Читаем без скачивания Человек среди религий - Виктор Кротов

Жили в этой стране два друга, Аксель и Ментель. И вот им ужасно захотелось узнать, почему же весь их народ – придорожники. Только кого ни спросят, все плечами пожимают.

Искали они, искали знающего человека – и наконец кто-то сказал им, что в дальнем лесу живёт в шалаше дед-анахорет, который даже на самые странные вопросы может ответить.

Отправились Аксель и Ментель в дальний лес, отыскали шалаш, а в нём и вправду дед-анахорет сидит, ждёт очередного вопроса.

– Скажи нам, пожалуйста, дед-анахорет, почему все мы придорожники? – хором спросили Аксель и Ментель.

Прокашлялся дед-анахорет (наверное, давно ему таких интересных вопросов не задавали) и говорит:

– Давным-давно мы так себя называть стали. Тогда ещё маленьких забот у человека мало было, люди о главных вещах больше думали. Думали, что главное – найти дорогу к настоящей жизни. И где-то эта дорога рядом с нами проходит. Или мы рядом с ней живём, только выбраться на неё нужно. Вот с тех пор мы и называем себя придорожниками. Кто эту дорогу для себя отыщет, тому повезло, конечно. А уж если бы кто для всех такую дорогу проложил, цены бы ему не было.

Тут посмотрел дед-анахорет на друзей уже не отвечательно, а так вопросительно, что Аксель не выдержал и крикнул:

– А что! Вот возьмём и проложим!…

Ушли они от деда-анахорета, и Аксель тут же принялся за дело. Собрал людей, раздобыл всякого материала – и начал дорогу строить к настоящей жизни. Да всё жалел, что совершается это великое дело без Ментеля.

А Ментель соорудил себе шалаш в лесу возле родника, и стал там жить. Пчёл разводил и о всяких главных вещах размышлял, как люди в старину.

Много-много лет прошло с тех пор. Захотел Аксель, уже постаревший, разыскать своего давнего друга. Да только никто уже имени Ментеля и не знает. Объяснял, объяснял Аксель, кого ищет, – наконец один встречный говорит ему:

– Так это тебе дед-анахорет нужен. Вон там он живёт. Иди по тропинке, не ошибёшься. К нему многие ходят. Как жить советуются.

Пришёл Аксель к шалашу. Там и впрямь живёт Ментель. Это про него теперь говорят: дед-анахорет. Сели друзья чай с мёдом пить.

– Ну как? – спрашивает Ментель. – Строишь дорогу?

– Строю, раз уж взялся, – вздохнул Аксель. – Правда, так и не знаю пока, куда она приведёт. Но надо строить. Иначе какие же мы придорожники?… А мёд у тебя вкусный.

Обрадовался Ментель, что другу мёд понравился, ещё подкладывает. И так им хорошо вместе, будто где-то совсем рядом дорога к счастью проходит.

Внешнее воздействие

Средства и способы религиозного ориентирования могут быть весьма разнообразны. Но многие из них нельзя отнести к личностным духовным поискам. Есть и такие способы ориентирования, которые являются скорее психологическими или социальными феноменами, нежели свободным волеопределением людей.

Различие нужно не для классификации, а тем более не для осуждения. Прежде всего – для собственной безопасности.

Основное средство ориентирования, поддерживающее все остальные, – это наш разум. Решающее значение для нас имеет то, в достаточной ли степени используем мы это средство. Ведь именно оно позволяет отличать духовную реальность от психической. Если на разум мы опираемся слабо, то приоткрываем себя внешним психическим воздействиям. Тогда мы рискуем попасть в хорошо организованную ловушку.

Одним из наиболее выразительных примеров такой ловушки может служить система типа "доверься нам".

Схема её такова. Сначала – встреча с приверженцами учения, рекламирующими его великолепные духовные достижения. Рекламой может быть любой набор свойств и возможностей, которых не хватает обычному человеку: начиная с элементарного владения собой и кончая общением с мистическими силами, умением творить чудеса или бессмертием. Иногда реклама начинается с запугивания (близость конца света, суровый кармический закон, муки ада и т.п.), а потом переходит к возможности спасения от нагнетённого страха. Затем следует "подсечка": доверься мне, доверься нам, доверься учителю, доверься учению – и ты получишь решение всех своих проблем, избавление от всех своих несчастий, достигнешь наилучшего состояния души и наилучшего будущего.

