Читаем без скачивания Наследие звёзд - Клиффорд Саймак

- И к тому же, - добавила Мэг, - когда медведь спугнул лошадей, стражники оставили нас и бросились их догонять. И не вернулись.

- Мне кажется, это из-за Илейн, - сказал Кашинг. - Ты видела их лица, когда они смотрели на нее? Они были в ужасе! Когда медведь погнался за лошадьми, он вывел стражников из состояния шока и дал им благовидный предлог для бегства.

- Может, лошади и ни при чем, хотя для степного народа лошадь очень важна. Без лошади они калеки - настолько эти люди срослись с ними. Неудивительно, что стражники припустили за лошадьми.

Деревья маячили впереди сплошной зеленой стеной. Выглядели они как обыкновенные деревья, но Кашинг поймал себя на том, что не может определить, какие именно. Кроны были густыми и раскидистыми, но это были не дубы, не клены, не вязы и не орешник. Они вообще не были похожи ни на одно из известных деревьев. Их листья трепетали и шелестели на ветру так же, как листья других деревьев, но, вслушавшись, Кашинг уловил в этом шелесте некую выразительность. Казалось, будь его слух немного острее, он сумел бы различить слова.

Трепещущая Змейка с огромной быстротой закружилась над головой Ролло. Преследователи, эти сгустки мрака, шедшие за ними по пятам, приблизились к путешественникам, словно ища защиты. Эзра остановился футах в десяти от зеленой стены и застыл в своей обычной позе: руки сложены на груди, голова откинута назад, глаза закрыты. Илейн опустилась на землю, скрестила ноги, положила руки на колени и низко склонила голову, покрытую истрепанным платком.

Вдруг сзади послышался новый звук - резкий стук, и Кашинг, обернувшись, понял, что его издают Камни. Они выстроились полукольцом, края которого упирались в стену Деревьев, путники оказались в самой середине. Камни неуклюже переворачивались и стучали, задевая друг друга.

- Ужас! - вскричала Мэг. - У меня от этого холода кровь стынет в жилах.

Эзра все стоял истуканом, Илейн сидела сиднем, а Энди нервно помахивал хвостом. Преследователи уже суетливо сновали между путешественниками, сливаясь в сплошное темное облако. Трепещущую Змейку было, едва видно - так яростно она кружилась.

- Мы не одни, - тихо сказал Ролло. - Взгляните назад.

Кашинг и Мэг обернулись. В полумиле от них на фоне неба выделялись силуэты пятерых всадников.

- Стражники, - пробормотала Мэг. - Чего им тут надо?

Едва она умолкла, как стражники вдруг тонко и пронзительно заскулили. В этом вопле слышалось беспредельное отчаяние.

- Господи, мальчик мой, когда же все это кончится? - воскликнула Мэг. С этими словами она быстро подошла к Эзре и умоляюще воздела руки. - Ради всего святого, пропустите нас! - закричала она. - Пожалуйста, пропустите нас!

Деревья, казалось, ожили и заволновались, их ветви пришли в движение, и стволы раздались в стороны, образуя проход. Путники вошли туда, в торжественное безмолвие, и весь остальной мир исчез, отдалился. Между Деревьями не было молодой поросли. В темной пустоте виднелись лишь гигантские стволы, которые торжественно возносились ввысь подобно колоннам храма. Землю устилал многовековой ковер опавшей листвы. Когда путешественники оказались среди Деревьев, проход сомкнулся и снаружи все стало по-прежнему.

Они остановились в тишине, которую лишь подчеркивал легкий шелест листвы над головой.

«Мы сумели, мы прорвались сюда», - хотел сказать Кашинг, но не смог, подавленный величием окружающего. Здесь было не место праздным разговорам. Здесь было нечто такое, что ему и не снилось. Он искал Звездный Город, и, даже понимая, что может в самом деле найти его, он был уверен, что это просто площадка, с которой люди отправляли в космос свои огромные корабли. Однако Деревья, Живые Камни и стражники - все это было настолько фантастично, что совершенно не вязалось с местом, которое он предполагал найти. И если этот Утес - в самом деле Звездный Город, что за чертовщина происходит вокруг?

Эзра стоял на коленях, и его губы шевелились, словно он что-то шептал.

- Эзра! - воскликнул Кашинг. - Что происходит?

Илейн не сидела, как обычно, рядом с дедом. Она повернулась к Кашингу.

- Оставь его в покое, - холодно сказала девушка. - Оставь его в покое, глупец.

Мэг дернула Кашинга за рукав.

- Святая Святых? - спросила она.

- Боже мой, о чем ты?

- Об этом месте. Это - Святая Святых, разве ты не чувствуешь?

Кашинг покачал головой. Он не видел здесь ничего святого. Ужас - да. Чувство одиночества - да. Место, откуда нужно скорее уносить ноги. Место, покой которого внушает странное беспокойство. Но ничего святого.

