Хомченко, посмотрев на парочку перепуганных девушек-посетительниц, бросил им грубо:
- Вышли все!
Подорвавшись, девушки испуганно выбежали из кафе. Краем глаза я заметила, как Давид тоже поднялся, и в этот момент поняла, что из них двоих Хомченко имеет больше власти. Это разочаровало меня, ведь теперь Влас меня точно убьет.
- Я сейчас вызову полицию, - пригрозила Тома, поднимая трубку стационарного телефона, но один из парней ловко отобрал у нее эту угрозу. – Тогда я позову Нелю Викторовну! - не растерялась девушка.
- Нели нет в городе, так что не морочь мне голову! – прорычал Влас, и я напряглась.
Значит, он планировал возмездие, готовился, поэтому теперь точно пришел мой конец, ведь в прошлый раз я его действительно неплохо ударила между ног.
- Влас… - начала я, и он сделал шаг мне на встречу. Я машинально отступила назад.
- Заткнись!
Хомченко быстро сократил расстояние между нами, что позволило ему подпереть меня спиной к самой стойке бара. Его рука опять накрыла мое горло и, сильно сдавив, он потянул меня к себе.
- Пойдем со мной, - сказал он, а в следующий момент его тело отлетело в сторону, словно его сбил огромный грузовик.
У меня в глазах немного потемнело от его захвата и частично от страха, но я четко увидела, как Влас лежит на полу, а над ним стоит разъяренный Давид. Хомченко приподнялся и с ужасом посмотрел на Звонкого.
- Прости, я не знал, что она твоя… - быстро проговорил Влас, выставляя руку для защиты.
Потом все произошло так быстро, что я ничего толком понять не успела. Давид схватил руку Власа, выкрутил её в сторону, отчего вокруг раздался жуткий хруст ломаемой кости. Хомченко кричал не своим голосом, прижимая раненую руку к груди, одновременно он пытался отползти, но получил еще один удар в живот.
- Тронешь её еще раз, и следующей будет твоя шея, - грозно предупредил Давид.
Никогда не видела такого злого взгляда. Мне стало страшно за жизнь Власа, но я не стала вмешиваться, чтобы не попасть под раздачу. Вспомнив про то, что во время боя у Давида немного едет крыша, я молча стояла на месте и ждала, когда все закончится.
К счастью, все кончилось в этот момент. Друзья Власа забрали парня на улицу и уехали прочь. Давид бросил на меня быстрый взгляд, и я заметила, как он попытался успокоиться, подавить в себе зверя.
Решив перебороть свой страх, я подошла к нему, осторожно положила ладонь на его плечо и провела вдоль руки, отчего он заметно напрягся.
- Давид… - робко заговорила я, и он поднял на меня свой взгляд.
- С тобой все в порядке? – лишь спросил он, что помогло мне немного успокоиться.
- Да. Спасибо.
Он изучающе смотрел на меня еще несколько секунд, выискивая взглядом ушибы, но, так и не найдя их, заметно расслабился.
- Одевайся, я отвезу тебя домой, - бросил он мне и направился на выход.
Застыв, я стояла несколько секунд и смотрела ему вслед. Вокруг была могильная тишина, вызывающая ощущение, что в кафе, никто даже не дышит. Обернувшись к девочкам, я заметила в их глазах ужас.
- Это был Звонкий? – нарушив тишину, уточнила Тома.
Анжела молча кивнула.
- И он заступился за Алесту?! – еще один вопрос от нее, прозвучавший с недоверием.
- Это очень плохо, - обреченно произнесла Анжела, и я задумалась, что с ними не так. Ну заступился за меня парень, и что?! Словно конец света настал.
- Думаю, теперь вопрос с Хомченко решен, - заключила я, на дрожащих ногах подходя к бару, и уселась на стул. – Слава Богу, на одну проблему меньше!
- Ты хоть понимаешь, что произошло? – глядя на меня как на сумасшедшую, сказала Анжела.
- Давид надрал задницу Власу, - спокойно ответила я.
- Из-за тебя!
- И что? Парень просто заступился за девушку!
- Это сделал Звонкий! – крикнула Анжела. – Он никогда не заступался за девушек! Он наоборот, мог напустить на них свору собак, причинить боль, поиздеваться или даже пустить по рукам между своими друзьями!
- Люди меняются.
