Таков же шеститомный роман Гравеля «Неизвестный остров, или Записки шевалье де Гастина» (1783).
Здесь на очередной необитаемый клочок земли герой попадает с девушкой, плывшей на том же корабле. Она родила ему целую кучу детей, что дало автору возможность изобразить развитие идеальной цивилизации, не испытавшей вредных воздействий извне — тема, которая весьма занимала писателей тех времен.
Немецкие авторы сочинили свыше 40 робинзонад.
Из них наибольший интерес представляет вышедшая в 1731 году книга Гизандера «Удивительная история некоторых мореплавателей, в особенности Альберта-Юлия, родом из Саксонии, который на восемнадцатом году вступил на корабль, был брошен кораблекрушением сам-четверт на дикую скалу, открыл, взошед на нее, прекрасную страну, женился там на своей спутнице, произвел от этого брака семейство более чем в триста душ...». (Нами приведена лишь половина заглавия; в литературу этот четырехтомный роман вошел под названием «Остров Фельзенбург».) Приключения здесь сочетались с утопией и сатирой.
Появившийся в 1779 году «Новый Робинзон»
И.-Г. Кампе был уже через два года переведен на русский, переиздавался и позже. Белинский, критикуя его, писал, что он полон рассуждений, навевающих скуку, и не идет ни в какое сравнение с книгой Дефо. Может быть, такое впечатление создалось из-за формы повествования, выбранной автором,— диалога учителя с учеником.
Есть и «Швейцарский Робинзон, или Потерпевший кораблекрушение швейцарский проповедник и его семья» пастора Висса, и «Новый Швейцарский Робинзон, исправленный по новейшим данным естественных наук».
Из робинзонад, более близких к нашим дням, выделяется «Наследник Робинзона» Андре Лори. Под этим именем писал деятель Парижской коммуны Паскаль Груссе, бежавший из ново-каледонской ссылки. У него потомок Робинзона тоже терпит кораблекрушение и попадает на тот же остров, где находит мумию своего предка, якобы вернувшегося туда после всех своих путешествий.
Типичной робинзонадой является и общеизвестный «Таинственный остров» Жюля Верна.
Шалостью пера немецкого драматурга Г. Гауптмана был роман «Остров великой матери» (1924), в котором с тонущего корабля удалось высадиться лишь нескольким женщинам и одному мальчику. Легко представить себе, какая сложилась ситуация, когда мальчик вырос... Гауптман использовал сюжет, чтобы высмеять тезис о непорочном зачатии девы Марии.
Есть не только множество подражаний «Робинзону Крузо» и вариаций на его тему, но и пародии на него.
Такова, например, книга Ч. Гилдона «Жизнь и странные и удивительные приключения мистера де Ф., чулочника из Лондона, который прожил совершенно один свыше пятидесяти лет в королевствах Северной и Южной Великобритании, различные формы, под которыми он являлся, и открытия, сделанные им».
Есть и русские подражания знаменитой книге. Первое из них — «Приключения одного молодого матроса на пустынном острове, или Двенадцатилетний Робинзон» (1828, автор неизвестен).
«Настоящий Робинзон» А. Разина (1867) начинается с заявления автора, что «Робинзон Крузо» Даниеля Дефо не настоящий: «Умный сочинитель книги, известной под названием «Робинзон Крузо», описывает в своем рассказе истинное происшествие, только дело было совсем не так». Под настоящим Робинзоном Разин подразумевал Александра Селькирка. Указав, что многое у Дефо — плод фантазии, Разин счел необходимым «восстановить неприкрашенную истину».
Есть и «Русский Робинзон», и «Робинзон в русском лесу». Впрочем, все это были неудачные спекуляции на имени героя.
Так одна замечательная книга породила целую лавину других, а ее автор стал основоположником литературного жанра...
Как ни странно, но у Робинзона Крузо, персонажа литературного, были и до сих пор имеются потомки в действительной жизни. Подобно тому как пламенный почитатель Пушкина А. Ф. Отто из любви к нему переменил свою фамилию на «Онегин» — в России нашелся человек, который назвал себя Робинзоном Крузо и передал эту фамилию своим детям и внукам.
Сначала он носил фамилию Фокин. Родившись в крестьянской семье, четырнадцатилетним мальчишкой он сбежал из дому в поисках приключений и поступил юнгой на торговый корабль. Однажды в Индийском океане шторм опрокинул шлюпку, в которой матросы этого корабля, в том числе молодой Фокин, направлялись за пресной водой к острову, не обозначенному на карте. Часть вернулась вплавь на судно, а Фокин и еще один матрос добрались до острова, где им пришлось прожить трое суток, пока удалось их снять. С тех пор (это произошло в 1878 г.) юнгу в шутку прозвали Робинзоном Крузо, и он заменил этим прозвищем свою фамилию. Стали именоваться Робинзон-Крузо и трое его сыновей. Один из них служил в Красной Армии с самого ее возникновения, а потом стал артистом Большого театра, где пел под фамилией Крузо. И сейчас в Москве и Ленинграде несколько человек носят знаменитую фамилию: есть и артистка оперетты Робинзон-Крузо, и шофер такси Робинзон-Крузо...
