал он, отступая к кустам. Стрела достигла цели – конь справа от Сигса рухнул на полном скаку, и всадник оказался в луже. Грон не успел еще перезарядить арбалет, а метатели уже с плеском перебрались через лужу и бросились вверх по склону. Сразу девять копий должны были вот-вот со свистом вырваться из сильных умелых рук. И каждое могло угодить в незащищенную голову или просто сбить с ног, наткнувшись на кольчугу. А подняться бы Грону уже не дали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
