— Не хотите, попробовать? — спросила она. Джеррет покачал головой.
— Я уже поел. Гиббс подала мне бекон, колбасу, грибы, томаты и яйца. Потом я съел тост и…
— Замолчите, — сердито оборвала его Сара. — Если вы пытаетесь вызвать у меня зависть, считайте, что вы преуспели.
— Вы можете оставить это, пойти со мной и нормально позавтракать.
Сара могла представить себе реакцию миссис Гиббс на просьбу еще раз приготовить завтрак. Она ведь была не ее любимым Джерретом, а девушкой, которую она сразу невзлюбила. Бекон у нее, вероятно, подгорит, а яичница пережарится.
— Я даже не могу подумать о том, чтобы так обеспокоить вашу экономку, — сказала она надменно. — Во всяком случае, я люблю корнфлекс.
— Вы много потеряли, — заметил он, и она почувствовала, что он разочарован ее ответом.
— Почему бы вам не пойти и посидеть в другой комнате? — спросила она, не в силах больше выносить, что он продолжает наблюдать за ее едой.
— И пропустить сцену вашего гнева? Нет, вы просто чудо, Сара. Мне до сих пор ни разу не было скучно с вами.
— Вам нравится развлекаться за мой счет? — Ее зеленые глаза метнули в него пучок искр.
— Не совсем, не когда я нахожусь на линии вашего огня, но даже это можно вытерпеть ради того, чтобы понаблюдать за вами. Я ни разу не встречал такую девушку.
— Я могу сказать то же самое. — Она с издевкой посмотрела на него.
— В таком случае, может быть, нас связывают какие-нибудь узы? — Он сказал это преувеличенно серьезно, но, конечно, опять насмехался, и это больше всего выводило ее из себя.
— Да, я понимаю, в вашем положении можно и мило пошутить, — заметила она, — но у меня нет ни малейшего желания быть связанной с вами каким-либо образом. — Она быстро взглянула на него, чтобы проверить его реакцию.
— Итак, вы стоите на своем.
— А почему, почему вы не делаете из этого выводы?
На его лице задергался мускул, но улыбка была по-прежнему на месте.
— Я нахожусь здесь по делу о коттедже, если вы забыли. Вас интересовало, говорю ли я правду.
— А теперь вас задерживает здесь погода? — спросила она сухо.
— Боюсь, что да.
— Можете взять один из зонтов бабушки Лиззи.
— Ну, нет уж! — засмеялся он. — Я видел ее коллекцию зонтиков. У нее был очень странный вкус: чем ярче и безвкуснее, тем лучше. Вы можете представить меня, прогуливающимся по деревне с чем-нибудь подобным?
Сара сразу представила себе эту забавную картину и не смогла не улыбнуться.
— Это было бы очень смешно.
— И погубило бы мою репутацию.
— Это бы меня не взволновало, — чуть кокетничая, заявила она, глядя на него своими искрящимися глазами.
— Знаете, вы дерзкая девчонка, — прорычал он. — А не следует ли мне положить вас себе на колени и наказать, как вы того заслуживаете?
— Боже, как я испугалась! — язвительно воскликнула Сара, но вскоре пожалела об этом, когда он решительно обогнул кухонный стол, схватил ее за запястье и заставил встать.
Не понимая, действовал ли он всерьез или испытывал ее, Сара неуверенно дернула руку, вопросительно глядя на него.
— Только посмейте, — одними губами прошептала она.
В следующее мгновение его губы нашли ее.
— Еще как посмею, — пробормотал он. — Но такой способ наказания даже лучше.
Как и другие его поцелуи, он привел все ее чувства в замешательство, в особенности после недавних объятий во время грозы. В этот момент он был необходим ей, она подумала, что это ее кокетство побудило его к действию. И когда он выдохнул:
— Это, безусловно, тот тип завтрака, который я предпочитаю. — Она мысленно согласилась с ним.
Казалось, что поцелуй длился бесконечно долго. Он не только исследовал ее рот, но и все лицо, и она почувствовала, как он потянул резинку, освобождая ее волосы. Он зарыл в них руки и перекинул их ей на лицо, водопад шелка соломенного цвета.
На мгновение он остановился, чтобы полюбоваться своей работой, погладил ее волосы, а потом обхватив ее лицо ладонями, покрыл его поцелуями.
Сара начала терять контроль над собой. Он был самым сексуальным мужчиной из всех, встречавшихся ей, и было невозможно сопротивляться ему. Она чувствовала себя бессильной, находящейся под какими-то чарами, и когда он сдвинул свою руку, чтобы охватить ее грудь сквозь тонкий хлопок блузки, и погладил пальцем уже напрягшийся сосок, ее тело прогнулось, и из груди вырвался слабый стон удовольствия.
Ее сердце бешено колотилось, а все части тела сделались вдруг необыкновенно чувствительными. Она закрыла глаза и ощутила болезненное желание внизу живота. Только, когда он попытался стянуть с нее блузку, она слегка вздрогнула, как будто очнулась от сна.
— Нет, Джеррет.
К ее изумлению, он остановился, на его лице была довольная улыбка.
— Ты поняла, что только что сказала?
Сара изумленно раскрыла чуть помутневшие от страсти глаза.
— Я сказала «нет», но…
— Ты назвала меня Джерретом. О, это шаг в верном направлении! Ты знаешь, в это утро мы преодолели преграду. До чего же мне нравятся твои волосы… — Он снова поднял их, пропуская между пальцами, разглядывая с обожанием, прижимая к своему лицу и вдыхая их свежесть.
Сара не заметила, что назвала его по имени, и ей хотелось бы пойти на попятную, но она видела такое восхищение, с которым никогда не сталкивалась раньше, и это сбивало ее с толку. Многие говорили ей, что у нее прекрасные волосы, но никто не обожал их так сильно. Этот неподдельный восторг опьянял ее так же, как его поцелуи. Она рассматривала его лицо, видела на нем совершенно необычное выражение и чувствовала себя так, как если бы занималась любовью.
Это заставило ее бессознательно положить руки ему на плечи, желая, чтобы он снова обнял ее, желая снова ощутить его силу. Он взглянул в ее сверкающие всеми оттенками изумруда глаза и притянул ее лицо к своему, по-прежнему перебирая в пальцах ее волосы.
— Ты так хочешь? — прошептал он, покрывая ее губы легкими, эротическими поцелуями, заставляя лавину чувств перекатываться от пересохшего горла до самого низа живота.
Она торопливо кивнула, не понимая, как он может еще что-то спрашивать, и закрыла глаза, полностью отдавшись наслаждению. Это был долгий, медленный, чувственный поцелуй. Его губы и язык пробовали на вкус, исследовали, возбуждали. Сара прижалась к нему бедрами, послушно подставляя ему свой рот, свободно отвечая на поцелуй, совершенно не сдерживая себя.
Ей захотелось, чтобы он опять прикоснулся к ее груди, она до боли желала этого, но на этот раз он держал себя в руках и сконцентрировал все свое внимание на ее рте, целуя ее так, как это не делал ни один мужчина в ее жизни. Казалось, он испытывал острое наслаждение, целуя только уголок рта или нежную кожу нижней губы, обращаясь с каждым участком, как с необыкновенным лакомством. Когда он наконец отстранился, она была сильно разочарована. Ей хотелось, чтобы этот поцелуй не кончался никогда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
