– А мистер Стэнтон не просил устроить ему междугородный разговор?
– У меня – нет, я уверена, он никуда не звонил, на его счете не сделано пометки.
– Но он мог спуститься в вестибюль и позвонить?
– Да.
– Это было бы замечено?
– Нет. Исключено.
Мейсон улыбнулся:
– С вашего разрешения я сам позвоню.
Продолжая улыбаться, он вошел в телефонную будку и попросил его соединить с офисом шерифа. После того как ему ответили, он настойчиво потребовал, чтобы с ним переговорил старший офицер. Услышав, что с ним беседует помощник шерифа, он представился:
– Я Перри Мейсон, адвокат. Прибыл сюда, чтобы проконсультироваться с моей клиенткой, миссис Эдвард Дейвенпорт. Вы заключили ее в тюрьму. Я хочу с ней поговорить.
– Вы… Вы… Вы – Перри Мейсон?
– Совершенно верно.
Голос внезапно стал предупредительно вежливым.
– Где вы сейчас находитесь, мистер Мейсон?
– В «Велчбург-мотеле». Я хочу вызвать такси, чтобы ехать в ваш офис. Хочу поговорить с моей клиенткой.
– Вам вовсе не нужно беспокоиться, мистер Мейсон. – Голос стал еще любезнее. – Мы всегда стараемся быть гостеприимными, обязательно обеспечим вас машиной. Оставайтесь на месте, машина придет через пять минут.
– Так уж и через пять минут?
– Возможно, и скорее. Одну минуточку, пожалуйста. Я посмотрю, что можно сделать. Подождите у аппарата.
Секунд тридцать трубка молчала, затем голос вновь появился:
– У нас есть машина для вас, мистер Мейсон. Мы вас разыскивали.
– Неужели?
– Да. Вы ездили в дом мистера Дейвенпорта в Парадайзе, не так ли?
– Нет.
– Не ездили? – недоверчиво спросил голос.
– Нет, – твердо повторил адвокат. – Я ездил в дом миссис Дейвенпорт, а на тот случай, если вас интересует содержимое конверта, я бы посоветовал вам обратиться к Мейбл Нордж, секретарю мистера Дейвенпорта, и хорошенько ее допросить. На тот случай, если вы еще чем-то интересуетесь, могу сообщить, что мистер Дейвенпорт останавливался в этом мотеле вечером накануне своей смерти. Да, да, в «Велчбург-мотеле». Он зарегистрировался под именем Фрэнка Л. Стэнтона.
– Вы уверены? – спросил офицер.
– Описание внешности совпадает, а также номер его машины.
– Почему вы сообщаете нам об этом?
– Бог ты мой! – удивленно воскликнул Мейсон. – А разве у меня есть основания не сообщать вам этого?
– Да нет, вроде бы нет… Просто я подумал, вы бы предпочли не делиться с нами известными данными.
– Откуда у вас такие старомодные воззрения? Ага, я вижу, на подъездную дорогу завернула машина с красным светом. Полагаю, это мой транспорт. Вы прибыли сюда весьма быстро.
– Мы стараемся быстро работать, мистер Мейсон, – заявил помощник шерифа. – Наша машина патрулировала в районе по соседству с вами, она объезжала все мотели, стараясь установить, в котором из них останавливался мистер Дейвенпорт.
– Ну, рад, что избавил вас от излишних хлопот, – сказал Мейсон и повесил трубку, когда два широкоплечих помощника шерифа вошли в холл.
Глава 8
Полицейская машина резко затормозила у обочины, и Мейсона проводили в здание. Высокий человек с добродушной усмешкой шагнул ему навстречу и протянул руку:
– Перри Мейсон?
– Он самый, – подтвердил адвокат, пожимая предложенную ему руку.
– Я Талберт Вэндлинг, окружной прокурор здесь, во Фресно. Похоже на то, что мы с вами в одном деле, только с разных сторон.
Мейсон оценивающе взглянул на местного окружного прокурора. Спокойные, внимательные глаза, легкая, свободная приветливость исходила от него.
– Мне кажется, – сказал Мейсон, – вы можете быть весьма опасным противником.
– Стараюсь, – ответил Вэндлинг. – Что это за история со вскрытым письмом в округе Бьютт?
– Предполагают, что его вскрыл я? – спросил Мейсон.
– У тамошнего окружного прокурора нет ни малейших сомнений.
– Это считается преступлением?
– Ну, – пожал плечами Вэндлинг, – все зависит от того, как смотреть.
Мейсон понимающе улыбнулся:
– Полагаю, у вас полно забот в своем округе.
– Можете не сомневаться.
– В таком случае, думаю, вам совсем необязательно одалживать проблемы из округа Бьютт только для того, чтобы не чувствовать себя бездельником.
Вэндлинг откинул голову и засмеялся.