НАСЛЕДНИКИ ГУЛЛИВЕРА
Одна из самых популярных книг мировой литературы— «Путешествия Гулливера» Джонатана Свифта.
Таково вошедшее в обиход сокращенное ее название; полное же гласит: «Путешествие в некоторые отдаленные страны света в четырех частях, Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей».
Первое издание этой книги в 1726 году было окутано тайной: по словам издателя Бенджамена Мотта (читателям предоставлялось верить или не верить), рукопись была подброшена ему на крыльцо с письмом от некоего Р. Симпсона, где говорилось:
«Сэр! Мой кузен, мистер Лемюэль Гулливер, доверил мне на некоторое время копию своих «Путешествий».
<...> Опубликование их будет, по всему вероятию, весьма выгодно для вас. Я, как поверенный в делах моего друга и кузена, полагаю, что вы дадите должное вознаграждение...»
Книге было предпослано предисловие того же Г. Симпсона, никогда на самом деле не существовавшего: «Автор этих Путешествий, мистер Лемюэль Гулливер — мой старинный и близкий друг. Он дал мне на сохранение нижеследующую рукопись, предоставив распорядиться ею по моему усмотрению. Я решаюсь опубликовать ее».
Фамилию своего героя, вымышленного автора книги, Свифт, как и Дефо, взял из жизни: в Лондоне имелась книжная лавка Лоутона Гулливера. Был приложен и портрет героя, внешностью напоминавшего Свифта. В издании 1745 года появилось письмо Гулливера мнимому Симпсону, имевшее целью еще больше запутать тайну, которою было окружено печатание «Путешествий».
Вся эта конспирация понадобилась Свифту потому, что почти на каждой странице его книги делались намеки на современные ему события и лица. Свифт высмеивал английские порядки, нравы, обычаи, законы, политику. Лилипутия, куда вначале попадает Гулливер, весьма похожа на Англию: в ней царят та же коррупция, тот же полицейский режим, она ведет те же захватнические войны. Название страны «Трибния, иначе Лангдэк» —анаграммы слов Britain (Британия) и England (Англия); Блефуску —это Франция. За придуманными именами были скрыты определенные личности: премьер-министр Лилипутии, беспринципный Флимнап —это глава английского кабинета министров, лидер вигов Роберт Уолпол, столь же падкий до власти и не стеснявшийся в средствах, чтобы добиться ее; в лице Рельдресселя изображен граф Стенхоп, в лице Скайреша Болголама — герцог Аргайльский, оба в карикатурном виде.
Король лилипутов имеет явное сходство с английским королем Георгом I.
Книга Свифта имела такой успех, что ряду ее переводчиков на иностранные языки показалось заманчивым написать ее продолжение.
Аббат Дефонтен, известный главным образом своими стычками с Вольтером, в которых этот противник фернейского философа терпел немалый урон, сначала перевел книгу Свифта на французский, а затем сочинил «Нового Гулливера, или Путешествия капитана Жана Гулливера, сына Лемюэля Гулливера». Герой Дефонтена попадает в страну, где вся власть принадлежит женщинам, затем — на остров, населенный одними поэтами; оттуда — в край, жители которого, достигнув старости, омолаживаются... Однако в этом сочинении нет и тени той разящей сатиры, какою проникнуто произведение Свифта. Оба «Гулливера», старый и новый, были выпущены как перевод с английского, но без указания имени автора.
Спустя почти 200 лет написал продолжение «Путешествий Гулливера» и переведший Свифта на венгерский Фридьешь Каринти. Гулливер является героем его повестей «Путешествие в Фа-ре-ми-до» (1916) и «Капиллярия» (1921). В предисловии Каринти утверждал, будто в его руки попала копия рукописи Свифта, где Гулливер рассказывает о своем пятом путешествии; но герой книги живет в наши времена, и на каждом шагу встречаются реалии XX века.
Автор «Гулливера у арийцев» Г. Борн заимствовал у Свифта лишь имя героя. Его Гулливер на 541-м году после Октябрьской революции оказывается в стране выродившихся потомков немецких фашистов, якобы спасшихся бегством после разгрома. Примечательно, что эта книга вышла задолго до второй мировой войны.
