Читаем без скачивания Шут (СИ) - Виктор Каменев

Я кликнул на помощь двух гвардейцев из охраны и быстренько объяснил им суть дела, после чего мы дружно вышибли дверь.

Барон Гроссир обмяк в своём кресле, бессильно свесив голову набок и невидящими глазами глядя прямо перед собой. На рапорте об отставке полковника Ивара стоял маленький флакончик, на дне которого осталось немного маслянистой жидкости.

Теперь никакие смотры барону были не страшны.

13. КНЯЗЬ МИРКО

До утра о смерти барона знало немного людей: я, дежурный офицер, придворный лекарь и два гвардейца. Их величества спали, и никто не осмелился будить их такой вестью, а растрезванивать подобную новость, пока о ней не узнал король, не стоило.

Докладывал обо всём случившемся я. Король, невыспавшийся, а оттого сердитый, заявил, что это — самая дурацкая шутка, слышанная им от меня. Но рядом стоял дежурный офицер, который не позволил бы себе издеваться над монархом.

Франки изъявил желание посмотреть на мёртвого барона, и мы отвели его в кабинет военного министра, бывший владелец которого лежал, вытянувшись на четырёх составленных в ряд стульях.

— Уж не ты ли его убил? — спросил меня король.

Я раздражённо ответил, что это — самая дурацкая шутка, слышанная мной от него.

— И что теперь делать?

— Ты король, тебе и решать. Одно могу сказать — смотр войскам устраивать нет смысла.

— Это ещё почему?

— Да потому, что все деньги, отпускаемые тобой на армию, разворовывали чиновники, которых покрывал покойный барон. А ты смотрел на всё это сквозь пальцы, вот и получай теперь то, что имеешь.

— Да как ты смеешь говорить мне ТАКОЕ?!

— Перестань, Франки, сейчас не время беситься. Надо армию спасать. Очень тебе советую назначить на пост военного министра вот этого человека.

И я протянул королю рапорт полковника Ивара. Тот пробежал его глазами и заметил:

— Турди, ты сошёл с ума. А заместители барона?

— Франки, даже если я и сойду с ума, то всё равно буду в сто раз умнее тебя. Заместители барона — воры, сколько можно повторять?

— Но я не знаю этого полковника, — растерянно сказал король.

— Вот и познакомься с ним. В последнем разговоре со мной барон Гроссир охарактеризовал его как человека честного, а таковых у тебя в правительстве нет.

— Я должен подумать.

— Раньше надо было этим заниматься. Пойми, Франки, даже если мы сейчас избежим войны с Неммардией, то в будущем нам здорово аукнется твоя нерешительность. Ну покажи же им всем хоть раз, кто тут настоящий король!

Пока Франки шёл в тронный зал, пока герольды сгоняли туда же придворных, он всё время пребывал в раздумьях. Ни одного из заместителей барона не нашли — зная о предстоящем смотре, они попрятались по норам, а о смерти военного министра и возможности занять его место их никто не предупредил.

И Франки решился.

В то время, как придворные приходили в себя от трёх последних новостей, а именно: смерти барона Гроссира, назначении на его место никому не известного офицера из провинции и временном принятии королём на себя командованием армией, пришёл барон Виде. Он был убийственно холоден и вызывающе вежлив. Офицер от короля Неммардии ещё не прибыл, но посол всем своим видом показывал, что лично он не прочь подраться.

И вдруг ему представилась такая возможность.

В зал вбежал герольд и, поклонившись Франки, зашептал ему что-то на ухо. Король пожал плечами и сказал:

— Пусть войдёт.

Герольд отбежал к двери и гулко крикнул оттуда:

— Посол его величества царя Аяггара князь Мирко!

Тотчас в зал влетел тот, о ком объявляли — огромного роста, мощного сложения, в роскошной, но запылённой с дороги одежде. Он помчался прямо к королю, но, заметив барона Виде, словно споткнулся.

— Ага! Неммардская змея уже здесь! — закричал князь и резко сменил направление своего движения.

Барон выхватил шпагу и сделал выпад, но кривая сабля посланника аяггарцев словно сама прыгнула из ножен в руку своего владельца. Лязгнула сталь; оружие посла Неммардии, жалобно звякнув, упало на пол. Однако, выбив у своего врага шпагу, князь не стал рубить безоружного, а вместо этого так влепил ему с левой по физиономии, что барон Виде врезался спиной в стену зала, а затем упал лицом вниз на ковёр.

— Что вы делаете, князь?! — завизжал Франки, вскакивая с трона. — Немедленно прекратите! Я прикажу вас депортировать!

— Простите, ваше величество, не сдержался, — виновато ответил князь Мирко, вкладывая саблю в ножны. — Они ж такая сволота, неммардцы эти. Наш царь послал меня к вам, чтобы мы договорились о том, как будем вести против них совместные военные действия, а потом делить завоёванные территории.

