Этот прием прекрасно описывал Эйзенштейн: «Возьмем, например, такой популярнейший художественный прием, как так называемый pars pro toto (часть вместо целого). Сила его эффективности всем известна. Пенсне врача из “Броненосца Потемкин” врезалось в память любого зрителя. Этот прием состоит в замещении целого (врача) частью (пенсне), играющей его роль, причем оказывается, что играет она ее гораздо чувственно интенсивнее, чем сыграл бы сам вторичный показ целого (врача). И оказывается, что этот прием является типичнейшим примером мыслительных форм из арсенала раннего мышления. На той стадии еще нет того представления о единстве частного и целого, как мы его понимаем теперь. На той стадии нет дифференцированности мышления, часть есть одновременно и целое».
Птица. Фотография автора.
На этом стоит весь «дедуктивный» метод Шерлока Холмса. Великий детектив мог все сказать о человеке по его одежде и узнать, откуда он приехал, по грязи на его ботинках. (Хотя, конечно, правильнее назвать его метод абдуктивным).
«По одной капле воды человек, умеющий мыслить логически, может сделать вывод о возможности существования Атлантического океана или Ниагарского водопада, даже если он не видал ни того, ни другого и никогда о них не слыхал. Всякая жизнь – это огромная цепь причин и следствий, и природу ее мы можем познать по одному звену»
(«Этюд в багровых тонах»).Вильгельм Рентген так открыл излучение, названное его именем. Увидеть икс-лучи он не мог, но догадался об их существовании по косвенному признаку – зеленоватому свечению кристаллов платиноцианистого бария.
Можно делать памятники, 99 процентов которых будет достраивать воображение. Например, представьте – на площади стоит монумент в виде огромной десятиметровой ступни человека. И все. Больше ничего нет. Туристы будут гадать – каких же грандиозных размеров была вся статуя и каких высот достигла цивилизация, способная построить такого исполина? Умели же.
Я как-то попробовал посмотреть на все предметы в доме только через одну функцию – время. И получилось, что:
• Холодильник замедляет время для продуктов.
• Миксер ускоряет время.
• Кровать – это временная ловушка. Лег – и несколько часов исчезли.
• Замок не запирает квартиру на задвижку. Он страхует квартиру на количество времени, которое злоумышленнику требуется на взлом.
• Телевизор – это вообще машина времени.
• А видеомагнитофон – это возможность самому тщательно подбирать свой запас консервированного времени.
Можно довести этот прием до абсолюта. Представить, каким будет мир вообще без предмета, над которым вы думаете. И воображение сразу начинает работать.
Когда снимался фильм о пророке Мухаммеде, режиссер столкнулся с проблемой, казавшейся неразрешимой: в исламе есть запрет на изображение пророка (хотя есть и исключения: в «Мираджнаме» – иллюстрированной книге XV века – пророк изображен с открытым лицом).
Как снять фильм о пророке, не показав его ни разу?
Было принято решение снимать сцены с пророком субъективной камерой. Как бы его глазами.
Какая важная деталь объединяет эти изображения Адама и Евы?
Предметом длительных дискуссий был вопрос, как изображать Адама и Еву – с пупком или без. Без пупка человек выглядел несколько странно, а появиться пупку было вроде бы неоткуда. Многие художники решали эту проблему, прикрывая живот рукой или листьями.
Есть похожая притча про однорукого короля и художника: король заказал свой парадный портрет придворному художнику. Тот блестяще выполнил свою работу и нарисовал короля одноруким. Монарх пришел в бешенство, приказал отрубить живописцу голову и позвать другого художника. Второй художник, узнав о судьбе первого, изобразил короля с двумя руками. Но такое приукрашивание действительности оскорбило короля, и этому художнику тоже отрубили голову. Послали за третьим живописцем. Ему совсем не хотелось расставаться с жизнью, и он нашел простой выход – нарисовал величественный портрет монарха в профиль. Так, что не было видно, есть ли у короля вторая рука.
В «Теории решения изобретательских задач» (ТРИЗ) Генриха Альтшуллера одним из критериев успешного решения задачи является такое решение, когда самого объекта, создающего проблему нет, а его функции выполняются. Приведу два примера.
1. Когда советские конструкторы проектировали станцию «Луна-16», они столкнулись с технической проблемой. На станции была мощная электрическая лампа, освещавшая поверхность под опорами модуля. Лампе нужно было выдержать большие механические перегрузки. На испытаниях лампы постоянно бились. Слабым местом было соединение цоколя со стеклянным баллоном. Никакие усиления этого места не давали эффекта.
Нужно было найти простейшее решение, которое и предложил главный конструктор. Стеклянная колба нужна для того, чтобы раскаленная нить накаливания не вступала в контакт с кислородом и не окислялась (не перегорела). Но на Луне нет кислорода, и от колбы можно отказаться.
2. Для испытания каждого нового сплава его помещают в специальную камеру с агрессивной средой. А потом изучают, как сплав ее выдерживает. Основная проблема была в камере. Агрессивная среда быстро разъедала и ее. Пытались сделать камеру прочнее или покрывать ее изнутри благородными металлами – получалось дорого.
Нужно придумать простое эффективное решение.
На семинарах я часто предлагал эту задачу студентам. Если разрешить им делать что угодно для решения – студенты впадают в ступор или начинают предлагать очень сложные решения. Стоит ограничить их и сказать, что нельзя использовать ничего дополнительного, – находят решение меньше чем за минуту.
Генрих Гейне. 1827 год
В данном случае предлагается вообще отказаться от камеры. В куске сплава высверливается отверстие для агрессивной среды – сплав и становится камерой. А потом испытатели разрезают контрольный образец и изучают его изнутри, а не снаружи.
Об очень многих вещах можно догадаться не по наличию чего-либо, а по его отсутствию. В 1942 году будущий академик Георгий Флеров написал Сталину, что из американских научных журналов исчезли статьи по атомной физике, и, следовательно, США очень близко подошли к созданию атомной бомбы.
