Читаем без скачивания Преступление Летучего Отряда - Эдгар Уоллес

Ларринг усадил Анн в свой роскошный лимузин и занял место рядом.

- Этот Тизер замечательный человек, но я опасаюсь, что он слишком злоупотребляет спиртными напитками, - заметил Ларринг.

Анн улыбнулась в ответ, зная о том, что ее спутник пил не меньше Тизера.

- Бедняга совершенно утратил самообладание, - продолжал Ларринг и сочувственно покачал головой. - Вряд ли он сможет в будущем быть чем-нибудь полезен Марку. И это очень жаль! Насколько мне известно, и вы лишены в настоящее время шоферских прав, мисс Перрмен?

- Марк наладит реализацию и без меня.

Ларринг тяжело вздохнул.

- Я опасаюсь, что и сам Марк уделяет теперь гораздо меньше внимания делу, чем это следовало бы. Но оно и понятно, - все мы были очень напуганы, когда вас арестовали. Мы не надеялись, что вам удастся миновать тюрьмы. И все было подстроено этим негодяем Брадлеем! Он заставил судью сперва заслушать дело Смиза для того, чтобы подчеркнуть всю серьезность вашего дела и его последствий. - Неожиданно он вспомнил о предупреждении Марка. - Хотя контрабандный провоз сахарина преступление не из тяжких, - поспешил он добавить, пытаясь сгладить общее впечатление.

- Сахарин? - переспросила, улыбаясь, девушка. - Перестаньте шутить!

Наступило долгое молчание, и Анн почувствовала, как замирает, сжимается в предчувствии сердце...

Ларринг тяжело вздохнул.

- Я не знаю, быть может, мне и не следовало этого говорить, но порой я начинаю думать о том, что работаю во вред человечеству... - меланхолично произнес он, хотя на самом деле никогда никаких угрызений совести не испытывал. - Но, что делать? Во Франции вышла из печати любопытная книга: "Твое тело принадлежит тебе". Возможно, вы читали? В этой книге я нашел отражение своих собственных мыслей. Разве вправе кто-нибудь - общество, государство или человек - предписывать мне, где и в какой форме получать наслаждение? Разве вправе кто-нибудь запретить мне пить виски? Или кто-нибудь вправе запретить вам пользоваться духами, если их аромат доставляет вам радость?

- Или вправе кто-нибудь запретить нюхать кокаин? - сказала Анн и почувствовала, как у нее замерло дыхание.

- Кокаин? - это слово смутило Ларринга. (Обычно в его кругу говорилось "кокс" или "товар"). - В этом вы совершенно правы! - сказал он. - Для меня кокаин никогда не представлял ничего заманчивого, однако есть люди, для которых кокаин может служить источником невыразимых наслаждений, быть может, даже единственных наслаждений, существующих для них на свете. И я не нахожу ничего преступного в том, что облегчаю им возможность получения этого наслаждения. Разумеется, существуют злосчастные бедняки, на которых злоупотребление этим видом наркотика действует разрушительным образом. Но ведь с тем же успехом я мог бы вам указать на людей, которые злоупотребляют курением или едой...

Слова Ларринга сразили Анн. Она знала, что если поставит ему вопрос ребром и осведомится у него, действительно ли он торгует кокаином и морфием, то Ларринг ответит отрицательно. И в то же время он сказал ей все, что она хотела услышать...

На Ковендиш-Сквер Анн попрощалась с Ларрингом и вышла из машины. Она немного постояла на тротуаре, размышляя обо всем том, что ей пришлось только что услышать. Неожиданно знакомый голос вывел ее из раздумья.

- Добрый вечер, мисс Перрмен! Какая чудесная погода!

Это был Брадлей.

- Да, погода прекрасная, - ответила она, смутившись. Она хотела немедленно попрощаться с ним и пойти своей дорогой, но что-то удержало ее.

- Вам понравился приют? Я полагаю, что ваше появление пошло на пользу его обитателям и они, пожалуй, все влюбились в вас по уши! Совсем как я, если верить вашему утверждению в суде.

Анн слегка поморщилась при упоминании о суде. Однако Брадлей сделал вид, что ничего не заметил.

- Я хотел кое о чем поговорить с вами, - продолжал он. - Ходят слухи, что в этих краях разгуливает привидение играющее на скрипке...

- Почему в таком случае вы не арестовали его? - усмехнулась она.

Этот вопрос позабавил Брадлея. Он тоже улыбнулся.

- В мои обязанности не входит арестовывать духов. Ну, а вы тоже видели старого Ли Джозефа?

- Возможно, видела. Впрочем, я ведь его не знала хорошо...

- Понятно. Могли и ошибиться...

