Он вдруг улыбается. Глубоко вздыхает.
— Да, она тоже была со мной, — нервно хихикаю, — как маска и духи.
— Но почему ты не сказала? — Игорь говорит не то что бы со злостью, а с досадой. — Как я понимаю, на праздник моего отца ты тоже попала через Наталью?
Кусаю губу.
— Наташа ни в чем не виновата, — говорю в первую очередь, — а я… Игорь, это еще не всё, в чем я должна признаться.
Да, смешки в сторону. Возможно, сейчас я получила его последний нежный взгляд на себя. Но нужно идти до конца.
— После той ночи, Игорь… Я забеременела.
Золотов так и цепенеет. Быстро смотрит в район моего живота. Его черты так напряжены, как будто он испытывает боль. Она плещется и в серых глазах.
— Но как же так, Лиля? — наконец, он начинает говорить, но оптимизм это не внушает. — Да, тогда я совсем не знал тебя. И вообще не подозревал о существовании… Но ты могла как-то меня найти! Сказать! Мы бы сохранили… Ведь у тебя поэтому проблемы со здоровьем? Ты сделала операцию?
До меня медленно доходит, что он имеет в виду. Как мужчина он не слишком подкован в таких вопросах. Резко машу головой.
— Я не избавлялась от малыша! — почти кричу и добавляю тише. — Он здесь.
Опускаю руку на живот, а глазами впиваюсь в Золотова. Кажется, я хочу поймать мельчайшую его реакцию.
Мужчина входит в очередной короткий ступор. Зависает на пару секунд и… широко улыбается.
— Ты у меня умничка!
Несколько простых слов, а у меня на глазах слезы. Он совсем не против рождения нашего малыша и даже за! И ко мне вроде не растерял хороших чувств. Словно в подтверждение Игорь подходит к кровати, садится и обнимает меня сзади. Вот его рука уже поверх моей на животике.
— Не буду врать, сейчас я в крайнем шоке, — его дыхание обжигает, — понимаю только одно — здорово, что ты рядом, и с мелким порядок! Это самое главное. Прости, может ты ждала слов покрасивее. Но так резко услышать, что ты будущий отец… Да еще второй раз за день.
Пусть слова по-мужски скупые, но они такие важные! Улетаю на седьмое небо. Однако последняя фраза заставляет спуститься.
— Как это второй?!
Игорь поворачивается, чтобы я могла его видеть. Но сидит так же близко, убирает прядку мне за щеку.
— Оливия сегодня явилась и загоняла, что ждет от меня ребенка. Ты вот молчала так долго, а Ол не растерялась.
Хм, но почему он так спокоен?
— Думаешь, врет? — морщусь.
Золотов усмехается.
— На маскараде у меня было лишь с одной Золушкой. Я думал, это Оливия. Но получается, с ней у меня не было вообще. Ведь ни до, ни после того вечера мы не сближались.
Вскидываю брови.
— Но почему она так сказала?!
Золотов кривится.
— Я говорил ей, что на меня произвела впечатление наша ночь. Ол, вероятно, подумала — я напился. Ничего не помню, на этом можно сыграть. Сколько я ее знаю, она всегда была легкой на… подъем. Обеспеченные бойфренды, отношения без выноса мозга. Ее отец давно развелся с матерью и уехал, сейчас они на мели. Оливия же могла поддерживать высокий уровень жизни за счет мужчин. Но ей за двадцать пять, уже вовсю наступает более юная армия красавиц. Вот Ол, судя по всему, и захотела пристроиться.
Боже.
— А беременна она реально?
Золотов жмет плечами.
— Не знаю, в клинику ехать отказалась. Я сразу предложил сделать тест.
Да, он конкретный. И отцовство для бизнесмена — дело не рядовое. Мне становится холодно.
— Мы тоже будем делать тест? — осторожно выбираюсь из его объятий.
Он медлит с ответом.
— Хм, прости, сразу не понял. А ты не уверена?
Краснею.
— Я уверена на сто процентов. В то время и после у меня никого не было. А ты уверен?
Золотов хмыкает.
— У меня тоже после никого не было. А если серьезно, я тебе верю. Самое главное, что мы снова встретились. С меня новогодний презент для Наташи.
Я бы пошла на тест, не стала бы из вредности лишать малыша отца. Но меня бы это очень ранило. Хорошо, что Игорю достаточно моих слов.
