Протянув деньги, я ждал, когда парень обратит на меня внимание. А он продолжал пожирать глазами Марину, машинально тараторя заученные фразы. Поняв, что он пойман за разглядыванием чужой девушки, доставщик смутился и вручив чек, удалился, успев бросить последний взгляд на Марину. Зависть открыто читалась в его взгляде. Что и говорить, я и сам себе завидовал сегодня!
Марина
- Давай, корми меня, - выдохнула я, после ухода доставщика
Ужин решили провести на террасе, небольшой стеклянный столик и кресла из ротанга, были, как нельзя кстати. Приглушенный свет балконных фонарей освещал наш поздний ужин, несколько упаковок разных сетов сушей и ролл из ближайшего кафе.
Мы открыли еду, разлили белое вино по стаканам. Именно по стаканам, потому что бокалов не нашли. А так как время было глубоко за полночь, а мы не привередливые, и в отличном настроении, решили никого не беспокоить и обойтись тем, что есть.
Я притащила покрывало, укрывшись от прохладного влажного ветра, которым тянуло с реки, по словам девушки, протекающей совсем — недалеко. Разглядеть нам ее не удалось, так как ночь была темная и луна не отражалась от воды. Мы потягивали вино, поглощая суши, болтали о всякой ерунде, слушая, как стрекочут какие-то жуки, и на свет фонарей летят насекомые. И именно сейчас, мне казалось, что все легко и просто; правильно, что мы сейчас вместе, о завтрашнем дне думать не хотелось, я гнала эти мысли прочь.
Мы сидели друг на против друга, вдруг Алекс положил мои ноги себе на колени, накрывая покрывалом.
- Так будет теплее нам обоим,- серьезно пояснил он, и стал поглаживать мои икры.
- Ты уверен? - усмехнулась я , отпуская себя. Или может это вино во мне играло…или ночь такая…
- Теперь уже нет, - хрипло выдавил Алекс, почувствовав, как провела ногой по его бедру,
- Марина….
- Что? - поднимаю на него насмешливый взгляд, зная что время, которое отмерено нашим безумным порывом ограничено.
Он удерживает мой взгляд, заставляя чувствовать напряжение, исходящее от его горячего тела, сейчас такого близкого, вновь заслонившего меня от всех страхов завтрашнего дня…
- Ты нарываешься! - Алекс резко встал и подхватив меня на руки, коснувшись рта, нежно накрыл губы поцелуем, понес в спальню.
Глава 8
Марина
Помешательство, вот что со мной!
Алекс был умелым любовником, это я поняла еще после страстного секса, стремительно случившегося до ужина. После того, как решительно и нагло он присоединился ко мне в ванной, очевидно, никогда не привыкший получать отказ. Объяснять себе свое влечение к нему, мне сейчас совсем не хотелось. Я точно сошла с ума! Но мне было мало его! Мало!
Теперь же в спокойной обстановке он чувствовал себя вольготно, и пользуясь простором кровати, пустил в ход весь свой богатый опыт и умения. Повалив меня на спину, Алекс лег сверху, продолжая целовать. Горячая рука пробралась под футболку и оглаживая голую кожу спины, жадно проскользнула вверх. Он выдохнул: «Марина», прошелся раскрытыми губами к щеке… и это шепот пробрал меня до мозга, отражаясь возбуждением в моем животе. Он смаковал меня, пил, не отрываясь, полностью завладев моими губами и сохраненными остатками разума.
—Алекс, — давая «зеленый свет», погладила его волосы. В полумраке спальни горел его потемневший взгляд, остановившийся на моих губах. Он прижался ко мне и у меня перехватило дух , в который раз оборвалось дыхание от близости наших разгоряченных желанием тел.
— Марина,— снова прошептал Алекс у самого лица, касаясь своим лбом моего, уперев руки по обе стороны от головы.— Пожалуйста, я хочу любить тебя
Я сама его поцеловала, обхватив ладонями напряженное лицо. Нашла губы, чтобы прошептать в ответ:
— Да. Я сама позвала тебя, и тоже хочу…
Он тут же притянул меня к себе и обнял. Замер на секунду, но за нежностью снова вспыхнула страсть, и его руки опустились на мои бедра. Сжали ягодицы, устремились вверх по спине, оставляя обжигающий след на коже, под тягуче-сладкий поцелуй, который вытряхивал из меня все сомнения в правильности сделанного выбора. Алекс хотел меня, я это чувствовала, и с готовностью отвечала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Моя хорошая, посмотри на меня,- сказал с придыханием,- хочу видеть тебя всю
Он потянул футболку вверх раздевая меня. Грудь прикрыли рассыпавшиеся по плечам волосы, и Алекс нетерпеливо отвел их в сторону, открывая меня своему взгляду. Я не ощущала смущения, оказавшись обнаженной перед ним, мне нравилось, каким голодом полыхнули его глаза.