На этом беседа оборвалась. После некоторого молчания Анн спросила:

- Откуда вам известно о том, что я была в приюте для бездомных?

- Я последовал туда за вами, - признался полицейский. - А на обратном пути обогнал вас на своей машине и очутился здесь раньше вас.

- Что вы поделывали со времени нашей последней встречи? - спросила она, не придавая этому вопросу особого значения.

Брадлей улыбнулся и сказал:

- О, поделывал всякое: арестовывал взломщиков, карманников и всякую подозрительную публику, за исключением, разумеется, торговцев сахарином...

- Надо полагать, что вы были по отношению ко всем этим людям очень мягки и внимательны, - иронически осведомилась она.

- Добродушие всегда было моей основной слабостью, - отпарировал он ее шутку. - Для меня нет большего удовольствия, как поймать какого-нибудь опасного преступника, препроводить в просторную чистую камеру, уложить в постельку и поглаживать его ручки, пока он не уснет.

- А затем вы отправляетесь по своим делам, устраняете все улики, которые имеются против него, чтобы заявить на суде во всеуслышание о том, что вам не удалось обнаружить ничего подозрительного!

Брадлей расхохотался.

- Это замечательно! Но я чрезвычайно чувствительный человек! Стоит мне схватить преступника и представить его суду - я переживаю его участь, как свою собственную.

Он огляделся по сторонам и заметил в отдалении яркие фары какого-то автомобиля. Большая машина быстро ехала по направлению к ним, затем остановилась у тротуара.

- Покойной ночи, мисс Перрмен. Мне предстоит еще сегодня кое-чем заняться, - сказал он и сел в машину.

Анн направилась к дому. Впервые за последнее время она испытала необъяснимое облегчение. На душе у нее было светло. Марк поздоровался с ней и, конечно, заметил в ее глазах непривычный, особенный блеск. В таком настроении он видел ее впервые.

- Где вы были?

- Совершила небольшую прогулку, - коротко ответила девушка.

О том, что она успела побывать в приюте и встретила Брадлея, разумеется, промолчала...

В Скотленд-Ярде не на шутку были обеспокоены ростом преступности в стране. Никогда раньше не наблюдалось такого множества тяжких преступлений, совершаемых с помощью оружия. Вооруженный преступник в Англии - большая редкость. В большинстве случаев это - неопытный новичок. Однако в последнее время, вопреки этому правилу, стали появляться в Лондоне вооруженные преступники с большим тюремным стажем. Смертная казнь, грозящая каждому, кто покушается на человеческую жизнь, - достаточно веская угроза, чтобы любой преступник не только избегал пускать в ход огнестрельное оружие, но и старался не носить его при себе.

И есть только один способ освободить преступника от страха перед виселицей. Этот способ - одурманивание сознания при помощи наркотических средств. Такой преступник представляет для общества особую опасность, он неисправим, он способен на любое преступление, он лишен сдерживающих факторов, пойдет на любую жестокость.

Брадлей прекрасно знал преступный мир. Он знал преступников, их нравы, обычаи, психологию и не обольщался на их счет. Порой его забавлял их своеобразный юмор, но он знал, что ничего доброго от них ждать не приходится. Бывали случаи, когда посаженные им на скамью подсудимых преступники продолжали угрожать ему расправой. В начале своей полицейской деятельности он пытался оказывать помощь семьям заключенных, но натолкнулся лишь на неблагодарность...

Его разнообразный опыт заставил прийти к одному определенному выводу: долг полицейского заключается в том, чтобы любой ценой изолировать этот преступный мир от остального человечества.

Однажды Брадлею пришлось принять участие в совещании, созванном начальником полиции.

- Мак-Гилл в настоящее время прикрыл свою деятельность. Судебное дело, возбужденное против мисс Перрмен, напугало его, - доложил он.

- Очень досадно, что не удается добиться от соучастников его выдачи, заметил начальник Скотленд-Ярда. - Это наиболее удобный вариант.

Но Брадлей в сомнении покачал головой.

- Они настолько боятся его, что никто из них не осмелится на это. Кроме того, в этом случае им предусмотрен целый ряд действий, которые не дадут захватить его врасплох.

- Почему вы не хотите применить какие-то особые меры? Например, действуя через известную вам мисс Перрмен? - спросил один из высших чинов полиции.

Брадлей побагровел и вытянулся во весь рост.

- Что вы хотите этим сказать?

- Да ничего особенного. Вы - видный мужчина... И вообще...

- Здесь не место для комплиментов, - холодно заметил Брадлей. - Однако могу заверить всех вас, что настанет день, когда я накрою Мак-Гилла! Убежден, что ему придется понести ответственность не только за торговлю наркотиками, но и за вещи посерьезнее.