— Кто такая миссис Мендел Хэмметт?
— Она — пережиток прошлого, Кэрригэн, она — целое учреждение, покровительница многообещающих дарований и дальняя родственница несчастного Лонгтона. Я вдруг вспомнил, как он говорил мне, что ему принадлежит квартира в ее доме, которой он мог пользоваться, когда хотел. Ну вот, а сад дома 39-Б по Саттон-Плейс выходит прямо к реке; мост Куинсборо как раз под ним!
— Не нужно смотреть на меня с такой тревогой, сэр, — сказала миссис Мендел Хэмметт. — Я увечная и немощная старуха, но зато не слабоумная. Дайте, пожалуйста, прикурить.
Она лежала на кушетке в гостиной, хозяин которой, судя по убранству, исколесил весь свет. Ясные карие глаза под густыми бровями были совсем юными, кожа оставалась свежей, а белоснежные вьющиеся локоны наводили на мысль о пудре и мушках на лице.
— Вы удивительная женщина, миссис Мендел Хэмметт.
— Я вместе с покойным мужем побывала в самых суровых местах, — ответила она, попыхивая сигаретой. — Значит, Джеймс умер? Ну… если я могу помочь вам найти его убийцу, располагайте мною.
— Прежде всего, — очень мягко продолжил Смит, — как я понял со слов мисс Динсфорд, вашей секретарши, Джеймса Лонгтона здесь не ждали. Он появился около шести вечера и сказал, что хочет воспользоваться квартирой.
— Да, сэр, — ответила она слегка дрожащим голосом. — Он прилетел самолетом из Гаваны и заявил, что никто не должен знать о его приезде в город и это очень важно.
— Он поднялся к себе в комнаты, — продолжал Смит, — попросив, чтобы его не беспокоили…
— Он сказал, что примет ванну и полежит до обеда, поскольку страшно устал.
— Это очень важно. И с тех пор, полагаю, вы его не видели?
— Не видела.
— У него было много вещей?
— Легкий чемоданчик и большой портфель.
— Кто вносил их к нему в комнату?
— Он сам.
— Значит, больше никто к нему не входил?
— Никто. Квартира всегда была наготове. А застелить постель и навести порядок служанка могла позже.
На мгновение ее ясные глаза затуманились. Миссис Мендел Хэмметт стряхнула пепел с сигареты.
— Люди, бывало, замечали изрядное сходство между Джеймсом и Кеннардом Вудом. Сама я его не видела, хоть они и были двоюродными братьями по материнской линии.
— Я, конечно же, заметил, — пробормотал Смит. — А теперь, когда разразилась эта трагедия, мне надлежит позаботиться о безопасности полковника. Прежде чем я поднимусь и осмотрю эти комнаты, миссис Мендел Хэмметт, позвольте спросить, не говорил ли вам Джеймс о местонахождении Кеннарда Вуда?
— Он говорил мне, что они собирались приехать вместе. Утром у них должна была состояться важная встреча с вами и какими-то людьми из Вашингтона в отеле «Регал-Атениан». Они уже собирались вылететь из Гаваны правительственным самолетом, когда Кеннарда Вуда задержал нарочный от министра Соединенных Штатов…
— И поэтому Лонгтон прилетел один?
— Он прилетел один. Кеннард Вуд должен был последовать за ним, как только сможет, и Джеймс собирался позвонить ему в отель сразу же, как только… проснется. По какой-то причине они путешествовали в большой тайне.
— Я знаю эту причину, — мрачно сказал Смит. — Пожалуйста, извините нас… Идемте, Кэрригэн.
Седовласый цветной слуга провел нас наверх и открыл дверь. Мы включили свет.
— Покои мистера Джеймса, сэр, — пробормотал он. Смит посмотрел на негра пытливым взглядом и сказал:
— Можете идти.
Мы вошли в комнаты Джеймса Лонгтона. Гостиную, судя по всему, обставляла женщина. Многие фотографии на стенах были явно автобиографическими. На них были запечатлены студенческие группы из колледжа, на столе красовалась коллекция старых трубок.
Найланд Смит, не отходя от закрытой двери, начал принюхиваться.
— Вы чувствуете какой-нибудь необычный запах, Кэрригэн?
При этих словах я тоже обратил внимание на атмосферу в комнате и ответил:
— Да, есть какой-то слабый, но очень неприятный запах. Я пытаюсь определить его.
— Я уже определил! — сказал Смит. — Он мне знаком. Теперь в спальню…
Он открыл дверь, отыскал выключатель и первым прошел в небольшую, хорошо обставленную спальню. В дальнем правом углу я увидел отгороженный занавеской альков, в котором, вероятно, располагалась ванная. В комнате было нечто спартанское, что, возможно, отражало характер покойного, поэтому, увидев красивую китайскую шкатулку, которая была тут явно не к месту, я решил взять ее и осмотреть. Но тут Смит резко сказал:
— Не трогайте ее! Ничего не трогайте. Мы идем вслепую, и я не намерен рисковать. Странный запах здесь сильнее?
Оробев от резкого тона Смита, я оставил шкатулку в покое.
— Да, по-моему, гораздо сильнее. Вы заметили, что постель в страшном беспорядке?
— Я заметил и кое-что другое.
Он направился к занавешенному алькову, вошел туда и снова вышел.
— Лонгтон разделся в ванной, его одежда там, — сказал Смит. — Он принял ванну, потом прилег. Ясно, что он страшно устал. Вы видите его чемодан вон там на стуле, он не открыт. Джеймс забрался в постель и забылся глубоким сном. Вы чувствуете, как прохладно в комнате?
— Да.
— Если я не ошибаюсь, окно отрыто.
Он прошел к окну и отдернул занавески. Я увидел блеснувшую в лунном свете поверхность воды.
— Распахнуто настежь! — воскликнул Смит. — А там балкон.
Смит повернулся и уставился на смятую постель.
— Замечаете что-нибудь необычное? — спросил он.
— Она в ужасном беспорядке.
— Право, Кэрригэн, как знаменитый журналист, вы меня разыгрываете. Такая хозяйка, как миссис Мендел Хэмметт, не позволит гостю спать на одеяле. Простыни-то нет!
— Боже праведный! Вы правы!
Смит немного постоял, глядя на меня.
— Они воспользовались ею, чтобы спустить тело в сад, — неторопливо заговорил он. — Я вижу следы веревки на перилах балкона! Внизу под стеной растет старый крепкий кипарис. Один из головорезов Фу Манчи взобрался по нему, пока Лонгтон сидел в ванне. Может быть, он взломал окно. Потом вернулся, закутал тело и спустил его в сад, где ждал напарник. Мисс Динсфорд показала мне комнаты на первом этаже. Вряд ли кто-то там слышал шум: эти парни работают тихо, как мыши.
— Но что же его убило? — вскричал я. — Тут может быть какой-нибудь ключ к разгадке…
Я повернулся к разоренной постели, но тут Смит резко сказал:
— Отойдите, Кэрригэн! Ничего не трогайте. Оставьте поиски мне.
Я подчинился и застыл на месте, а Смит, осмотрев постель, открыл китайскую шкатулку (в которой, кроме сигарет, ничего смертельно опасного не оказалось), обследовал книжные полки, шкафчики, обшарил все углы. Он столь же тщательно осмотрел и другие комнаты. Потом в вещах Лонгтона нашел ключ от чемодана. Открыв его, он осмотрел содержимое. И все это время Смит принюхивался, будто борзая, отыскивающая потерянный след.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