- Ты прав, - сказали ему Деревья. - Здесь нет ничего святого. Тут жилище правды, тут мы ее находим, тут мы отделяем зерна от плевел. Здесь место вопросов и учения. Здесь мы заглядываем в души.

Он мельком увидел - или ему показалось? - зловещую мрачную фигуру в черном. Голова ее была прикрыта черным капюшоном, в котором пряталось злобное костлявое лицо. Эта фигура вселила в него ужас. Ноги ослабли и подломились, плечи поникли, мозг превратился в дрожащее желе. Его жизнь, вся его жизнь, все, что он когда-либо думал и делал, вытряхивалось из души, и он чувствовал, как жесткие пальцы с грязными ногтями деловито копаются в этом, ощупывая, изучая, распределяя, а потом тощая костлявая ладонь запихивает все обратно в его душу.

Он пошел вперед, едва держась на дрожащих ногах. Мэг шагала рядом, поддерживая его, и в этот миг сердце Кашинга наполнилось любовью к славной старой ведьме, которая без жалоб и сетований прошла вместе с ним много долгих миль.

- Вперед, мой мальчик, - сказала она. - Теперь путь свободен, осталось совсем немного.

Затуманенному взору Кашинга открылся проход, туннель, в конце которого виднелся свет. Кашинг, пошатываясь, шел рядом с Мэг. Он боялся оглянуться, потерять дорогу. Он знал, что его друзья следуют за ним. Мало-помалу светлое пятно приближалось. Кашинг из последних сил ускорил шаг и увидел прямо перед собой бесконечный подъем, склон, поросший прекрасной сухой золотистой травой. Тут и там торчали скалистые уступы, кусты и деревца.

Шедший сзади Ролло произнес:

- Вот мы и добрались, хозяин. Наконец-то мы здесь. Мы на Громовом Утесе.

Глава 18

ЧУТЬ ВЫШЕ ПО СКЛОНУ они наткнулись на небольшое озерцо в неглубокой каменной выемке, окруженное чахлыми, изогнутыми ветром кедрами. Здесь они и развели небольшой костерок из сухих кедровых веток, на котором зажарили остатки оленины. Из лагеря были видны равнина внизу за кольцом Деревьев и казавшиеся игрушечными фигурки пятерых стражников, стоявших в ряд. Время от времени стражники как один воздевали руки к небу, и, когда затихал ветер, сидевшие у костра слышали их надрывное завывание.

Мэг внимательно рассматривала стражников в бинокль.

- Похоже, они кого-то оплакивают, - заметила она. - Сначала стоят неподвижно, потом делают один-два шага, будто танцуют, поднимают руки и подвывают.

Эзра кивнул с серьезным видом.

- Они фанатики, - сказал он.

- И откуда ты все знаешь? - заворчал Кашинг. - Ты прав, разумеется, но скажи мне, откуда ты знаешь? А я могу сказать тебе, что по горло сыт твоими позами, которые не менее глупы, чем кривляние стражников.

- Ты ошибаешься, - отвечал Эзра. - Я ведь провел вас мимо Деревьев. Я поговорил с ними, и они пропустили нас.

- Это ты так считаешь, - бросил Кашинг, - а я думаю, что нас провела Мэг, а ты только бормотал.

- Парень, - сказала Мэг, - давайте не будем ссориться. Совсем не важно, кто помог нам пройти. Главное - что Деревья нас пропустили.

Илейн взглянула на Кашинга, и впервые в ее глазах не было пустоты. Она смотрела на него с холодной ненавистью.

- Ты все время недолюбливал нас, - произнесла она. - Относился к нам свысока, считал нас чудаками. Я жалею, что мы пошли с тобой.

- Ну-ну, малышка, - сказал Эзра, - мы все понервничали, но это скоро пройдет. Согласен, иногда я, может быть, и переигрывал, но клянусь, что так же уверен в своих способностях, как и прежде. И я по-прежнему верю, что могу разговаривать с растениями. Я действительно говорил с Деревьями, клянусь, и они отвечали мне. Они разговаривали не так, как все другие растения. Это была занятная беседа, но я понял далеко не все. Деревья употребляли такие понятия, которые я раньше не слышал и хоть понимал, что они новы и важны, сумел постичь лишь крохи. Они заглянули в мою душу и на мгновение открыли мне свою. Они изучали меня - не тело, но душу - и дали мне возможность сделать то же самое по отношению к ним. Но я не знал, как это сделать, - как они ни старались. Я не знал, каким образом это сделать.

- Пространство - это иллюзия, - сказала Илейн, отчетливо произнося слова. Казалось, она разговаривала не с ними, а читала молитву. - Пространство - иллюзия, и время тоже. Таких вещей, как пространство и время, не существует вовсе. Мы не видим фальши понятий, называемых нами вечностью и бесконечностью. Есть еще один фактор, который может все объяснить. Если познать его, станет понятным остальное. Не останется ни тайн, ни любопытства, ни сомнений, потому что скоро все станет простым… простым… простым…