миг в мозге словно что-то взорвалось, окатив запредельной болью. Утратив всякую связь с реальностью, я увидела свое прошлое. Все происходило как в густом тумане.
Размытое женское лицо в ореоле светлых волос склонилось надо мной. Надев мне что-то на шею, незнакомка шепнула:
— На память, — немного помедлив, мягко продолжила: — Когда наступит время, ты вспомнишь. Верю, поймешь и не осудишь, — ее голос слегка дрогнул, а после женщина громко воскликнула: — Живи!
Резкий взмах, блеснула затейливая сложная вязь на лезвии ритуального ножа. Через миг сталь клинка вонзилась мне прямо в сердце.
Буквально услышав хруст своих ребер, я застонала и распахнула глаза.
Что это было?! Кто эта женщина?! И почему я осталась жива?!
Откуда-то я четко знала, что все, пролетевшее за короткий миг в памяти, не бред воспаленного мозга. Это действительно воспоминание из моего реального прошлого. Но снова ничего не прояснилось.
Как же надоело!
Скрипнув зубами, крепко сжала рукоять клинка и, слегка пошатываясь, побрела к выходу из лаборатории. Едва переступила порог, заметила идущего по коридору Савелия Андреевича.
— Что случилось? — встревоженно поинтересовался он. Через миг мужчина оказался рядом. Аккуратно взяв за плечи, наклонился и, заглядывая в глаза, настойчиво повторил: — Что случилось, Яра?
— Фонарик ваш потеряла, — не желая рассказывать правду, пробормотала первое пришедшее в голову. Немного подумав, добавила: — Ножик нашла.
Не обращая внимания на клинок в моей руке, дядя едва заметно улыбнулся.
— Какой ты, по сути, еще ребенок, — мужчина покачал головой. — Поехали домой, Ярослава. Тетя звонила: ждет нас. У нее есть новости. Плохие или хорошие, не уточнила, — не дожидаясь ответа, дядя решительно повел меня на выход.
Без происшествий миновав защитный купол, я молча уселась на заднее сидение внедорожника. Савелий Андреевич устроился за рулем, и через минуту автомобиль тронулся.
Глядя в окошко, я не видела мелькающих вдоль дороги домов. Вновь и вновь прокручивая такие неожиданные и крайне неоднозначные воспоминания из прошлого, искренне пыталась разобраться.
Единственное, что пока более-менее прояснилось, — это откуда взялся кулон на моей шее. Его подарила светловолосая. На память. Но потом, сказав: «Живи!», ударила клинком в сердце.
В голове подобное просто не желало укладываться. Это что, какой-то ритуал? Но зачем? И куда подевалась незнакомка после? Почему я думала, что украшение — подарок от близкого и родного человека? Мне ведь это не просто показалось, я была твердо уверена.
Сведя брови к переносице, хмуро глянула на клинок, лежащий на коленях. Вспомнились подслушанные слова реаниматолога: «Ни единого препарата ввести не удалось: в месте соприкосновения с кожей иглы ломались». Но сейчас же я умудрилась пораниться!
Надо перепроверить.
Быстро взяв клинок, решительно уколола острием указательный палец. На коже набухла маленькая капелька крови. Увы, новых воспоминаний больше не появилось, а вот ранка через миг затянулась.
Стерев алую каплю, покачала головой. Чего я добилась? Да ничего. И так знала, что этим ножом могу порезаться.
А может, мое тело противится, когда кто-то другой пытается проколоть кожу? Но светловолосая чудесно справилась, воткнув в меня загадочный клинок. Получается, дело в нем? Или нет? Надо дома взять другой нож и попробовать.
Положив клинок обратно на испачканный подол платья, задумчиво потерла грязное пятнышко сажи на запястье. Дядя не прокомментировал мой внешний вид, но, уверена, я сейчас та еще красавица.
В душе глухо клокотало раздражение. Не из-за грязных рук или испорченного платья, вовсе нет. Дико надоело ничего не помнить, не понимать того, что со мной творится, и ждать неизвестно чего.
И тут до меня наконец-то дошло. Вот же дура! Эта женщина из прошлого сказала: «Когда наступит время, ты вспомнишь». Получается, у меня нет амнезии от стресса. Мою память умышленно заблокировали, причем до какого-то определенного момента.
Что я такое знаю?! Почему не должна помнить об этом сейчас, но потом — пожалуйста?! Отчего незнакомка, вонзившая мне нож в сердце, верила, что пойму ее?!
Застонав про себя, прижалась лбом к стеклу. Должен, просто обязан найтись способ вернуть память! И не когда-то потом, а сейчас.
— Ты устала? — раздался голос дяди.
— Немного, — ответила негромко и поморщилась. Голова и так разбухала от мыслей, а ведь еще у тети есть новости. И пока непонятно, плохие или хорошие.
Почувствовав настойчивое внимание, глянула на Савелия Андреевича. Тот пристально смотрел на меня в зеркало заднего вида. По-своему оценив мои нахмуренные брови, мужчина добродушно произнес:
— Ехать немного осталось. Потерпи. Скоро отдохнешь.
Едва заметно кивнув, я вновь повернулась к окошку.
Глава 9
Япония. Токио. Хризантемовый дворец
Ночь мягко опускалась на прекрасный придворцовый парк Фукиагэ. Прикрыв глаза, император Ичиро уже довольно давно недвижимо сидел на лавочке. Выглядел мужчина расслабленно, даже безмятежно, но впечатление было обманчиво. Государь нервничал: долгожданные сведения из России запаздывали.
Едва слышный звук знакомых шагов коснулся его слуха. Наконец-то! Выждав паузу, Ичиро медленно открыл глаза и пристально посмотрел на склонившегося перед ним с планшетом в руке советника Юити. Привычно нащупал в своем кармане артефакт, активировал полог тишины и отрывисто приказал:
— Говори.
— Ваше величество, пришла информация из России, — выпрямившись, доложил Юити. Ичиро прищурился, не отводя тяжелого взгляда от собеседника. — Тоширо верно определил координаты всплеска силы. Спецы на месте зафиксировали остаточный след. Это жилой дом. В ночь выброса силы произошел пожар, и строение пострадало. Российские дознаватели сразу же закрыли его защитным куполом. Не привлекая внимания местных, пробраться внутрь не получится. Наши пообщались с очевидцами, аккуратно навели справки в отделе дознания. Установлено, что в момент пожара в здании находились двое: простолюдины — отец и дочь. Мужчина погиб, девушку доставили в больницу. Сейчас ее состояние удовлетворительное, проживает в доме дяди, простолюдина Савелия Андреевича Игнатьева.
Нахмурившись, император Ичиро едва заметно поджал от досады губы. Не таких новостей он ожидал. Совсем не таких.
— В доме точно больше никого не было? — глухо поинтересовался правитель.
— Абсолютно, — голос советника прозвучал уверенно. — Гостью никто не видел. За этим домом мы прежде присматривали, — встретившись с цепким взглядом правителя, Юити бесстрастно продолжил: — Погибший мужчина — тот самый артефактор, которым так живо интересуется госпожа Айко, — советник многозначительно замолчал.
— Даже так? — император удивленно качнул головой. Сведя брови к переносице, Ичиро погрузился в размышления. Не