- Он не человек, Ал, - испуганным голосом сказала Анжела. – Настоящий зверь! И если он обратил на тебя внимание, что в принципе было нереально, значит, это намного хуже сотни Власов, Армагеддона или даже всех кругов ада!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Не драматизируй, - колко бросила я.
- Том, докажи! – обратилась Анжела за поддержкой.
- Он на тебя запал, - заключила Тома. – Это значит, что тебе конец!
- Спасибо, - поднявшись с места, раздраженно бросила я. – Вы мне очень помогли! Но я не понимаю вашей реакции. Мне следовало попросить его не вмешиваться, когда Влас давил моё горло?
- Просто откажись сейчас ехать с ним, - посоветовала Анжела.
- Ты же знаешь, что я не могу этого сделать.
Анжела это понимала, поэтому обреченно опустила голову.
- Просто прикрой меня до конца смены. Я постараюсь решить проблему с Давидом. Я еще не забыла того, что было в клубе, - пояснила я, поймав понимающий взгляд подруги. – Думаешь, я так просто брошусь в его объятия за то, что он меня спас от еще одного ублюдка?!
- Нет, - ответила она грустно. – Я думаю, что он погубит тебя, а мне не хочется, чтобы тебе причиняли боль.
- Спасибо, Энж, но многое зависит не от меня.
Переодевшись в подсобке, я обняла подруг на прощание, поблагодарив их за поддержку, и вышла из кафе. Давид стоял ко мне спиной и курил. Он часто подносил сигарету к губам, жадно втягивая дым. На асфальте у его ног лежало несколько выкуренных окурков, так что я поняла, что он сейчас на взводе. Мне было страшно находиться с ним, когда он в таком состоянии, но то, что это случилось из-за меня, заставляло оставаться рядом. Не хочу еще больше его нервировать.
Я тихо встала за его спиной, ожидая, когда он сам меня заметит. Не знаю, с чего начать разговор - благодарить или не затрагивать эту тему? Просто я не понимала, как он отреагирует. Так много всего мне о нем наговорили девочки, что теперь я не знаю, как с ним говорить. Тем более я сама должна его ненавидеть за насилие, которое он совершил надо мной. А теперь… Теперь что-то поменялось. Еще вчера его взгляд, моя реакция на него и тот поступок... Все как-то так запуталось!
«Я. Должна. Его. Ненавидеть!!!» - мысленно твердила себе, но рука сама потянулась к его плечу.
- Давид, - робко обратилась к нему, прикасаясь ладонью.
Он вздрогнул и повернулся, а я одернула руку. Он смотрел на меня несколько секунд, и я тоже не отводила взгляд. Его глаза сейчас потемнели. Видимо, он никак не мог взять над собой контроль, хотя давно уже стоял тут. Не знаю, стоит ли мне опасаться, оставаясь наедине с ним.
- Спасибо тебе, - я решила разорвать молчаливый зрительный контакт, ведь его взгляд заставлял меня чувствовать себя неловко.
Меня переполняли некие неизвестные мне чувства, которые еще не приходилось испытывать в жизни ни разу. Его глаза и лицо… что-то в нем цепляет, и мне страшно от этих новых ощущений.
- Как давно он трогает тебя? – спросил Давид.
Я опустила взгляд в пол, боясь последствий от моих слов. Если скажу, что Влас при первой возможности всегда надо мной издевался, то это может плохо кончиться для всех, а если отвечу, что меня он никогда не трогал, вряд ли Давид поверит в это.
- Было пару раз, - уклончиво ответила я и заметила, как он сердито поджал губы. – Но все время получал яичницу, - добавила я, и уголки губ Давида слегка приподнялись в улыбке.
- Моя девочка, - удовлетворенно ответил он, затем потянулся во внутренний карман куртки за пачкой сигарет. Я инстинктивно накрыла его руку своей рукой, не позволяя достать сигарету.
Давид вскинул на меня удивленный взгляд, отчего у меня внутри все застыло. Иногда чувствую себя глупой за такие не обдуманные поступки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Прости, - быстро извинившись, я освободила захват. – Просто… не надо больше. Это ведь из-за меня! Просто успокойся и забудь о Власе. Больше не надо его наказывать, он и так достаточно получил.
- Ты заступаешься за него? – сердито произнес Давид, все же доставая сигарету.
