Читаем без скачивания Тайна золотого орла - Владимир Яцкевич

— Смотрите, вон та братва из охраны Питомцев! — проговорил Серый и спрятался за спины друзей.

Однако охранники не обращали на него никакого внимания. Зато подошедший почтальон, снявший по случаю жары форменную фуражку, подозрительно поглядывал на лицо кавказской национальности, каковым он посчитал перекрашенного Серого. Друзья на всякий случай переместились поближе к воротам.

Почтальон вынул пластмассовую расческу с обломанными зубцами, причесал редкие волосы и водрузил фуражку на надлежащее место, тщательно сверив ребром ладони правильность ее положения. Проделав все эти процедуры, он решительно шагнул к ребятам.

— Откуда будете? — спросил он строгим голосом, обращаясь преимущественно к Серому. — Вы местные?

— Нет, из Москвы, — ответил за всех Лешка. — А в чем дело?

— Ах из Москвы! Так-так… Думали, я вас не узнаю, да? Всей бандой приехали!..

Почтальон начинал медленно закипать. Глаза его округлились и приобрели совершенно бессмысленное выражение, кривой рот задергался.

— Сумочку мою почтовую… — задыхаясь, проговорил почтальон, — сумочку… Это ты ее украл, черномазый! — вдруг заорал он и схватил Серого за плечо.

— Да вы что?! — растерянно воскликнул тот, пытаясь вырваться, но цепкая рука не отпускала.

— Украл и в землю закопал! — крикнул Лешка. — Пустите его! Не видели мы никаких сумок!

— Ага! Сообщники! — Почтальон попытался ухватить и его, однако ловкий Лешка вывернулся. — Знаю я вас! Понаехали сюда!.. — бормотал внештатный блюститель порядка, брызгая слюной. — Пройдемте! Сейчас в отделении разберемся, куда вы почту закопали!

С громким лаем Абрикос подскочил к почтальону и тяпнул его за костлявое колено.

— А! Собаку натравливать! — радостно завопил тот, выпустив свою добычу и прыгая на одной ноге. — Теперь я вас покараю по всей строгости закона!

Происшествие отвлекло внимание зевак от воздушного шара. Но конфликт был внезапно погашен в самом начале. Откуда-то выскочил невысокий человек, что-то коротко сказал почтальону. Тот сник и похромал в сторону. Ребята даже не успели поблагодарить своего заступника, который тут же растворился в толпе.

— Вот ненормальный! — проговорил Серый. — Чего он ко мне привязался?

— Как ему почту доверяют! — возмущался Лешка. — Я бы этому сумасшедшему даже открытки не дал. У него же в голове опилки!

Пока ошарашенные неожиданной стычкой сыщики обменивались впечатлениями, Тема напряженно вглядывался в толпу, пытаясь углядеть скромного спасителя.

— Кто же это был? — задумчиво бормотал он. — Чего такого страшного сказал он почтальону?

— Кто-то, — ответил Лешка. — Да просто хороший человек!

Среди зевак стояли несколько "хороших людей". Крепкие, коротко стриженые парни, одетые как обычные дачники. Они старались не выделяться. Сыщики домашних животных не обладали достаточными навыками оперативной работы, иначе обратили бы на них внимание.

Тем временем шар наполнился горячим воздухом, раздулся, и на его гигантской ребристой поверхности расправил крылья желтый орел, держащий в когтях буквы "ПР".

Мегафонный голос режиссера завыл, загремел по саду:

— Внимание, начали! Алисочка, полезай в корзину! Славно, чудно — это супер! Так, прелестно, Стеллочка, крупный план на фоне аэростата! Чудно, славно — высший класс!

Завидев поднявшийся над корзиной шар, люди хлынули ближе, и впереди всех были сыщики домашних животных.

— Где же Бесконвойный? — сказал Лешка. — Как бы пробраться к нему в гости?

— Не вздумай! — Настя схватила его за руку. — Веди себя прилично. Мы же договорились!

Лешка тут же принялся доказывать, что он ничего не боится, готов полезть прямо в логово к вождю-собаководу, поэтому Насте и дальше пришлось удерживать его за руку.

Абрикос начал поскуливать, а потом, когда мегафон выдал особенно противный вопль, египетский пес не выдержал и разразился громким лаем.

— Это что такое? — возмутился режиссер. — Почему тут посторонние?

Толстяк положил зеркало на траву и рысцой побежал к сыщикам, махая на них ладошками.

— А ну-ка, молодые люди, идите отсюда!

Настя повернулась, сердито тряхнула полураспущенной косой — словно заструилось густое молоко со сливками.

— Стоп! — вдруг воскликнул режиссер. — Подойди сюда, девочка!

Режиссер восхищенно забормотал, обсыпая себя сигарным пеплом:

— Это супер! Славно, чудно, высший класс! Встань, пожалуйста, возле корзины. Я вижу это так — подрастающее поколение приветствует взлетающего лидера!