Я понимала по его взгляду и прерывистому дыханию, что, то что он видит, притягивает его, и он еле сдерживается. Мне хотелось предлагать ему себя. Соблазнять. Видеть, как жадно горят глаза. Даже не знаю, как объяснить, такой взгляд я запомнила, в наш первый раз — гремучая смесь восхищения и желания, которое он пытался усмирить
—Марина, я еще никогда не видел никого красивее.
Мне хотелось прикасаться к нему.
Медленно поднимаю ладони вдоль рук к широким плечам, провожу пальцами, задевая ногтями кожу, по тугим бицепсы и четкому рельефу широкой спины, завожу руки ему за спину, запускаю пальцы под джинсы, поглаживая ягодицы. Он отстраняется на миг, стягивая с себя их, отшвыривает в сторону, снова накрывает собой, замирая в ожидании моего прикосновения.
Я отмечаю, какая широкая и ровная у него спина, насколько он выше меня, чувствую Алекса в своих руках, и эта близость тел вытесняет из головы все мысли, кроме одной просто наслаждаться моментом. Почему нет? Люди хотят и получают. Или не получают — у каждого своя удача и свой путь. Разве нет? Мы хотели этого вместе.
У него сильные плечи. И руки, которые в тоже время нежные и ласковые. Он весь словно соткан из мышц. Я пробегаюсь пальцами по его разгоряченной, обнаженной коже и веду ладони вдоль гладкой мускулатуры, касаясь каждой впадинки, чувствуя внизу нарастающий трепет. Поглаживаю его грудь, спускаюсь к животу и провожу ногтем по рельефному прессу, ниже, к резинке трусов, ощущая, как от моих прикосновений сокращаются мышцы. Увожу ладони за спину, трусь головой, о крепкую грудь, искушая — мягко, осторожно, еле ощутимо.
Я трогаю и ласкаю его, распаляя, не стесняясь, нарастающего во мне возбуждения.
Он тут же прижимает меня в ответ, замыкая на мне руки. Утыкается губами в макушку.
—Боже мой, Марина…— шевеля дыханием волосы, —Марина…Я боюсь снова не сдержаться, — ласковые пальцы зарываются в мои волосы, шершавые подушечки оглаживают щеку, висок, и он впивается в меня губами. Я беру мужскую ладонь и опускаю себе на грудь. Он проводит по ней большим пальцем задевая сосок, от чего я подаюсь на коротком вздохе навстречу его прикосновению.- Я хочу любить тебя…
Он словно играет с нашим общим желанием, соблазняя, трогая, перебирая пряди моих волос, опуская ладони вдоль спины до самых ямочек на пояснице, лаская грудь языком, оглаживая талию, касаясь живота, возвращаясь к плечам, заставляя меня выгибаться ему навстречу.
Большие пальцы снова задевают напрягшиеся соски, нежно сдавливая их, а затем грудь накрывают теплые руки, сжимают ее, заполняя его ладони. Позвоночник пронзила сладкая боль, и я почти задыхаюсь от стона при этом прикосновении — острого, на грани крика, словно отозвались оголенные нервы. И поцелуй, вновь глубокий, пронзающий, сносящий крышу, показывающий всю силу его желания, но он продолжает меня ласкать, когда и так внутри все горит.
Вот пальцы скользнули к лопаткам, медленно огладили позвонки, отвели за плечо волосы, подбираясь к затылку,обнажая шею. Теплые губы прошептали за ухом, прежде чем коснуться кожи и лишить дыхания, так тихо, почти сливаясь с тишиной комнаты, и все же позволяя услышать. Понять, как сильно он меня хочет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Марина…— Я с тобой с ума сойду!— выдохнул в волосы.— Скажи, если я в чем-то не смогу себя сдержать, и я… попробую остановиться. Я очень постараюсь быть медленным и нежным, -произносит он, в мгновение скидывая боксеры.
Сдержаться он не мог и дал мне почувствовать свое возбуждение, вжимаясь в бедра, вторгаясь в рот языком, тугое прикосновение и давление между ног. Опускает свои ладони, раскрывая меня для себя..
