обнаружат ворона раньше времени, златовласке не избежать шуток и издевок в ее адрес.
– И не смотри на меня так! – пригрозила она пальцем пернатому, который всем видом показывал, как он унижен и оскорблен таким обращением.
Дело было сделано и можно было с легким сердцем возвращаться к отцовской палатке, стоящей неподалеку.
Ребекка вылезла из фургона, и уже было направилась в сторону Артура и братьев, как кто-то, прикрыв ее рот рукой и схватив за талию, потащил обратно к повозке. Девочка даже не успела вскрикнуть, но стала изо всех сил брыкаться и дергаться, стремясь избавиться от нападавшего.
«Говорили мне быть осторожной? Нет! Не послушалась!» с горечью подумала она, как услышала тихий голос.
– Успокойся, дурочка, это я.
Златовласка не верила своим ушам.
«Годфри? Но как он здесь оказался? Хотя – он же сын барона. Наверняка все его семейство в Форге!»
– Я сейчас отпущу тебя, но пообещай, что шуметь не будешь?
Ребекка закивала. Парень убрал руку с ее лица. Девушка тут же развернулась. Ее гневный взгляд требовал объяснений.
Восемнадцатилетний юноша в длинном бархатном камзоле и бриджах, цвета бронзы, добродушно улыбался, глядя на свою возмущенную подругу. Его голубые глаза прищурились, образовав на висках еле заметные складки. Многие девицы из Дубков находили парня привлекательным. Возможно, их прельщал баронский титул и богатство, а может высокий рост, пепельные волосы до плеч, широкий лоб, острый нос, волевой подбородок. Для Ребекки же, дворянский сын был не больше, чем друг.
– Ты так и будешь ухмыляться, или все же объяснишь, что на тебя нашло? – тихо проворчала девочка.
– Я тебя только что спас, – спокойно молвил парень и указал в сторону палаток.
Ребекка осторожно выглянула из-за повозки. У палатки отца, находилось двое незнакомцев, восседавших на белых скакунах. Один из всадников, тучный мужчина в шелковом фиолетовом плаще вел беседу с Артуром. Даже издали, златовласка смогла разглядеть говорящего. Его широкий подбородок был покрыт жесткой черной растительностью. Посреди лица, красовался крупный нос, напоминавший картофель. Глубоко-посаженные глаза отталкивали и мерцали колючим блеском. Невзирая на то, что незнакомец все время расплывался в широкой улыбке, его лицо не покидал оттенок тщеславия. С первого взгляда можно было осознать, что огромный человек принадлежит к знатному сословию. Его роскошные одеяния превосходили даже вычурные наряды дворян, прогуливающихся по ярмарочным рядам. А скакун! Его могучий жеребец, под стать хозяину, был в дорогой сбруе, украшенной драгоценными камнями. Конь свирепо хрипел, нетерпеливо стуча по мостовой правым копытом.
Ребекка чуть было не вскрикнула, когда разглядела спутника аристократа. Это был верховный жрец в темной мантии с капюшоном, надвинутым на лоб.
«Остерегайся Короля и Псилона», словно эхом в ее голове прозвучали слова Меуса. Через мгновение и сам черноволосый маг присоединился к монарху. Он невозмутимо прогарцевал на белом скакуне мимо брата, который наградил его испепеляющим взглядом, и встал по другую сторону короля.
Меус взглянул в направлении фургона, где прятались Ребекка и Годфри и еле заметно улыбнулся. Златовласка кивнула и скрылась полностью за повозкой. Если черноволосый капеллан заметил ее, то королю и Псилону не составит труда обнаружить девушку, притаившуюся за крытой телегой.
– Может, хоть ты мне объяснишь, почему я должна прятаться от Его Величества? – поинтересовалась шепотом она у Годфри.
Юноша закусил губу, словно размышляя, как лучше преподнести ответ. Наконец он собрался с мыслями, и было открыл рот, чтобы дать объяснения златовласке, как рядом раздался радостный крик.
