Джованни Боско не был каким-то необычным исключением, он был юношей доброжелательным и беспокойным. Выносливости и правильному пониманию предела его, как и других, учила жизнь.
10. Трудное решение
Март 1834 года. Джованнино Боско оканчивает класс гуманистики и подает прошение о принятии его в орден францисканцев. Школьный друг, Эугениус Никко, приносит ему ответ.
– Тебя ожидают в Турине на экзамене в монастыре Матери Божьей де Ангелюс.
Джованнино направляется туда пешком. В списке принятых монастыря появляется запись: «Юноша Джованни Боско из Кастельнуово принят с отличным результатом. Отвечает всем требуемым условиям. 18 апреля 1834 г.».
Сразу же Джованнино готовит документы для поступления в монастырь «Депла Паче» в Киери.
Почему он решился на этот шаг? Ему исполнилось уже 19 лет, и он решил, что наступила пора определить свою будущую жизнь. Он трудился и терпел, потому что хотел стать священником. Но в последние месяцы опять столкнулся лицом к лицу с трагической проблемой бедности. Он признался в этом своему другу из Кастельнуово, Эвазио Савио: «Ведь моя мама не сможет мне постоянно помогать во время учебы». На эту тему он разговаривал также с несколькими францисканцами, а те, хорошо его зная, тотчас же предложили: «Приходи к нам. Не будет проблемы даже с оплатой, которую вносят новации при вступлении в монастырь». Как исключение, Джованни Боско должен был быть освобожден от оплаты.
Крестьянка в черной шали
В конце апреля Джованнино направляется к своему приходскому священнику и просит у него документы, необходимые для вступления в монастырь. Дон Дассано посмотрел на него с сомнением:
– Ты хочешь в монастырь? А хорошо ли ты подумал над этим?
– Мне кажется, да.
Спустя несколько дней дон Дассано посетил усадьбу в Суссамбрино и разговаривал с мамой Маргаритой:
– Джованнино хочет стать францисканцем. Я не против, но мне кажется, что ваш сын больше подходит для работы в приходе. Он умеет обращаться с людьми, привлекать к себе ребят, его все любят. Почему же он должен укрыться в монастыре? Кроме этого, Маргарита, хочу вам ясно представить дело: Вы уже немолода и небогата. Сын – настоятель прихода, всегда вам поможет в старости, а сын – монах будет для вас потерян. Я убежден, что вы должны отговорить его от этого намерения. Мне кажется, что это только послужит вашему добру.
Набросив на себя шаль, мать Маргарита отправляется в Киери.
– Дон Дассано был у меня и сказал, что ты хочешь вступить в монастырь. Это правда?
– Да, мама. Я надеюсь, что ты не будешь иметь ничего против.
– Послушай меня внимательно, Джованнино: Я хочу, чтобы ты все спокойно обдумал. Если решишь – иди своим путем, не оглядываясь. Здесь самое важное, чтобы ты выполнил Божью волю. Приходский священник хочет, чтобы я повлияла на смену твоего решения, так как в будущем я могу нуждаться в твоей помощи. Но я тебе говорю: в этих делах мать не в счет. Я бедной родилась, жила убого и хочу бедной умереть. Более того, хочу сказать тебе сразу, что если бы ты, к своему несчастью, стал богатым священником, нога моя не ступит в твой дом. Запомни себе это хорошенько.
Старая крестьянка в черной шали говорила решительным тоном и с огромной энергией, которую излучало ее лило. Дон Боско никогда не забыл этих слов.
Очень странный сон
Джованнино уже почти принял решение, когда случилось непредвиденное. Спустя много лет, он вспоминает об этом так: «За несколько дней до моего вступления в монастырь мне приснился странный сон. Мне казалось, что я вижу толпу монахов в разодранных рясах. Они бежали в различных направлениях. Один из них подошел ко мне и сказал: „Ты ищешь покоя, но здесь его не найдешь. Бог готовит тебе другое место и другую жатву“».
Сон – дело обычное, ничего не значащее. Однако Джованнино должен был учесть, что для него сны были чем-то важным, хотя, быть может, не всегда удобным.
Он открыл душу перед своим другом Алоизом Комолло и получил ответ, типичный для этого набожного юноши, горячо верующего:
Отслужи новенну и напиши письмо моему дяде – приходскому священнику, а потом уже слепо слушайся. «В последний день новенны – вспоминает дон Боско – я вместе с Алоизом исповедался, принял Святое Причастие, выслушал Св. Мессу, потом служил к другой мессе у алтаря Матери Божьей Милосердной. После возвращения домой нас ожидало письмо от дона Комолло, дяди Алоиза, который писал: „Учитывая все обстоятельства, я бы не советовал твоему другу вступать в монастырь. Пусть станет семинаристом“».
«Почему не посоветуешься с доном Кафассо?»
Стать семинаристом – означало поступление в семинарию. Но откуда взять деньги? Эвазио Савио, друг Джованнино, подсказал ему:
– Иди в Турин и посоветуйся с доном Кафассо. Это лучший из священников, которые родились в Кастельнуово. Джузеппе Кафассо было всего 23 года, но он считался одним из лучших духовных руководителей душ. Много сомневающихся и встревоженных обращалось к нему за советом. Он жил в Турине в церковном интернате, совершенствуя курс теологии и одновременно занимаясь больными и заключенными.
Джованнино пришел к нему и представил свои сомнения. С большим спокойствием, не колебаясь, дон Кафассо сказал:
– Пройди курс риторики, потом поступай в семинарию. Проведение Божье объявит, чего ожидает от тебя. Относительно денег – будь спокоен, кто-то об этом подумает.
Во время этого разговора Джованни Боско столкнулся с важным элементом равновесия в своей жизни. Бурный темперамент водил его всегда среди мечтаний, проектов, сомнений, успехов и разочарований. Дон Кафассо, спокойный и уравновешенный, стал для него тактичным другом, мудрым советником и молчаливым благодателем.
11. Сутана и семнария
Облачение семинаристов в те времена было важным событием. Кандидат в сан священника снимал с себя штатский костюм и надевал длинную черную сутану. Она должна была ему напоминать: «Хочу стать священником и жить так, как подобает священнику».
Воскресенье 25 октября. В церкви Кастельнуово перед обедней настоятель должен облачить Джованнино в сутану. Джованни Боско приближается к алтарю, неся перекинутое через плечо семинарское одеяние.
«Когда настоятель, дон Цинцано, велел мне снять штатский костюм, при словах „Господь да разденет тебя из человека старого с его привычками и способом поведения“ – я отметил про себя в глубине души: „Сколько устаревшего надо устранить! Боже мой, уничтожь все мои порочные привычки“. А потом, когда он добавил: „Да облачит тебя Господь в человека нового, сотворенного на подобие сердца Божьего, в справедливости, правде и святости“ – я вздохнул: „Боже мой, лишь бы только я в самом деле начал новую жизнь, согласно Твоей воле. Мария, приди мне на помощь!“»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
