На ресницах Дейзи повисли слезинки и потекли по щекам.
– Пожалуйста, не принуждай меня!
Хотя казалось, что Дейзи справляется со своим увечьем очень хорошо, Энджи замечала в ней некоторые признаки смущения и робости. Делая при ходьбе упор на щиколотку, она будто становилась меньше ростом дюйма на два. Дейзи приходилось всем телом опираться на ту сторону, которая казалась короче, и, когда она стояла, кайма ее платья падала на ортопедический ботинок и прикрывала его. В то время как Люси после ужина обычно шлепала по полу босиком, Дейзи никогда этого не делала. Дважды она приходила из школы с красными глазами, будто от слез, и Энджи спрашивала себя, не дразнят ли ее другие дети. Но Дейзи наотрез отказывалась что-либо объяснять.
Однако Дейзи не смущала ее неуклюжая раскачивающаяся походка. Она не колеблясь носилась вслед за Люси. Она не сторонилась людей. И не ждала особого к себе отношения или исключительного внимания.
Пыхтя и отдуваясь, Люси втащила в кухню корыто. И тогда обе девочки уставились на Энджи с непроницаемыми лицами, ожидая, что она предпримет. Энджи и самой было любопытно это узнать.
– Вас обеих нужно вымыть, – выговорила она медленно, отчаянно надеясь на то, что внезапно ее осенит вдохновение. – А вы слишком малы, чтобы мыть себе волосы. Я должна при этом присутствовать.
Дейзи смотрела на нее огромными умоляющими глазами, будто ждала, что Энджи найдет решение, но не верила, что такое может быть. Это могло окончиться только плохо.
– Ладно. Вот что мы сделаем.
Она попыталась представить, как бы в этом случае повела себя родная мать. Возможно, вовсе не так, как собиралась поступить она.
– Сегодня, но только один раз, каждая из нас оставит какую-нибудь часть туалета. Любое, что вы выберете. Я собираюсь купаться в сорочке.
Эта мысль им явно понравилась. Впрочем, Энджи тоже не была в восторге, оттого что предстанет перед девочками обнаженной. Особенно учитывая то, что ей пришлось бы сидеть в корыте с коленями, поднятыми к подбородку, а это означало, что грудь ее будет открыта для обозрения.
Поскольку ни одна из девочек не заговорила, Энджи улыбнулась и бодрым голосом обратилась к Дейзи:
– Я думаю, тебе лучше не снимать чулок. – Она с улыбкой обратилась к Люси:
– А в чем будешь мыться ты?
– В нижней юбке, – решила наконец Люси.
– Прекрасный выбор.
Подойдя к плите, она попробовала воду. Не слишком горячая, не слишком холодная.
– У меня в спальне на туалетном столике есть соли для ванны. Дейзи, принеси, пожалуйста, флакон.
– Мы будем принимать ванну с душистыми солями? – просияла Люси. – Миссис Молли говорит, что соли для ванны слишком дорогие, чтобы тратить их на маленьких девочек. Поэтому она никогда нам не разрешает ими пользоваться.
Энджи протерла корыто изнутри, потом до половины наполнила его теплой водой.
– Иногда небольшое расточительство помогает женщине почувствовать себя лучше. Сегодня вечером нам это не помешает. Как только вы разденетесь до чулок и нижней юбки, можете размешать ароматическую соль в воде.
Энджи решила, что не станет смотреть, как они раздеваются, и не оборачивалась, пока аромат роз не наполнил кухню. Они щедро сыпанули в ванну ее ароматической соли.
– Кто будет мыться первой?
– Я. – Дейзи подняла здоровую ногу, перекинула ее через бортик корыта и забралась в воду. – О, как хорошо пахнет!
Энджи вручила ей губку и брусок мыла, пахнущего розами.
Молли была права насчет расходов. Но если Сэм мог позволить себе пиво и сигареты, то она и девочки имели право принимать ванну с ароматическими солями и пользоваться душистым мылом. Когда наступит время пополнить ее запасы, она напомнит ему об этом.
Люси стояла на коленях возле корыта и водила пальцами по воде.
– Ты выглядишь так смешно, сидя в ванне в чулках.
– Ты тоже выглядишь смешно, когда на тебе нет ничего, кроме нижней юбки!
Всего несколько минут назад Энджи готова была биться об заклад, что нынешний вечер не закончится смехом. Теперь же, улыбаясь, она спросила Дейзи, готова ли та вымыть голову. Энджи напомнила ей, что вода остывает, а еще два человека ждут своей очереди.
Дейзи сунула голову под воду и вынырнула, отфыркиваясь, розовая и смеющаяся. Ее мягкие золотые волосы под пальцами Энджи были как шелк. Точно такие же оказались и у Люси, когда наступил ее черед мыть голову.
Энджи обернула их головы полотенцами и отправила девочек в спальню сушить волосы и облачаться в ночные рубашки, пока сама наскоро ополоснулась в почти холодной воде. Вытершись полотенцем и набросив пеньюар, она сунула голову в корыто и принялась мыть волосы.
Закончив дела, она села возле открытой дверцы печки, позволив исходившему от нее жару овевать ее волосы. Конечно, Энджи видела злополучную искривленную ногу Дейзи. Ее мокрый чулок отчетливо обрисовывал ее изгибы как с внешней, так и с внутренней стороны. К тому же Энджи видела ортопедический ботинок Дейзи и хорошо его рассмотрела. При виде этого уродства сердце ее мучительно сжалось, потом ее охватил бурный гнев. Как это оказалось возможным, что за пять лет Сэм не накопил денег на операцию Дейзи? Он мог бы продать лошадь, и дом, и все ценное, чем владел. Он мог бы ограбить банк. Он мог и должен был сделать все что угодно.
Ванна и жар от печки так утомили девочек, что они чуть не уснули с недосушенными волосами. В конце концов Энджи отвела их в спальню и уложила в постель, натянув одеяла до подбородка. Ее охватила нерешительность, когда, лежа в постели, они выжидательно уставились на нее. И с внезапным смущением она подумала, не следует ли их поцеловать и не ждут ли они от нее этого. Прежде чем Энджи решила, что делать, Дейзи высвободилась из-под одеял, встала и обвила ручонками ее шею.
– Спасибо, – прошептала она ей на ухо.
Энджи не довелось быть ни матерью, ни теткой. Эти объятия ребенка, благоухающие розами, были для нее чем-то новым. Это было приятно, но непривычно. Маленькие ручки, обвивающие вашу шею, оказывают странное воздействие на ваше сердце.
Она забыла заставить их произнести молитвы, но в целом сочла вечер удачным. Ей удалось отвратить неприятность.
Развесив мокрые чулки, нижнюю юбку и сорочку на спинках кухонных стульев, Энджи надела юбку и блузку с высокой талией, вымыла посуду и села поджидать Сэма.
Глава 6
В доме горели две лампы, а это означало, что Энджи забыла поставить одну из них в раковину, чтобы не пугать Дейзи темнотой, и задуть вторую лампу, или это могло значить, что она ждала его. В случае, если Энджи его ждала, Сэм не знал, как на это реагировать – радоваться или огорчаться.
