Ее волосы, ее лицо, ее тело – все было вымыто, выхолено, надушено. Ногти накрашены, на лице легкий макияж.
Она долго ломала голову, что бы ей надеть, потому что в ее шкафу были в основном джинсы и свитера. Она купила несколько юбок и платьев для отдыха на побережье, но они все были откровенно пляжного фасона и рассчитаны на более теплую погоду – легкие цветные вещи, которые не подходили для поездки в Сидней.
Но в шкафу нашлась черная юбка длиной по колено, с небольшим разрезом спереди. К ней Саманта надела мягкий шелковый топ вишневого цвета с рукавами три четверти и глубоким вырезом и высокие черные сапоги. Она накинула на плечи черный кожаный жакет и, посмотревшись в зеркало, поняла, что никогда не выглядела так хорошо.
Бандар ждал ее в вертолете. Пилот забралу нее сумку и помог ей подняться по трапу. Саманта испугалась, вдруг ветер поднимет ее юбку, и он увидит, что под одеждой у нее ничего нет.
Но она благополучно забралась внутрь. И тут же снова испугалась.
Невероятно! Что делает она, Саманта Нельсон, с этим потрясающим красавцем в таком шикарном месте? Интерьер вертолета был ошеломляюще роскошен: стены облицованы деревянными панелями, мебель обтянута мягкой кожей цвета топленых сливок, на полу – пушистый ковер.
И она стояла среди всей этой роскоши и ждала, когда красавец араб будет делать с ней разные порочные вещи.
– Я вижу, ты выполнила мою просьбу, – проговорил шейх, медленно подходя к ней.
– Откуда ты знаешь? – тихо спросила она.
– Женщина двигается по-другому, когда на ней нет трусиков.
– Да. Очень осторожно.
Его чувственные губы тронула улыбка.
– Именно. Но тебе это нравится.
– Не могу согласиться. Это заставляет чувствовать себя слишком уязвимой.
– Но возбуждает.
Она не могла отрицать его слова.
– Тебе будет удобнее без жакета, – сказал он.
Она вздрогнула, когда Бандар лишил ее последней защиты.
Саманта чувствовала, как ее груди напряглись, соски затвердели и выпирали под мягким шелком.
Шейх долго, нарочито долго вешал ее пиджак на спинку стула, и каждая секунда была пыткой для Саманты. Наконец он обернулся, взял ее за руку, и от этого прикосновения по всему ее телу прошли электрические искры.
– Ну-у… – сказал он, подводя девушку к двум кожаным креслам, стоящим рядом. Между ними располагался маленький стол, на котором красовались два бокала шампанского и высокая хрустальная ваза с одной-единственной красной розой, самой красивой из тех, что Саманта когда-либо видела. Ее огромные бархатные лепестки были ярко-алыми у сердцевины и почти черными по краю.
– Какая удивительная роза, – произнесла она, осторожно садясь в кресло и пытаясь удержать разрез на юбке.
– Этот сорт называется Кармен, – проговорил шейх. – В честь героини оперы.
– Она такая… – …чувственная, – подсказал он, прежде чем она смогла подобрать подходящее слово. – Ты заметила, что на этих креслах есть ремни безопасности? Бери свое шампанское, я хочу тебя пристегнуть.
Она едва не уронила бокал, который он ей передал. Бандар тем временем застегнул ремень.
– Не туго? – спросил он, глядя ей в глаза.
Саманта сглотнула, затем покачала головой.
На мгновение ей показалось, что шейх собирается поцеловать ее. Но он этого не сделал. Он выпрямился, сел в соседнее кресло, поднял трубку внутреннего телефона и сказал пилоту, что они готовы взлететь. Потом взял второй бокал вина.
– Я забыл спросить, любишь ли ты шампанское, – произнес он, отпив пару глотков.
– Это мне нравится, – ответила Саманта, тоже поднося бокал ко рту. Ей вдруг захотелось быть совсем пьяной.
– Правильно. Это очень хорошая марка. Выпей еще.
Саманта сделала, как он сказал. Вертолет начал подниматься, и она невольно стиснула бокал, но взлет произошел почти незаметно.
– Здесь так тихо, – проговорила она.
– Все очень хорошо изолировано, – объяснил Бандар. – И, как ты видишь, здесь нет окон.
Но она заметила это только после его слов.
– Какая жалость. Вид должен быть просто великолепен.
Бандар нажал на какую-то кнопку, и на огромном экране, вмонтированном в стену, появилось изображение, шел выпуск новостей. Еще одна кнопка, и новости сменились панорамой сельской местности.
– Шестой канал связан с камерой вертолета, – объяснил Бандар.
Хороший вид, но сейчас у меня нет ни малейшего желания им любоваться.
– Мне и не нужно, чтобы ты им любовалась, – сказал он и выключил телевизор. – Я собираюсь поговорить с тобой.
Саманта едва могла дышать от сжигавшего ее желания. Она хотела немедленно опуститься на колени перед ним и поцеловать его. Она хотела бесстыдно задрать перед ним юбку. Она хотела, чтобы он смотрел на нее и касался ее. Она хотела, чтобы он вошел в нее…
Саманта превратилась в покорную рабыню, и не только Бандара, но и своих собственных темных желаний.
– Я понимаю, у тебя нет охоты разговаривать, – сказал он. – Ты жаждешь секса. Секс будет, я тебе обещаю.
Ее лицо вспыхнуло, и она нетерпеливо заерзала в кресле.
– Но сначала я должен объяснить тебе кое-что. Она не ответила – потому что не могла выговорить ни слова. Она только смотрела на него.
– Но если я не притронусь к тебе, пока мы не доберемся до отелям Сиднее, к тому времени ты будешь желать меня гораздо больше, чем сейчас. Ты будешь кричать в экстазе, когда наконец почувствуешь меня внутри. Неужели тебя это не прельщает, Саманта?
Саманта молча смотрела на него. Разве Бандар не понимает, что она сейчас чувствует?
– Ну… Да, наверное. Нет, не прельщает! Я имею в виду, это звучит очень хорошо в теории, но я не столь искушенная, как ты, Бандар. Когда я сказала, что хочу, чтобы ты научил меня сексу, я не имела в виду такие запредельные вещи. Нет, это звучит впечатляюще, я не спорю. Мне действительно очень нравится быть твоей рабыней, я согласна подчиняться тебе весь уикенд. И буду счастлива попрактиковаться с тобой в воздержании, но только не сегодня! Бандар, если ты будешь делать это сейчас, я сойду с ума.
Он засмеялся низким довольным смехом, который завел ее еще больше.
– На это я и рассчитывал. Ты слишком страстная и слишком сильная, чтобы полностью подчиниться мужчине в постели. Но в этом твоя прелесть. И все-таки, – сказал он, отстегивая свой ремень безопасности и поднимаясь, – приказываю здесь я. Я не собираюсь раздеваться. И запрещаю тебе вставать с кресла. Ты обещала повиноваться мне весь уикенд. Ты готова выполнить свое обещание?
– Да…
Что он собирается делать с ней? Она начала дрожать от нетерпения.
Бандар поставил полупустой бокал шампанского на столик и начал медленно раздевать ее. Он опустился на колени и снял с нее один сапог, затем другой. Потом стянул с нее топ, осторожно высвободив его из-под ремня безопасности. И наконец он стащил с нее юбку, заставив ее привстать в кресле.
