— В последний раз ты был у меня месяц назад, — перебила его мать. — Ты собирался заехать неделю назад, но Патрисия утащила тебя на какую-то вечеринку.
— Да, и до сих пор жалею, что потащился туда, вместо того чтобы побыть с тобой. Она, кстати, едет в Штаты ненадолго. Так что я буду целиком в твоем распоряжении.
— Сид, дорогой, с моей стороны нехорошо ворчать, что ты редко навещаешь меня, — я же знаю: ты занят с утра до вечера. Ладно, расскажи, как ты съездил. Ты так неожиданно собрался...
— Мне надо было привезти в Англию Доминик.
— Доминик?
— Она бельгийка, дочь директора дома-музея Джеймса Энсора в Остенде. Мы познакомились, когда я приезжал к ее отцу по поводу той банды, которая занимается похищением предметов искусства...
— За которой ты уже три года гоняешься? — уточнила миссис Харпер. — Ее отец оказался в этом замешан?
— К счастью, нет. — И Сид подробно рассказал, как случайно втянул Доминик в неприятную историю и считает себя обязанным помочь ей в карьере. — Думаю, она тебе понравилась бы.
— Хорошенькая? — осведомилась миссис Харпер.
— Я бы так не сказал, но глаза у нее чудесные, а еще у нее масса волос цвета бронзы и красивый низкий голос.
Его мать опустила глаза на вышивание.
— Похоже, умненькая девочка. Думаю, Джейн Пауэрс будет от нее в восторге.
— Честно говоря, я в этом тоже не сомневаюсь.
Миссис Харпер оторвалась от своего занятия и внимательно посмотрела на сына.
— Вот, — продолжал он, — а еще она любит гулять по пляжу, особенно когда идет дождь и дует холодный ветер.
— Ну, тогда она должна себя чувствовать в Англии, как дома, — заметила миссис Харпер, и они рассмеялись. Она помолчала, потом спросила: — Ты уже решил, что подаришь Патрисии на свадьбу?
— Пока нет, но у меня хватит времени с этим разобраться. Пат еще не определилась с датой.
Его мать что-то невнятно пробормотала себе под нос, моля Бога, чтобы Патрисия так и не смогла определиться с датой свадьбы до конца жизни.
Миссис Харпер давно смирилась с выбором сына: она не хотела мешать мальчику строить жизнь и желала ему счастья, но Патрисия не понравилась ей с самого начала. Хотя миссис Харпер отдавала себе отчет, насколько та хороша собой и, когда хочет, обаятельна, это не мешало ей изнывать от скуки во время недолгих визитов сына и ее будущей невестки. Однако в присутствии Сиднея она была очень внимательна и мила с Патрисией, чтобы не расстраивать сына. Каждый раз, видя их вместе, миссис Харпер с тоской говорила себе, что Патрисия не сможет стать опорой сыну в его работе, а прекратить его постоянные разъезды по заграницам и бесконечные уикенды на работе она не сможет, да и не захочет.
Сидней поднялся, пообещав снова заглянуть к ней так скоро, как только сможет.
— Обязательно заглядывай, Сид. Если Патрисия уезжает и ты в следующее воскресенье свободен, приезжай на целый день — мы чудесно проведем время.
По дороге домой Сид поймал себя на том, что ему кажется, будто на месте пассажира рядом с ним сидит Доминик, но это был просто его верный Брюс.
С утра Доминик решила пойти в «Тейт», хотя в галерее был выходной и директора на месте не должно быть. Она решила воспользоваться возможностью спокойно пройтись по музею: когда начнется работа, у нее просто не будет на это времени.
Однако, к ее удивлению и ужасу, миссис Пауэрс лично приняла Доминик в своем кабинете. Доминик давно уже так не волновалась. Джейн сразу поняла, что творится с девушкой, и предложила провести ее по залам галереи — честь, которой мало кто смог бы похвастать. Делая это, Джейн преследовала две цели: во-первых, помочь Доминик снять напряжение, а во-вторых, незаметно понаблюдать за ней, чтобы выяснить уровень ее знаний и решить, какую работу ей можно поручить.
Джейн очень быстро поняла, с кем имеет дело: Доминик не старалась демонстрировать свою эрудицию при каждом удобном случае, но вопросы задавала точные и к месту. Когда они вернулись в кабинет, обеим казалось, что они работают вместе уже давно.
— Итак, Доминик, — сказала Джейн, подавая девушке руку на прощание, — жду вас завтра в девять утра. Сегодня у вас еще есть время купить конверты и марки, а также посмотреть, что продают в магазинах.
Доминик довольно быстро обнаружила ближайшее почтовое отделение, где и обзавелась некоторым количеством конвертов и марок. На соседней улице оказался симпатичный маленький магазинчик, где продавали изделия из шерсти и мелкую галантерею, по соседству была булочная и супермаркет.
Доминик решила, что для двух месяцев пребывания в Лондоне ей вполне хватит тех магазинов, которые она обнаружила. Доминик, конечно, не видела самых элегантных магазинов, которые располагались на Пиккадилли, но, поскольку денег у нее было немного, она решила, что это не имеет значения. Купив французскую газету, она вернулась в отель как раз к обеду — в уютной столовой вкусно пахло — и тут же вспомнила, что завтракала сегодня очень рано. И хотя жители континентальной Европы привыкли с иронией относиться к британской кухне, но бараньи котлеты с горошком оказались превосходными.
На следующий день началась полноценная стажировка. Доминик старалась впитывать глазами и ушами всю информацию, которая могла пригодиться в дальнейшем. Прежде всего, она отправилась в реставрационный отдел галереи. Поначалу сотрудники настороженно встретили тихую невзрачную иностранку. Доминик тут же, без долгих разговоров принялась за работу и с радостью обнаружила, что навыки, которые привил ей отец, вполне соответствуют уровню «Тейт». То, что ее старание и мастерство были оценены по достоинству, стало ясно, когда коллеги собрались на ланч и пригласили Доминик с собой.
После ланча в мастерскую заглянула Джейн и, внимательно изучив результаты работы нового стажера, осталась довольна.
— У вас неплохо получается, — похвалила она Доминик. — Вечером после закрытия приходите в конференц-зал: я буду вести семинар по постимпрессионистам, сегодня ожидается пара любопытных докладов, вы наверняка узнаете что-то новое...
Доминик добралась до своего номера поздно вечером. Голова гудела от переизбытка информации, и, лежа в постели, она снова и снова прокручивала события сегодняшнего дня. Только теперь она начала понимать, как много ей предстоит изучить. Но ведь для этого она и приехала в Лондон.
И было еще одно, о чем Доминик забыла в дневной суете, но что регулярно являлось в ее снах: надежда на случайную встречу с Сиднеем Харпером. Вот и сейчас, засыпая, она видела себя гуляющей в Сент-Джеймсском парке, ее окликает знакомый голос, она оборачивается — и видит Сиднея Харпера...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
