Читаем без скачивания Механист - Вадим Вознесенский

Почему каганаты не распространяют свою власть вплоть до самого подножия Каменного Пояса, оставляя почти трехсоткилометровую полосу Приграничья и с трудом контролируемых паханств? Буфер. Жесткая и честная территория, в которой могут выжить только сильные и свободные люди, умеющие подчиняться только неписаным законам. На всем своем протяжении с севера на юг, а это две с лишним тысячи верст, Приграничье имеет ряд отличий и одну общую черту. Здесь умеют уважать давно обесценившуюся человеческую жизнь.

Генератор.

Моисей.

Не верится, но… слишком много совпадений.

Венедис задерживалась. Вик бы долго не смог там находиться, хоть и не считал себя брезгливым. Перед глазами стояли рваные трещины беззубых ртов, дыры носовых полостей и черные провалы пустых глазниц. Красные узлы мышц, пережатые белыми нитями сухожилий, желтые зернистые сгустки жировой ткани и осклизлые лоскутья порванной кожи. Кожи. Глупая мысль — куда подевали кожу? Скорее всего, бросили в угол среди окровавленного тряпья — не отличишь. Абсолютно неважно, кем были жертвы, — Старьевщик испытывал устойчивое желание убить тех, кто это сделал. Зацепило. Это пройдет.

Венди вышла наружу и, сжимая одной рукой полы своей накидки, а другой — светящуюся трубку, принялась очищать подошвы сапог о мох. Ножа Вик при ней не заметил.

— Не доставала?

— Так посмотрела.

— Большая напряженность?

— Не знаю — не вслушивалась.

С чего бы это? Просто так смотрела? Странно.

— И что?

— Нож как нож…

Темнит девчонка. Минут десять внутри находилась — зачем? Оттерев обувь, Венедис нервно посмотрела механисту в глаза:

— Тут ночевать будем?

Он нацепил маску безразличия. Если это проверка, то пожалуйста — трупы, пусть даже такие жуткие, никак не потревожат его здоровый сон.

Устроиться решили во второй избе, и правда оказавшейся баней. Вик хотел прошвырнуться по лабазам, потом передумал. Не то чтобы он испытывал отвращение к мародерству, но в данном случае просто рука не поднималась.

Когда разводили огонь в печи, попросил Венди помочь с воспламенением. Подумал — чего ей стоит? Но девушка стала какой-то совсем задумчивой — покачала головой и вытащила из рюкзака безотказные кремень с огнивом. Даже зажигалки нет. Вик справился и камнями.

Утром выбрали из топки угли, натаскали сена из сухого лабаза и бросили все в дом к мертвецам — сыро, но, если разгорится, будет кремация. Все, что они в состоянии сделать для той… семьи, наверное.

К Саранпаулю вышли быстро — знали бы, еще вчера добрались. Поселок появился неожиданно — лес сменился покрытой карликовыми березами тундрой, метрах в пятистах щетинящейся первыми покосившимися заборами. Саранпауль Вик немного помнил. Здесь они, два десятка осужденных, ночевали в подвале большой трехэтажной постройки из красного кирпича. Поселок был большой, поэтому ограждением по периметру похвастаться не мог. Где-то в центральной части расположился острог — хорошо укрепленный квадрат из каменных зданий, возведенных, не исключено, еще в доисторические времена. В этой части селения размещались органы самоуправления, квартировались и ханский гарнизон, и отряды милиции. Временное пристанище каторжан в верхней его части являлось главенствующим сооружением в остроге. Вне его стен постройки были преимущественно деревянными, хотя тоже встречались кирпичные добротные дома. Для Приграничья очень большой и богатый поселок, один из немногих, даже вроде бы увеличившихся со времен Большой Войны.

Путники прошли по широкой, мощенной камнем улице, не привлекая особо внимания своим внешним видом — к чужакам здесь относились спокойно. Венедис решительно свернула с дороги, увидев многообещающую вывеску «Гостиный угол» над высоченными воротами в не менее высоком тесовом ограждении, с козырьком из колючей проволоки. Стальные полосы на воротах убеждали, что в случае опасности в гостинице можно отсидеться не хуже, чем за стенами острога. Сейчас, впрочем, створки были радушно распахнуты.

Двор Старьевщика впечатлил — обширный, с оленьим загоном, открытым пространством для палаток скотоводов и относительно небольшой жилой пристройкой.

— Гостиница, — усмехнулась Венедис, — кемпинг.

Что такое кемпинг, Вик не знал, а такую конфигурацию постоялого двора нашел вполне оправданной. Учитывая местную специфику. Просто, чисто, аккуратно. И основательно, как все на севере. Мощенная брусом дорожка вела к входу в одноэтажное здание с высокой мансардной крышей — собственно гостинице.

