Земля, словно выжженная сотней пожаров, без единого намека на растительность зияла черными трещинами шириною в человеческий рост. Сухие стволы деревьев. Серое небо, затянутое тучами, тела людей с застывшими в немом крике лицами. Путникам пришлось спешиться и вести лошадей за собой, взяв под уздцы. Городские ворота открыты настежь. Привалившийся к стене стражник с остановившимся взглядом пропускал всех желающих, коих было немного. Над воротами болталась серая лента с буквами, которые когда-то были белыми: «Добро пожаловать в Хайт». Страшное зрелище.
Девушка идущая след в след за мужчиной нервно передернула плечами, словно от холода.
— Здесь вообще кто-нибудь живой остался?
— Похоже, их осталось очень мало. Нужно осмотреть.
— Как ты себе это представляешь? — взвилась она. — Атан! Нас всего двое! Что ты предлагаешь нам делать?
— По-моему из нас двоих маг — это ты, поэтому предложений я жду от тебя. Я сразу говорил, что здесь происходит. И рискну напомнить, что Леся и Самойлов направлялись сюда. И найти нам их нужно прежде, чем до этих двух, — Атан сдержал нецензурное определение, — доберется кто-то еще.
— А ты уверен, что они здесь? — Атан красноречиво посмотрел на черноволосую девушку, и та поняла, что сморозила глупость.
— Ну ты же знаешь, что я всегда говорю глупости, когда нервничаю.
За два часа осмотра ничего нового путники не увидели. Черная земля, ни намека на растительность и трупы, трупы, трупы. Запаха разложения не было — благо солнце пряталось за тучами.
— Слушай, — не выдержала Милада, — я могу ошибаться, но мне кажется, что Лесенка здесь не было.
— С чего ты взяла? — поинтересовался Атан, с трудом открывая дубовые двери, ведущие в дом губернатора.
— Она бы не допустила этого. Либо я засекла ее по поисковому маячку. Но след оборвался перед въездом в губернию… Может, ее здесь и не было? Может, Самойлов в последний момент изменил маршрут?
— Он не мог этого сделать. Владимир не проигнорирует приказ императора.
— А ты не думал, что он может послать кого-то из отряда сюда, а сам и носа не совать?
— Все возможно. Но ведь твой поисковик молчит. Если бы они свернули, то маячок указал бы тебе верное направление, — возразил странник, пропуская девушку вперед.
Милада сморщила аккуратненький носик и прошла мимо странника. Дом выглядел так, словно ничего и не произошло, а тела людей, лежащих на полу, так это просто спать всем сразу захотелось.
— Это что-то новое, — произнесла Милада, присаживаясь на корточки рядом с телом одного из слуг, — оно пришло моментально, застав всех врасплох. Это не Черный мор и не другое проклятие…
— А что это тогда? — Атан привалился к дверному косяку, сложив руки на груди.
— Определенно проклятие, но такой силы… Я затрудняюсь даже предположить, кто способен на такое.
— Дор? — Атан вопросительно изогнул бровь и пожал плечами.
— Нет. Я сомневаюсь, что обладая такой силой, он прятался бы столько лет. Нет. Такая мощь подвластна только смерти… — пробормотала девушка, поднимаясь.
— Что ты имеешь ввиду?
Милада приложила пальчик к губам и на цыпочках пробралась на второй этаж. Половица под ногой Атан протяжно заскрипела, огласив весь дом.
— Тише ты! — шикнула черноволосая ведьмочка на него, продолжая путь наверх. Она сосредоточенно прислушивалась к чему-то недоступному слуху странника, напряженно всматривалась… Атан смотрел на нее, не отрываясь.
— Да в чем дело? — прошипел он.
— Не мешай, а! — шикнула девушка, — я разговариваю! — Милада остановилась у одной из дверей и взялась за ручку.
— Сама с собой можешь поговорить и потом, — огрызнулся Атан.
— Я с домом разговариваю, — ответила девушка.
— А ты у душеведа давно была? Поинтересовался странник. Девушка выразительно закатила глаза и открыла дверь.
Комната оказалась приемной губернатора. За дубовым столом друг напротив друга в креслах располагались губернатор и странник. Атан подошел к телу последнего, а Милада застыла посреди комнаты, широко раскинув руки.
Тело девушки едва заметно глазу задрожало, голова откинулась назад.
Атан перешел к изучению бумаг, лежавших на столе.
— Милад, их точно здесь не было, — произнес странник отрываясь от бумаг. Девушка не отвечала. Атан обернулся. Черноволосая ведьмочка стала бледной, как смерть. На лбу выступила испарина. Плечи обреченно опустились. Тело девушки шаталось, словно лист на ветру. Глаза прикрыты, а губы что-то шепчут. Только что?
Девушка стала заваливаться на бок, и Атан подскочил к ней. Девушка была без сознания. Отведя двумя пальцами прядь с лица Милады, Атан попытался привести ее в чувства, но безрезультатно.
Бумаги на столе вспыхнули, ярко озарив комнату. Атан вздрогнул от неожиданности, озираясь по комнате. Пламя занималось все быстрей, переходя на одежду на телах и дубовый стол.
Странник чертыхнулся. И поспешил выбраться из горящей комнаты. Оказалось, что горит не только комната, горит весь дом. Дым забирался в глаза, и нос, мешая дышать. Безвольно обмякшее тело Милады, тоже не придавало страннику маневренности. Стараясь дышать через раз, странник устремился к двери, перепрыгивая через горящие тела. Грохот заставил Атана посмотреть в потолок и вовремя увернуться от горящей балки, стремительно падающей вниз. Язычок огня лизнул края плаща, и добрался до брюк.
Он не мог дышать, почти ничего не видел из-за сизого дыма, ноги жгло так, что впору орать… но на руках у него была Милада и времени обращать внимание на собственную боль у него не было. Он подбежал к окну. С разбегу выбив плечом стекло, Атан по инерции выкатился на улицу. Сзади полыхнуло, и раздался взрыв. Он отполз, в безопасное место, продолжая сжимать Миладу в объятиях…
Милада пыталась выбраться из сна, в котором не хотела находиться. Боль, гнев, ужас, паника — чужие эмоции, которые она не могла, не хотела чувствовать в себе. Когда очередная волна ужаса накатила на нее, девушка не выдержала и закричала…
— О, Всевидящий, ну за что мне все это! — сквозь кашель пробормотал странник, а Милада рискнула открыть глаза.
— Атан! — Радостно воскликнула она, но тут же осеклась, рассмотрев парня.
— Кто-то поджег дом. И пока ты находилась в блаженном состоянии неги, мне пришлось вытаскивать наши задницы из пекла, — сообщил он, тяжело приваливаясь к стене.
— Ой, да у тебя ноги обгорели! — воскликнула она, прикрывая рот рукой. Ноги странника ниже коленей походили на месиво красной кожи, пузырей и обгоревшей ткани.
— Надеюсь, ты сможешь что-нибудь придумать, иначе я прямо тут начну орать, как женщина при родах и перебужу половину мертвяков своим шикарным голосом, — Изрек он с трудом.