— Гениально! — откликнулся толстяк.

— Не хватает для композиции… Мальчик!

— Я? — ткнул в себя пальцем Серый.

— Нет, — поморщился режиссер, — другой, который блондин…

— Я, что ли? — осведомился Лешка.

— Да, ты. Подойди, пожалуйста!

Лешка приблизился небрежной походкой, засунув руки в карманы, будто ему не очень-то и хотелось сниматься.

— Замечательно. Настоящий русич! Вы случайно не брат и сестра?

— Нет, — засмущался Лешка.

— Ну так будете! Возьмитесь за руки!.. Чудно! Прекрасный визуальный ряд! Мы готовы, можно начинать. Зовите Бесковойного!

ВЗЯТИЕ БАСТИЛИИ

По саду прошумел внезапный порыв ветра. Согнулись вершины деревьев, розы затрепетали, и золотой орел на воздушном шаре шевельнул крылами, будто хотел улететь. На дорожке появился дородный мужчина в окружении свиты. Это шествовал сам Гавриил Бесконвойный. Вместо царского жезла он держал в руках сотовый телефон.

Отставая на шаг, за ним семенил толстячок, помощник режиссера.

— А не упадет ваш пузырь-то? — просипел Гавриил, протягивая два пальца режиссеру и добродушно похлопывая блондинок.

Бесконвойный говорил низким, одышливым голосом, подрагивая двойным подбородком. Выпученные глаза, широкие щеки придавали ему лягушачий вид, и казалось, что если он встанет на четвереньки и запрыгает за комарами, то никто не удивится.

— Да что вы, шар надежный, экипаж тоже, — лебезил режиссер. — Вот только ветерок поднялся, да канат не даст вам за границу улететь, покинуть рубежи нашей родины, хе-хе!

— Ну гляди, командир! Головой отвечаешь! Мои орлы стреляют без промаха! И я тоже не промажу! Смотри!

Бесконвойный отвел полу пиджака, приподнял набегающий на ремень живот и показал рукоять пистолета.

— Видал?! Да ты чего остолбенел? Шучу я, шучу… Очень я, понимаешь, шутки люблю!.. Давай, работай — не на курорт приехал!

— Все, мы уже начали! План такой — взлетаете, так сказать, к облакам, машете ручкой, потом фейерверк и всеобщее ликование. А остальное я в студии подмонтирую!

Режиссер поднял мегафон и рявкнул прямо в ухо оператору:

— Мотор!! Начали!!

Вождь партии осклабился, позирую перед камерой на фоне блондинок. Запечатлевшись, он вскарабкался по специальной лесенке в корзину аэростата, покряхтывая и отдуваясь, вцепился в обшитые красной замшей края:

— Ну, поехали!

Пилот выдал сноп огня из газовой горелки, и шар начал медленно возноситься в чисто вымытое по такому случаю небо. Солнечные лучи вспыхнули на золотых крыльях орла. Вождь раздулся, засвистел, заухал от избытка чувств. Его лоснящееся лицо расплылось в довольной ухмылке.

Подъем монгольфьера в Жуковке привлек массу любопытных. Сюда стекались, как на праздник. Все, кто проходил мимо — люди, коровы, коза на веревочке, — останавливались и таращились вверх.

Знаток в белой кепке вновь и вновь повторял свою лекцию о тепловых аэростатах, а подковавшаяся старушка вставляла веские замечания, рассказывая благодарным слушателям о необыкновенных качествах материала оболочки и корзинки. Она говорила с таким видом, будто всю жизнь только и делала, что бороздила воздушные просторы. Глядя на березовый веник, который торчал из ее авоськи, можно было поверить, что она действительно покоряла небо при помощи этого нехитрого летательного аппарата.

— Мы можем идти? — спросил Лешка. — Это все?

— Подождите! — отозвался толстячок. — Постойте пока здесь, в сторонке, вдруг вы еще понадобитесь.

Но у Лешки были другие планы.

На импровизированной съемочной площадке началась суета. Режиссер вопил в мегафон на угрюмых пиротехников, которые запаздывали с запуском фейерверка. Толстячок помощник метался и неистовствовал. Несколько человек придерживали страховочный канат, не давая шару подняться выше, чем надо. За ними следили бдительные телохранители. Они провожали улетающего в стратосферу босса, будто он был Юрием Гагариным.

Пользуясь тем, что все внимание было приковано к аэростату, Лешка потихоньку стал отходить к розам, словно хотел цветочки понюхать.

— Куда ты! — прошипела Настя. — Вернись!

— Я сейчас!

Сыщик домашних животных состроил невинную гримасу, нагнулся к кустам, да так скрюченный и пошел, пошел — и скрылся в колючих зарослях…