Сергей же почувствовал облегчение. Он протянул руку к девушке. Та попыталась опереться об нее, но Тропов неожиданно влепил Бурой звонкую пощечину. Звук получился такой, словно хрустнула ветка. Сергей хотел ударить еще раз, стереть с лица высокомерное выражение. Хотел сделать так, чтобы милое личико было изуродовано синяками.
— Послушай меня, — начал он. — Это из-за тебя я оказался в жопе. И теперь будешь слушаться меня, как собачка. Не дай бог, если ты опять начнешь качать права. Я или всажу нож в твой плоский животик или отдам мертвякам. Поняла?
Бурая кивнула.
Сергей спустился на первый этаж и начал проверять двери. Он долго возился с замками, пока не убедился, что мертвякам потребуется гранатомет, чтобы ворваться в дом. Слава богу, окна защищали сварные решетки! Единственное место, от которого стоило ждать маленькие неприятности, было окошко в подвале. Но Тропов сразу выкинул из головы мысль, что зомби пролезут в столь малую дыру.
Ночное небо озарила молния. Свет моргнул. Тропов зашел в кухню и расположился в кресле, обитом тонким красным шелком. Он выбросил сегодня сгнившие и протухшие продукты, очистил холодильник от следов крови. Теперь в кухне пахло дезинфицирующим раствором и лакрицей.
Сергей провел рукой по лысине. Он пытался разобраться в своих чувствах. Еще двадцать минут назад его душила ярость, хотелось размозжить голову Бурой. Эти приступы агрессии в последнее время накатывали все чаще и чаще. Но если раньше ему, чтобы успокоиться, хватало разбить стекло в машине или проткнуть ножом пустую бутылку, то теперь хотелось причинять боль.
Необходимо отбросить все дурные мысли. Сейчас важно другое: как выбраться из дома?
За спиной что-то зашуршало, послышался глухой удар. Сергей вскочил с кресла и огляделся.
Никого!
В который раз никого!
На цыпочках Тропов выглянул в коридор. Мигал красными и зелеными светодиодами кондиционер на потолке. Фотография в золотой рамке… она была сдвинута набок. Сергей почувствовал, как по спине побежали мурашки.
Зигзаг молнии вновь разорвал чернильно-черную ночь. Возле лестницы валялась самодельная булава. Тропов поднял ее. Он присмотрелся, насколько сильно изолента обматывала ножи и вилки. У него были сомнения в эффективности оружия, но Сергей понадеялся на авось. Если в доме и находился зомби, то вогнать острый кусок металла в голову будет проще простого.
Тропов еще раз посмотрел на фотографию.
И тут до него дошло.
Конечно! Как он раньше не догадался: саморез, ввинченный в стену и на котором держалась рамка, казался чужеродным предметов в богатой обстановке особняка. Слишком грубо присобачен винт. Если приглядеться, то можно увидеть крошки стены на полу.
Нужно убегать из дома. Неважно куда и неважно удастся ли вообще скрыться от мертвяков — лишь бы подальше от проклятого особняка.
* * *
Сергей носился по комнате в надежде отыскать револьвер. Он перерыл все ящики, заглянул в каждый угол. За несколько минут опрятная комната, в которой утром Сергей курил сигару и беседовал о жизни с Таней, превратилась в логово бомжа. Подушки валялись на полу, на них красовались следы кроссовок; пепельница была разбита; гора тряпок возвышалась напротив двери в ванную.
— Таня! — кричал Сергей. — Таня, ты где? Куда я дел револьвер?
Но Таня не отзывалась. Драгоценные минуты уходили, и страх паучьими лапками все чаще касался живота Сергея. Колени дрожали, сердце гулко билось в груди.
В ванной хныкала Бурая, переходя от еле слышимого плача к визгу, способному разбить стеклянный бокал. Казалось, что она сломала ногу в трех местах и потому так сильно визжала. Сергей подумал о том, что, возможно, Бурая припрятала пистолет. Он попробовал открыть дверь, но она оказалась заперта.
— Открой дверь, — приказал Тропов.
Анжелина продолжала ныть.
— Я изобью тебя сильнее, Бурая, — сказал Сергей. — Ты достала меня сегодня, девочка. Мне нужен мой револьвер. Отдай его.
— Нету у меня никакого револьвера! — отозвалась Анжела. Ее хриплый голос бесил Сергея еще больше, чем её гонор.
Тропов схватил самодельную булаву, размахнулся и шмякнул по двери. Звук получился такой, будто уронили арбуз.
— Открой дверь! — закричал Сергей и продолжал лупить булавой. — Открой эту проклятую дверь!
Намотать изолентой вилки и ножи были плохой идеей. С каждым новым ударом булава лишалась «боевой мощи»: столовые приборы со звоном падали на пол. Но проломить дверь так и не получилось. Удалось лишь поцарапать ее. Тропов швырнул на пол бесполезную палку.
— Анжелина, верни мне револьвер! — проорал Сергей. — Мы должны уходить. В доме небезопасно. Похоже, здесь кто-то есть.
— Сереж, отстань от меня! Ты сломал мне нос! И у меня нет твоего идиотского револьвера.
— Впусти меня.
Замок щелкнул, и Тропов зашел в ванную.
Тушь растеклась по лицу Бурой, сделав ее еще больше некрасивой: кожа приобрела синюшный оттенок, нос распух, нижняя губа выступила вперед как у обиженного ребенка. Так же Сергей не мог не заметить влажные пятна под мышками.
— У меня нет твоего револьвера, — спокойным голосом повторила Анжела. По ее лицу было видно, как тяжело давалось это спокойствие.
— Где Таня?
— Я не знаю. Я прибежала в комнату и закрылась в ванной… Девчонку не видела.
Тропов огляделся, но Курносого нигде не было. Похоже, Бурая не врала.
— Дай я гляну на твой нос.
Анжелина не успела ответить: Сергей коснулся ребром ладони ее щеки, провел указательным пальцем по размытым следам туши. Другой рукой он схватил ее за запястье и слабо сжал. Ему хотелось как можно быстрее выйти из дома, но особняк словно не собирался его выпускать, боясь снова остаться без людей.
Нос Бурой распух, но не был сломан. Перед Сергеем стояла задача успокоить эту ошалевшую стерву и убедить ее идти с ним.
— Прости меня, — сказал Тропов. Но на самом деле он не чувствовал угрызений совести. Ему было все равно. — Я просто устал. Столько всего свалилось на мою голову. Нервы сдали, понимаешь?
Анжелина кивнула и сквозь слезы ответила:
— Понимаю. Я тоже перегнула палку.
Сергей обнял Бурую. В нос ударила смесь из запахов пота и духов с ванилью. Тропов сдержался, чтобы не чихнуть и тем самым не развеять дружескую атмосферу. Поэтому он закрыл глаза и представил зомби.
— Ты меня хочешь? — спросила Бурая.
— Не самый подходящий вопрос. Нам надо бежать!
— Куда бежать? Вокруг дома одни мертвяки.
С улицы раздался выстрел. Тропов выбежал в комнату, выключил свет и прилип к окну. Мгновение глаза привыкали к темноте. Когда Сергей смог различить фигуру стреляющего, самые дурные догадки оправдались. Таня бежала в сторону ворот. Зомби словно по чей-то команде ожили и бросились к забору. Из-за дождя картинка расплывалась: мертвяки казались одним длиннющим червем-богом, готового поглотить все живое. И этот червь был неуязвимым из-за ненависти к миру и безжалостным из-за мертвого гниющего сердца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