– Как мне сообщили, вы держите у себя миссис Дейвенпорт. Она моя клиентка. Я хочу поговорить с ней и дать ей несколько советов.
Улыбка моментально исчезла с лица Вэндлинга.
– В этом деле есть некоторые моменты, которых я не понимаю, мистер Мейсон. Начнем с того, что я бы не хотел осудить невинного человека. По ее словам, она ничего не знает об убийстве. Иначе говоря, она невиновна.
Мейсон красноречиво молчал.
– К несчастью, – продолжал Вэндлинг, – кое-какие обстоятельства не позволяют мне принять ее заверения.
– Как вы относитесь к трупу, выбравшемуся из комнаты через окно? – спросил Мейсон.
– Это один из моментов, к которому я перейду позже. А прежде чем выложить перед вами все свои карты, я хотел бы, чтобы вы ответили мне тем же самым.
– Что ж, согласен. Только зачем же их выкладывать все сразу? Выложите одну, а я посмотрю, есть ли у меня равная ей.
– Ол-райт, будь по-вашему… Должен откровенно признаться, полиция допустила грубейшую ошибку.
– Не понимаю.
– Человек, который видел, как фигура, одетая в пижаму, вылезла из окна и уехала на машине, ускользнул от нас.
– Как такое могло случиться?
– Он дал полицейским ложный адрес и, очевидно, выдуманное имя.
– И офицеры, ничего не проверяя, отпустили его с миром?
Вэндлинг с досадой развел руками, мол, в полиции работают тоже люди, а им свойственно ошибаться.
– Судите сами, он зарегистрировался здесь, в мотеле. И был не один. Парочка назвалась мужем и женой. Он сообщил полицейским, что видел, как какой-то человек, одетый в пижаму, вылез из окна и уехал на автомобиле. Полицейские спросили у него имя и адрес, он назвал данные, записанные в регистрационном журнале. Полицейские сверились с записью. Оказалось, пара приехала накануне, все данные совпадают, и на этом они успокоились. Конечно, им следовало потребовать водительские права и проверить номер машины… Они даже не попросили предъявить документы. Повторяю, это грубейшая ошибка. Единственное объяснение такой халатности – полицейские были убеждены в том, что не существовало никакого тела, а просто запертый в комнате человек улизнул через окно от непривлекательной жены.
Глаза у Мейсона посуровели.
– Продолжайте.
– Очевидно, этот человек затем призадумался и сообразил, что будет неизбежно вызван в качестве свидетеля, его подлинная фамилия, а возможно, и фамилия его спутницы будут установлены, и он поспешил удалиться.
– Так что полицейские не знают, кто это был?
– Не имеют ни малейшего понятия. У них есть только названное им имя, но, разумеется, оно не настоящее, в этом я полностью уверен. Адрес фиктивный, точно так же, как и номер машины, записанный в регистрационном журнале.
– Откуда вы знаете?
– Мы проверили владельца автомобиля с таким номером. Он живет в южной части штата, женат, имеет семью, и нет ни малейшего сомнения в том, что он не тот человек, который нам нужен. Более того, на протяжении последних двух суток он никуда не отлучался из дома, его автомобиль тоже на месте. Он никому не одалживал машину и, скорее всего, вообще никогда не бывал в этой части штата.
Мейсон с досадой стукнул по столу и воскликнул:
– А ведь этот человек из мотеля является самым важным свидетелем защиты!
Вэндлинг посмотрел на адвоката даже с некоторым сочувствием.
– Если бы этот свидетель был необходим для обвинения, я сомневаюсь, чтобы ваши полицейские его так бездарно упустили.
Вэндлинг проглотил пилюлю, но не смолчал:
– В ваших словах содержатся определенные намеки, и мне не нравится, каким тоном вы их произнесли.
– Я намекаю на случившееся, а оно мне тоже весьма не нравится.
Заразительная улыбка тут же вернулась на лицо Вэндлинга.
– Конечно, Мейсон, но будем справедливы. Если бы этот человек был свидетелем обвинения, его заявление доказывало бы факт совершения преступления. Правильно?
– По всей вероятности.
– Тогда бы полицейские знали: они работают по делу об убийстве, с них снимут головы, если свидетель скроется, и в этом случае, естественно, непременно предприняли бы шаги для установления его личности, чтобы не было трудностей, когда потребуется вызвать его для дачи показаний. Но в данном случае рассказ очевидца доказывал, что никакого преступления не было. И полицейские действовали с меньшей ответственностью, чем следовало бы. Во всяком случае, я надеюсь, такого ляпсуса не случилось бы. Непозволительная ошибка, я с вами вполне согласен, и она не дает мне покоя.
– Это крайне важный свидетель, – снова повторил Мейсон. – Полиция должна принять меры для того, чтобы его разыскать.