Ответом ему было молчание, исполненное безумным удивлением всех присутствующих. Слышно было даже, как осыпается перхоть с головы министра финансов.

В дальнейшей беседе с князем Мирко участвовали только первые люди государства: я, Франки, Хильда, Берт и премьер-министр. Мы все порядком нализались медовухи, привезённой посланником аяггарцев и выяснили, что их страна называется совсем иначе, а Аяггар — это искажённое Ай-Гора, на которой располагались первые поселения, ещё с каменного века.

Слушая этот бред, Франки ласково таращился осоловелыми глазами на князя Мирко и приговаривал:

— Ну поймите, не можем мы сейчас воевать. Разве что попозже. А сейчас — никак.

— Да нельзя же ведь этим подлецам такие вещи с рук спускать! Они на нашу деревню напали около границы! Слышал я о том, что и с вами и них такой же инцидент был.

— Мы с ними вроде бы договорились, — отвечал Франки. — Вот он переговоры вёл.

И он кивнул на меня. Но князь Мирко упрямо твердил своё:

— Передоговоритесь потом. Делов-то.

— Нет, князь, не обессудьте. Мы сейчас не в состоянии вести захватническую войну. Послушайте, а не пригласить ли музыкантов?

Дело происходило в моём кабинете. Нам было весело и уютно, но тут пришёл министр, ведающий шпионажем и прочими такими же непотребствами, и что-то зашептал королю. Тот поднялся с места, пошатнулся, схватился за стол. Я догадался о том, что сейчас произойдёт какое-то интересное событие, а посему выскочил следом за королём и министром.

Нас встречал барон Виде. Гонору у него заметно поубавилось, а та часть лица, которая соприкоснулась с кулаком князя Мирко, была густо напудрена.

— Ваше величество, — сказал он. — Мой король отзывает меня.

— С какой стати? — поинтересовался Франки. — И как следует это расценивать?

— Вам не стоит искать какого-то подвоха, — жалобно промямлил барон Виде. — Мы всегда ратовали за мир и добрососедские отношения.

— Вот и замечательно, — великодушно заметил Франки. — Давайте отпразднуем это за обедом.

— Простите, ваше величество, но я должен отбыть прямо сейчас, хотя…

— Хотя что? — спросил Франки.

— Хотя меня здесь оскорбили, — закончил барон Виде твёрдым голосом.

— Да ну, господин посол, — подал голос я. — Вас тут терпели на удивление долго, и получили вы вполне заслуженно.

Барон Виде стиснул эфес своей шпаги. Франки обернулся ко мне и заорал:

— А ты чего тут торчишь?! Убирайся к дьяволу!

— Как скажешь, Франки, — ответил я, издевательски кланяясь. — Моё почтеньице.

14. РАЗБОЙНИК ЛАПА

Интересно, как можно убраться к дьяволу, если тебя не выпускают из дворца? Думал я над этим вопросом недолго. Франки должен знать, что говорит. Раз не выпускают — значит, дьявол живёт где-то здесь.

Однако, меня начинало это утомлять. Доказать что-то дежурному офицеру не было никакой возможности. Он сказал, что всё знает, и видел неммардцев, вылетевших с вещами, будто ошпаренные, а теперь ожидавших у конюшен своего барона Виде; однако по отношению ко мне королевского запрета ещё никто не отменял.

Я вернулся к себе. Вся честная компания всё так же сидела в моём кабинете, только Франки почему-то не вернулся.

— А где его величество? — спросила меня королева Хильда, пока князь Мирко рассказывал принцу Берту о том, какие университеты есть в Аяггаре.

— Напился и в блуд пошёл, — так же тихо ответил я.

Королева посмотрела на меня укоризненно, а затем решительно встала, подняла посла аяггарцев и сказала:

— Пойдёмте, князь, я вам кое-что покажу.

Следом за ними подался и Берт с первым министром. Я проветрил комнату, заперся и лёг на кровать. Прошлую ночь я спал препаршиво, днём меня развезло от аяггарской медовухи. Так что заснулось мне почти сразу и проспалось аж до вечера.

Пробудил меня стук в дверь. Я подскочил на кровати, громко спросил:

— Кто там?

Мне ответили, что меня хотят видеть. Бормоча ругательства, я вышел из кабинета и отправился вместе с посыльным к выходу из дворца.

Меня по-прежнему не выпускали, но позволили поговорить с моим охранником на пороге. Он сообщил мне о том, что к нам в дом вломилась бандитская рожа, угрожая ножом и пистолетом. Её пытались не пустить, но, тем не менее, она сейчас сидит у меня в кабинете и требует меня.