Все это наиболее примитивные автоматные модели, которые я характеризую как автоматные модели мгновенного реагирования или автоматные модели примитивного реагирования.
132.
Современное представление об автомате сложнее, так как предполагает существование протяженного во времени стимула и возможность разрабатывать модели не примитивного реагирования. В программировании это осуществляется при помощи циклов, например циклов while и for.
133.
Я говорю «А – работал» полагая тем самым необходимым платить ему заработную плату. В программировании это записывается как условный оператор:
If (А– работал)
Then
платить зарплату.
Теперь я говорю «А – работал пять дней». Я характеризую стимул с точки зрения времени. Этот охарактеризованный с точки зрения времени стимул записывается с помощью такой фигуры программирования как цикл (for, while).
134.
Рассмотрим ситуацию при котором А работает за станком, что является стимулом к тому, чтобы платить ему заработную плату.
Я могу привести три модели реализации цикла for, заданного, например для периода времени – 30 дней:
for (i=1 to i=30) do
begin
i=i+1;
работать за станком.
end.
Это очень понятный пример, который гласит, что в течении тридцати дней действителен стимул, побуждающий работодателя платить А заработную плату.
Однако здесь могут быть весьма разные модели.
1. А оплачивают каждый день его работы.
for (i=1 to i=30) do
begin
i=i+1;
работать за станком;
получить деньги.
end.
2. А оплачивают один день и не оплачивают другой, причем делают это через день.
for (i=1 to i=30) do
begin
i=i+1;
работать за станком;
if (i-четное)
then получить деньги.
end.
3. Реакция оплаты количественно нарастает в течении месяца и А выплачивают зарплату по истечении месяца.
for (i=1 to i=30) do
begin
i=i+1;
работать за станком;
end.
получить деньги.
135.
Цикл while употребляется в ситуациях, которые не могут быть смоделированы при помощи цикла for. Этот цикл удобен для хаотических, вероятностных реакций. Например, такой реакции, как премия.
136.
Во всех этих случаях стимул «А работает» оказывается охарактеризован: А проработал день, два, тридцать.
137.
Функция характеризации стимула сродни функции коррекции, но отличается заданием. Корректор непосредственно характеризует объект, характеристика стимула характеризует стимул– А работает 10 часов, хотя, впрочем, и оказывает коррекцию. Более этого, характеристика стимула может сыграть также и стимулирующую роль, «обесценив» стимул, который характеризует – А работает из рук вон плохо.
138.
Однако возможна не только временная, но и пространственная характеризация стимула. Допустим, стимул «хорошая погода» обесценивается характеризацией «в Сингапуре».
139.
Возможна и характеризация при помощи категорий. Так, например, А может отказаться получить протянутый ему заработок, заявив, что это грязные деньги, имеют криминальное происхождение. Так, например, стимул «А-работал» может обесцениваться характеристикой «… потому, что был в долгу».
140.
Я рад протянуть руку каким угодно философам, изобретают они девять или двенадцать категорий, считают время ньютоновским или бергсоновским, пространство эвклидовым или римановым, но только в прикладном вопросе характеризации стимулов. Стимул – вот повод выносить суждения и условие, при котором я готов с ними считаться. Только в этом применении я не считаю суждения абсурдом, они приобретают стоимость, вес и мы приобретаем основание к тому, чтобы перейти от модели Протагора к модели Сократа.
141.
Я выскажу здесь гипотезу, способную, на мой взгляд заинтересовать программистов. Что я имел в виду когда говорил выше об автоматных стимулах? То, что в современном программировании, и в теории автоматических систем в целом, единственной из категорий мышления, применимых к стимулам, является время (я назову время категорией, хотя кантианец со мной не согласится). Я уже показывал, что цикл есть охарактеризованное логическое условие, стимул. Но, например, категория пространства, не говоря уже о причине и др., никак не отражена в программировании. Теория автоматических систем имеет дело только с актуальным стимулом, доступным эффекторам. Стимулы, использующиеся в программировании просто «есть» без каких бы то ни было дополнительных определений, исключая время. Все стимулы, использующиеся в программе имеют одно место в пространстве. Я же думаю, что теоретически возможно, а, возможно, и перспективно пространственная характеристика стимулов. Так например логическое условие, стимул:
If (x›0) then…
может быть записан:
1. if ((x›0) is far («далеко»)) then…
2. if ((x›0) is near («близко»)) then…
по аналогии с записью:
if(А работает is 30 дней)
Подобно тому как if(А работает is 30 дней) задается в виде цикла for возможно изобретение фигур программирования для логических условий, предполагающих пространственную характеристику.