Подсечка срабатывает тогда, когда человек принимает правила игры – и доверяется. Это означает прежде всего отказ от полноценного участия своего разума в дальнейшем ориентировании, отказ в пользу ориентации на ориентатора (к чему его и призывают).

Люди критически-атеистического настроя нередко отождествляют религию именно с подобной системой. Но такие "обознатушки" встречаются и во многих других областях общественной жизни. А чувство веры не всегда сводится к доверию.

Система "доверься нам" нередко в некотором смысле реализует обещанное, если не говорить о случаях примитивного шарлатанства и чисто психической агрессии. Это происходит за счёт соединения реальных внутренних достижений (человеку действительно помогают их добиться) с формированием очень специфического чувства веры. Такое чувство веры представляет собой не столько духовный организм, сколько психический механизм. Шестерёнками его служат определённые внутренние клише, разработанные в рамках системы. То есть человек в итоге получает то, в чём нуждается, потому что его приучают нуждаться именно в том, что ему дают.

Нелегко объективно оценить, хорошо это или плохо вообще. Для кого-то это может оказаться на пользу за отсутствием лучшего. Других такое внешнее вторжение уводит от самостоятельной разгадки своего призвания и от становления личностного чувства веры. Для третьих подобная ситуация становится промежуточным этапом духовного развития, который затем будет преодолён. Достаточно, если мы сможем понимать происходящее с нами или с другим человеком, чтобы вовремя обратиться за реальной помощью или оказать её.

Полезно и обществу осознавать проблему рекламного религиозного воздействия. Хотя находить пути решения в этой области всегда нелегко.

Многие способы внутреннего ориентирования опираются на определённые механизмы психического воздействия. Это могут быть наркотические средства, музыка, обрядовые действа, внушение, магические приёмы и пр. По-видимому, мало какая система религиозного ориентирования полностью обходится без использования подобных средств. Они действительно могут помочь человеку преодолеть слишком прочные внутренние барьеры. Но применение средств механического воздействия на психику в качестве основных, а не вспомогательных, может завести человека в бескрайние просторы психической реальности или даже псевдореальности, резко уменьшая его шансы на выход к реальности духовной.

Похожее воздействие оказывают на человека и социально-идеологические системы ориентирования. Те, которые развивает и поддерживает государство или другие идеологические корпорации. При успешной организации пропаганды у человека может быть сформировано своего рода чувство псевдорелигиозной веры. Для такого чувства роль духовной реальности играет определённая идеологическая конструкция, которая пронизывает психическую реальность. Это может быть фанатичный национализм, преданность родной фирме, вера в светлое будущее и пр.

И всё-таки – даже при самом критическом отношении к тем или иным внешним средствам религиозного ориентирования – важно не забывать, что чувство веры, возникшее при их участии, является живым человеческим чувством. Тем самым оно представляет собой реальность. Пусть даже мы объявим фиктивным или искусственным её основание. Уважение к личности, к её свободному самоопределению, не должно покидать нас и в этой непростой ситуации.

Вглубь, вширь, вверх

Множество религиозных ориентиров скорее сбивает с толку логику, чем веру. Ведь чувство веры знает вкус подлинности – и те ориентиры, которые для него имеют значение, всегда будут соединены друг с другом некоторыми ощутимыми связями.

Поэтому и способы ориентирования, которыми пользуется чувство веры, не могут оказаться вовсе разрозненными. Поэтому человек способен идти в своём направлении, пользуясь разными способами ориентации.

Малые ориентиры выводят нас к более значительным, и наш путь всегда имеет своё развитие. Если принять за итоговую цель один из крупных ориентиров (или – что трагичнее – один из малых ориентиров), можно сказать себе: "Я достиг того, к чему стремился". Тогда ориентирование прекращается, и начинается блуждание вокруг такой псевдоцели, большой или малой. Но многие свидетельства (очень многие, если смотреть на общечеловеческий религиозный опыт) говорят нам о другом: существует то Высшее, к которому постепенно ведёт правильно выбираемый путь. Именно этот главный ориентир наполняет смыслом все прочие ориентиры и все способы ориентирования. Дело не в том, можно ли его достичь или можно только стремиться к нему. Дело в самом его существовании.