— Пошли. — В голосе Венди появились распорядительные нотки.

Старьевщик поправил на плечах лямки, перевязи и ремни, двинулся следом, на полкорпуса позади и правее, исполняя роль прислуги. Огнестрельное оружие в этих местах можно было носить открыто, а вот глаза механист вновь спрятал за темными стеклами очков — мало ли кто встретится.

Большую часть здания занимал просторный зал — харчевня с несколькими рядами столов, парой каминов и неким подобием барной, по совместительству конторской, стойки. К ней путники и направились. Массивного вида малый, если не хозяин, то и не из последних людей, облокотившись о столешницу, молча наблюдал за их приближением. Без эмоций — по глазам не поймешь, привлекла ли его внешность Венедис. Или не по женской части, или вышколен хорошо, в последнем случае — плюс заведению.

— На один день, — утвердительно заявила девушка.

— Дешевле, дороже? — не отреагировал на отсутствие «здрасьте» малый.

— А в чем разница?

— В расстоянии.

— Тогда…

— Чем дальше отсюда, тем дороже — по вечерам здесь бывает… шумно. И продолжается допоздна.

— …подороже, но не угловую и не сверху. — Венди кивнула в сторону массивной деревянной лестницы, ведущей в мансарду.

Девушка бросила на стойку из ниоткуда материализовавшуюся в пальцах тонкую ханскую драхму. Управляющий, для себя Вик обозначил малого таким образом, задумчиво осмотрел лежащую монету и вздохнул:

— Еще столько же — и кухня за счет заведения.

— Идет, — не моргнув глазом согласилась Венедис, и о столешницу звякнула вторая монета.

Вик бы поторговался.

Крепкая ладонь со сбитыми костяшками, не исключено, парень совмещал еще и должность вышибалы, мгновенно накрыла драхмы. Сверху по кисти постучал изящный пальчик Венди.

— Плюс ответы на пару вопросов.

Рука управляющего на мгновение замерла, потом он неопределенно кивнул и смахнул монеты к себе в карман.

— Позднее, — предупредила девушка, щелчком пальцев отдала Вику распоряжение двигаться следом и пошла по темному проходу.

Старьевщик подхватил у парня простенький ключ с костяной биркой и потрусил следом. Учитывая очки, полумрак коридора показался совсем зловещим.

Судя по форме и потертости ключа, замок было проще открыть ножом, впрочем, дверь с совпавшим номером оказалась вообще незапертой. Шикарные апартаменты — койка, продавленное кресло напротив, что уже неплохо, железная печь-бочонок и платяной шкаф с покосившимися дверками. Окна во двор, удобства там же. Хотя нет, в углу — жестяной умывальник и мятый таз на облупившейся табуретке. Понятие удаленности от зала — весьма относительное. В гостинице всего-то оказалось двенадцать комнат, по шесть на каждую сторону коридора. Если с них взяли драхму за постой, то сколько же стоили дешевые номера? Вик предположил, что порядок ценообразования носил здесь скорее эмоциональный, чем объективный характер. Одним словом, скептическое выражение на лице Венедис механист если и не разделял, то не осуждал точно.

Кровать одна — по всему, вздумай остаться, Вику бы пришлось ночевать в кресле. В него Старьевщик, сняв поклажу, и бухнулся — амплуа нагловатого слуги ему начинало нравиться.

— Чего расселся? — осадила Венди. Как бы ей не приглянулась роль строгой хозяйки. — Найди дров и растопи печь.

Собственно, немного передохнув, Вик собирался заняться личными проблемами, однако на повестке еще имелся обещанный разговор и оплата за эскорт. В тепле делать это было бы намного комфортнее. К тому же Вик не исключал, что придется ютиться здесь до завтра. Одним словом, дрова нашлись во дворе, а когда Старьевщик мучился у топки, опять колотя кресалом по огниву, Венди задала вопрос, чуть не заставивший его удивленно присвистнуть:

— Виктор, фон твоего амулета… ты можешь поднять уровень, чтобы защитить всю комнату?

Вик всерьез задумался. А сама? Непостоянный Конус Безмолвия — это ведь из ассортимента где-то среднего уровня мастерства. Вот и огонь как дикарю приходится разводить… Рассказать? Для активного и даже выборочного подавления механист обычно пользовался другими, не такими миниатюрными и маломощными приборами. Контур… с хорошим охладителем Вик мог поднять амплитуду, скажем, до пары милливольт, однако на улице хоть и холодно, но льда и снега пока нет. Да и что такое одна-две тысячных вольта?