– Ага! Годфри! А что ты тут ютишься, словно шпион?
Кор, с растрепанными волосами и счастливым лицом, стукнул сына барона кулаком в плечо. Юноша молниеносно взглянул в сторону палатки Артура, затем схватил Ребекку за руку и подтолкнул к фургону.
– Быстро внутрь! – прошептал он с тревогой. – Укройся среди корзин и чтобы ни звука. Златовласка почувствовала, как внутри нее все похолодело, но она послушала друга, и уже через мгновение ее след простыл.
– Что происходит? – удивился Кор.
– Заткнись, – прорычал Годфри, сверкнув глазами.
Через несколько мгновений рядом с фургоном остановилась троица всадников. Ребята склонили головы в поклоне. Сын барона заметил, как вместе с наездниками к повозке подбежал Артур с испуганным лицом.
– Да благословит свет Тарумона Милосердного, Ваше Величество, – промолвил Годфри. Кор повторил за ним.
– Да осветит вам путь Его милосердие, молодые люди, – скрипучим голосом ответил монарх, следуя этикету.
Король пытливо оглядывал парнишек и фургон, словно жаждал увидеть еще кого-нибудь в этом закутке.
– Вы что-то здесь вынюхиваете? – с подозрением поинтересовался Псилон, сверля взглядом склонившихся в поклоне ребят.
– Нет, Ваше Преосвященство, – быстро проговорил Годфри и ущипнул Кора, который хотел что-то сказать.
– Псилон, хватит всех подозревать в округе, – мягко протянул Меус, стараясь утихомирить брата. – Это дети, им свойственно забавляться. Вы здесь играли в прятки?
– Так и есть, Ваше Преосвященство, – быстро подтвердил слова черноволосого капеллана, баронский сын.
– В прятки? – не унимался Псилон, – Вдвоем?
– Сущая правда, – промолвил на этот раз Кор.
– Хм, интересно, – король оглядел добротное одеяние Годфри, затем взглянул на его приятеля в простой льняной рубахе и шерстяных шароварах.
– Простолюдин и дворянин играют в прятки? Никогда о таком не слышал, – презрительно сказал Псилон.
Годфри поднял голову, и верховный жрец заметил в глазах мальчика искры гнева.
– Ваше Величество, у нас полно дел, нежели выяснять, кто с кем водит дружбу, – твердым голосом произнес Меус. Беловолосый капеллан взглянул на брата с негодованием. Он терпеть не мог, когда тот вмешивался.
– Ты прав, – согласился король.
– Ваше Величество! – попытался отговорить монарха Псилон.
Но король не обратил внимания на потуги седого старца, и, развернув коня, взглянул на Артура.
– Что же, фермер, я с превеликим удовольствием приму в дар твои овощи? Через несколько минут сюда прибудет обоз из королевской кухни и слуги заберут все, что ты для них подготовишь – монарх взял коня за поводья и без прощаний, пришпорив скакуна, направился дальше по ярморочным рядам.
Псилон, нахмурив брови, еще раз оглядел мальчишек и фургон, затем поскакал вслед за правителем. Меус виновато улыбнулся и тоже развернул жеребца, проезжая мимо Артура, он что-то протянул ему. Фермер склонил голову в поклоне и с благодарностью взял блеснувший на солнце золотой.
Когда всадники, наконец, исчезли из виду, все облегченно вздохнули. Ребекка, выждав некоторое время, вынырнула из темноты крытой повозки и спрыгнула на мостовую. Девушка уперла руки в бока и вопросительно оглядела присутствующих.
– Ну? А теперь из вас кто-нибудь объяснит, что происходит?
– Что еще случилось, пока меня здесь не было? – поинтересовался Тор, появившийся из ниоткуда. Он был раскрасневшийся от жары и тяжело дышал, словно бежал, как очумелый через всю площадь. В руках