142.
Примером пространственной характеристики стимула может быть, например такой. Мы говорим «А – гражданин РФ», что является стимулом к тому, чтобы А был защищен законодательством РФ. Но если мы говорим «А – гражданин РФ, находящийся в Сингапуре», то здесь речь явно идет если не обесценивании стимула, то во всяком случае о коррекции. Но могут быть варианты и вовсе никем не предусмотренные, например вариант «А – гражданин РФ, но написавший заявление о том, что он отказывается от услуг государства». Подобный охарактеризованный стимул не встречается нигде в мире, я же, однако, не считаю это невозможным. Допустим, А– космополит, желающий защищать свои права самостоятельно, при помощи услуг частных фирм.
143.
Мы говорим «хорошая погода», что является стимулированием к тому, чтобы выйти на природу. Этот стимул может быть охарактеризован: хорошая погода будет в течении часа, хорошая погода сейчас в Италии, хорошая погода, ниспосланная нам Господом Богом и пр. Эта характеризация стимула является коррекцией, а в некоторых случаях может представить собой и стимулирование. Мы говорим «эта вода не питьевая» и даем характеризацию: «вследствие того, что загрязнена таким-то заводом». Если в первом случае мы стимулировали инструкцию «пить воду», то во втором мы стимулируем не только это, но, возможно, и то, чтобы подать в суд на этот завод.
144.
Интеллектуальный процесс, сопровождающий жизнь, есть во-первых осознание стимулов и корректоров, и во-вторых характеризация стимулов (корректоров). Эта характеризация стимулов – пока представляется мне совершенно не формализуемым явлением, полным многообразия, задачей, стимулирующий свободное интеллектуальное развитие. Выделить стимулы и корректоры достаточно просто, характеризуя их, мы моделируем бесконечное многообразие поведения.
145.
На настоящий момент единственная из классических категорий, использующаяся в программировании для характеризации стимула это время. Так циклы являются охарактеризованными через время логическими условиями. Пространственные, причинные и иные характеристики стимулов игнорируются. Например, автоматические системы сигнализации, во всяком случае мне известные, устроены таким образом, что эффектор реагирует на движение и срабатывает сигнализация. Но остается совершенно неясным, является ли это движение удалением или приближением, движением влево или вправо. Вся информация, которую мы можем получить это то, что «есть движение», при этом мы не имеем возможности пространственной характеризации имеющегося раздражения, которое только налично и пространственно не определено.
146.
Повторю, что в области характеризации стимулов я готов протянуть руку желающим порассуждать, поскольку вот область в которой рассуждения имеют вес. Кажется, традиционный подход в теории информации состоит в том, что сообщение должно иметь стоимость, которая зависит от того, насколько выигрышной оказывается смена стратегии до и после сообщения. Я убежден, что характеризация стимулов есть задача, приложение к которой способности к вербальному конструированию (в виде суждений, гипотез и пр.) следует считать не пустой болтовней. Сам я предполагаю затратить много времени на анализ способности к характеризации стимулов, но уже по завершении этой работы, являющейся общей, вводной, программной.
Роль чувственности при характеризации стимула.
147.
Наконец время уделить время рационалисту, который наверняка не может отделаться от мысли: «но ведь стимул это все-таки и факт». Несомненно, но только в этой последовательности. Моя рекомендация состоит в том, чтобы некоторое суждение сначала осмысливалось как стимул, а только потом как факт.