— Я тоже очень благодарна Наталье…
Золотов дарит мне мягкий взгляд.
— На этом торжественную часть можно считать оконченной? — он поднимает бровь. — Иди-ка сюда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Теплые ладони скользят по моей шее к плечам, меня окончательно перестает трясти. А уж поцелуй вообще наводит порядок в душе. Все, что Игорь не выразил словами, говорят его губы. Он точно считает меня своей и хочет видеть рядом. Даже звук двери его не отрывает, только покашливание медсестры заставляет остановиться.
— Лилия, если вы себя хорошо чувствуете, можете ехать домой, — говорит девушка, уже не даря свое внимание Золотову.
Тот пытается отдышаться. Я улыбаюсь медработнице.
— Спасибо большое, у меня нет жалоб. Мы уходим.
Я была бы не прочь закрепиться в этой клинике, атмосфера мне понравилась. А еще увидеть бы Василису и поблагодарить еще раз. Но милую брюнетку мы не застаем в кабинете. Золотов говорит, что обязательно свяжется с ней и скажет спасибо.
Уже в машине я вспоминаю еще одну деталь, связанную с этой его знакомой. Мои проблемы решились, и теперь меня тянет поболтать.
— А почему ты решил, что Василиса может соврать насчет моего диагноза? Она выглядит очень интеллигентной. Да и вообще производит впечатление хорошего человека.
Игорь поглаживает руль.
— Да мне и самому стыдно, что я так подумал. Хорошо, только наедине с тобой. Васе и так досталось в этой жизни… И несмотря ни на что она готова прийти на помощь. Даже другу человека, который ей очень навредил.
Понятнее не стало.
— Ты о ком?
Золотов выдыхает.
— Она была замужем за одним моим приятелем. Правда, в последние годы мы мало общались. Кирилл обожал адреналин и все, что с ним связано — скорость, высоту. Иногда добавлял вещества, которые мутят сознание. Васька вышла за него по юности, повзрослев, пыталась воспитывать. Не рожала, кстати, детей…
— А теперь они разошлись? — проникаюсь сочувствием к девушке.
Золотов качает головой.
— Кирилл разбился на снегоходе. А перед этим вложил в убыточный бизнес все их деньги. Вроде даже кредиты брал… Мы хотели помочь Василисе, но она резко посылала всех друзей мужа. Сегодня я отправил ей сообщение, особо не надеясь.
— Она была очень милой со мной, — ёжусь, — как здорово, что ты у меня хороший!
Игорь раскатисто смеется над моей непосредственностью. А я смущаюсь. Но у меня и правда прилив теплых чувств к этому мужчине. И я еще не до конца осознала, что он узнал тайну и хочет малыша. Иначе чувствовала бы только бабочек в животе.
— Раз Василиса так добра, буду отправлять к ней свою родню, пока мы находимся здесь. А то найти хорошее место даже за деньги сложно.
Я набираюсь смелости.
— А вести мою беременность тоже там будут?
Игорь поднимает брови.
— Если захочешь.
В подземном гараже Золотов открывает мне дверь автомобиля, помогает выйти, но не отпускает руку. Притягивает к себе, крепко обнимает.
— Не могу поверить, что все раскрылось такой стороной, — шепчет он мне в шею.
Я крепко обнимаю сильные плечи.
— Мне тоже не верится, что больше не надо скрывать.
Игорь вдруг заглядывает мне в лицо.
— А родители? Они ведь в курсе твоего положения? Их поведение…
— Они не знают, — обрываю Золотова.
— Нет смысла спрашивать, почему, — говорит Игорь, и я чувствую облегчение.
Пусть мы недолго знакомы, но он уже во многом меня понимает. Хотя родителей моих мужчина видел своими глазами. Прижимаюсь к нему крепче.
— Теперь, когда ты знаешь, — озвучиваю мысль, которая только что пришла в голову, — я бы хотела им тоже сказать. Все-таки это мои родственники.
Игорь гладит меня по волосам.
— Конечно, твои мама и папа должны узнать. Но одну я тебя туда не отпущу. Заодно и…
Он прерывается. Уж не хочет ли он попросить у них моей руки? Боже, как далеко ушла моя фантазия. Он и намека не дал! Хотя, наверное, каждая девушка мечтает о предложении от любимого мужчины, если они еще не в браке. Мм… От любимого?..
