— Отстань от меня! — крикнула Ольга, отталкивая от себя какую-то соплячку лет двенадцати.
Та сразу же отлетела от неё на пару метров, но праздновать победу было рано.
Ольга с удивлением обнаружила, что она сама ненамного старше, а её окружает вовсе не одна противная девчонка, а сразу несколько. Причём явно не с самыми дружелюбными намерениями.
И хоть в драку они кидаться не стали, но зато в выражениях не стеснялись.
— Дура! Не трогай её! — заступилась одна из противных девок за подругу
— Тебе крышка! Я всё расскажу воспитательнице! Тебя снова накажут, дрянь! — вторила ей ещё одна малявка с рыжими кудрями.
— Сдохни! — лаконично выкрикнула четвёртая из компании задир, самая взрослая из них, а может, так казалось, потому что на ней была целая тонна яркой косметики.
Ольга вдруг вспомнила всё, что так хотела забыть. Что почти ушло из её памяти, как зарубцевавшаяся рана.
Это приютская школа, и бежать ей некуда. Сама Рихтер жила в приюте, а там её ждали всё те же ненавистные рожи.
Отношения со сверстниками у Ольги не сложились. Девочки невзлюбили её сразу, как только она сюда попала, чуя в ней чужака.
Ну а мальчики только и пытались найти способ обратить на себя внимание, но их не хватало ни на что, кроме попыток дёрнуть за волосы или зажать где-то в коридоре.
Может быть, кому-то из них она и нравилась, но дружить они не хотели, а хотели чего-то другого.
И сама Ольга быстро оставила попытки с кем-то сблизиться. Приют для неё стал тюрьмой, где она просто отбывала наказание.
Единственной отдушиной для неё была старая беседка в парке.
Там она обычно пряталась с книгой в руках.
Чаще всего с каким-нибудь мистическим романом, где в одинокую несчастную девушку влюбляется самый крутой парень округи, может быть, даже вампир или оборотень, ну или просто тёмный волшебник.
Он защищает её от всех обидчиков, а потом и сама девушка становится почти такой же сильной, как и он. И всё у них хорошо.
Обычно угрозы одноклассниц так и оставались пустыми словами. Как и обзывательства, которые клеили ей на рюкзак или к дверям кабинки и которые она привычно комкала и выкидывала.
Но, похоже, сегодня её обидчицы придумали кое-что новенькое. И когда она проходила мимо уборной, все четыре гадины разом набросились на неё и потащили внутрь.
— Держи её крепче, — кричала кудрявая.
Ольга даже не кричала, она просто молча вырывалась, пока ещё не понимая, что от неё хотят.
От этих поганок можно было ждать всякого, но пока они ещё ни разу не пытались действительно сильно ей навредить. Допустим, избить.
А потом та самая, накрашенная, которая желала ей смерти, достала ножницы. И Ольга всё поняла.
Нет, конечно, они не хотят её заколоть. Но если другие унижения она ещё могла терпеть, то сейчас понимала, что они хотят её изуродовать. Остричь.
Кудрявая давно этим угрожала. И сейчас хотела привести свой план в действие.
Одна из девок уже крепко держала её за волосы, хотя Ольге и без того было трудно вырваться. Всё-таки их было четверо, а она — одна.
И почему-то именно лишиться волос ей показалось чем-то настолько обидным и позорным, что на глазах выступили слёзы.
Ольге уже давно стало плевать, когда про неё говорят гадости, плевать, когда портят её вещи. Она смирилась и перестала вообще дорожить чем-либо, что её окружает. Неважно, репутация это или что-то материальное.
Но сейчас они хотели отобрать у неё то, что ещё у неё оставалось. Её право выглядеть так, как она хочет.
— Ты заслужила это, шлюха! — крайне грубо для своего возраста выразилась разукрашенная. — Будешь знать как вертеть задницей перед пацанами!
— Да они на тебя смотрят только потому, что знают, что ты доступная! А ты ведь просто уродина! И сейчас мы всем об этом напомним!
Разумеется, всё это было неправдой. Ольга в гробу видала как местных девок, так и парней, но это никого не волновало.
Только обида и ярость всё сильнее в ней закипали. И так, пока она не почувствовала, как с ней и одной из её обидчиц что-то происходит.
Кудрявая, которая до этого крепко держала её за плечи, теперь обмякла, будто тряпичная кукла, а Ольга наоборот почувствовала прилив сил.
— Что ты сделала, дрянь?! — тут же закричала друга из девок, в ужасе от неё отпрыгнув.
В это же время резко распахнулась дверь в туалет.
На крики прибежала одна из учителей.
Вот только Ольга уже хорошо знала, что это совсем не спасение для неё. И так оно и было.
Быстро оценив ситуацию, учительница закричала:
— Что ты с ней сделала, мерзавка?!
Она бросилась к кудрявой и попыталась привести её в чувство. А когда убедилась, что та жива, снова обернулась к Ольге:
— Ты! Мерзкая маленькая дрянь! Как ты посмела навредить другой ученице! Не зря ты носишь фамилию проклятого клана! Такие, как ты, не должны вообще существовать! Только из-за того, что миру нужны пиявки, мы вас терпим! — изо рта училки разве что брызги слюны не летели. — Не вздумай больше поднимать руку на тех, кто тебя кормит! Иди и прими наказание!
Глава 9
— Ты меня слышала, гадкая Рихтер?! — не унималась училка. — Сейчас же убирайся в комнату наказаний!
Ольга вздрогнула, вспомнив ту самую кладовку-карцер, куда её постоянно загоняли при малейшей провинности. И в этот… тот раз всё было также.
Она просидела в одиночестве несколько дней на хлебе и воде. Её даже не выпускали в школу.
Но сейчас всё это не имело значения. То, на что в прошлом Ольга не обратила внимания, сейчас заиграло новыми красками. Училка назвала её клан проклятым. Что она об этом знала? Что вообще могли знать в этом приюте про Рихтеров?
Это её встряхнуло. Ольга мигом избавилась от удушающих пут прошлого, которые пытались засосать её в детский кошмар и заставить забыть, что всё давно позади, что она совсем другая и больше не одна на целом свете.
Под испуганные крики обидчиц она активировала щит и теневой клинок.
— Откуда ты знаешь про проклятый клан?! Что вообще ты знаешь про Рихтеров?! — воскликнула Ольга, приставив к горлу училки оружие.
— Спроси у кого-нибудь ещё, — презрительно ответила она, — если сможешь. Например, у директора.
Сказав это, мерзкая мадам
