– Хорошо. Я согласен, – тоже вздохнув, сказал Алекс. – Что мне теперь надо делать?
– Ну, вот и славненько! Вот и замечательно! Уверяю вас, Алекс, вы ничуть не пожалеете.
Радостный Василий Васильевич подбежал к нему и, пожимая, стал трясти его руку.
«Что-то мне как-то нехорошо», – подумал Алекс, автоматически пожимая в ответ и посматривая на Кузнеца. Кузнец сконфуженно крякнул и неспешно проговорил:
– Ну, вы тут договаривайтесь дальше, а я пойду уже по своим делам.
И вышел в коридор, притворив за собой дверь. В стороне дронодрома полыхнуло яркое зарево, высветив контурные фигурки бегающих дронов, раздалось громкое «пш-ш-ших», и все опять погрузилось во тьму северной осенней ночи.
– Ну-с, теперь, когда основная неясность в наших отношениях разрешена, давайте уясним некоторые мелочи.
Василий Васильевич явно чувствовал себя гораздо лучше.
– Естественно мы провели некоторую работу. Конечно, мы не ФСБ и не военная разведка, но решить некоторые задачки нам тоже по силам, – в его голосе прозвучала нежная гордость. – Мы знаем о вас всё. Разумеется, в разумных пределах и, разумеется, строго конфиденциально. Знаем ваше место проживания, место работы и учёбы, настоящее имя и фамилию. Даже номер вашего счёта в вашем банке. Так что, куда нам переводить ваши гонорары, мы уже знаем, хе-хе. Это всё в порядке информации.
Василий Васильевич снова стоял у окна и смотрел на Алекса. Тот давно не менял позы, а просто сидел в своём кресле дома, расслабившись и опустив руки. Словно фильм смотрел с давно известным сюжетом и смутно знакомыми актёрами.
«Ничего себе у них мелочи, – подумал он. – Или, может, все-таки врёт? Может, зря я согласился? Как-то всё это противно...»
– Теперь далее. Эта информация известна очень немногим. Не беспокойтесь, я не буду предъявлять её вам в качестве доказательства здесь, чтобы не допустить расползания. Ваше инкогнито для нас является составляющей частью нашего успеха. Ну и, чтобы моё утверждение не казалось вам голословным, и чтобы рассеять ваши сомнения, вспомните то, что произошло с вами утром при следовании на работу.
– Турникет, – наугад сказал Алекс.
– Да-да. Не самое важное, но, сойдёт. И, пожалуйста, впредь поменьше озвучивайте ваши догадки. Вам за это пятёрку не поставят. Привыкайте к специфике службы сразу. Кто знает, сколько вам ещё придется у нас работать?
Василий Васильевич отошел от окна и приблизился к Алексу.
– Теперь непосредственно об этой вашей работе, – он помолчал, пристально глядя в Алексовы окуляры. – Делайте то, что вы собирались делать на Острове до встречи с нами. Вы же имеете желание что-то сделать? Точку входа мы вам обеспечим. Запомните логин и пароль.
Перед глазами Алекса на виртуальном экране возникли символы, которые не сразу сложились для него в буквы и цифры – «logon: harius4; password: =213=».
– Прежде всего, вам необходимо встретиться с этим вот человеком... э... дроннером. Он вам поможет. Материально и информативно.
На экране появилось 3d изображение Карчмаря на фоне его знаменитой «Карчмы».
– Сейчас вам сообщат его описание, координаты нахождения и пароль, для вашей взаимной идентификации.
– Мы с ним знакомы, – удивлённо сказал Алекс, и спохватился. – Простите...
– Нет-нет, это как раз к месту. Это облегчает дело, но пароль всё же необходим. Иначе вы от него ничего не добьётесь.
Изображение Карчмаря пропало, и возникли фразы пароля.
«Вопрос: У вас продаётся славянский шлейф? Ответ: Шлейф продан. Осталась никелированная дуга с пумпочкой».
«Что за бред? – подумал Алекс. – И, где-то я его уже слышал...»
Но вслух не сказал ничего.
– Регулярной связи с вами мы держать не будем. В ней нет необходимости. Периодически же советую вам появляться здесь, у Кузнеца. Это хорошее знакомство, и его следует поддерживать. НЕ следует искать встреч со мной и с официальными представителями Службы. Вы у нас НЕ работаете, и с нами НЕ знакомы. Уясните это хорошо. И, кстати, – Василий Васильевич расплылся в улыбке, – с завтрашнего дня вы находитесь в неоплачиваемом отпуске. Сроком на две недели. В связи с семейными обстоятельствами. Ну, вот собственно и всё. До завтрашнего дня вы совершенно свободны. Я вас больше не задерживаю. До свидания.
Виртуальный экран померк, и высветилась надпись: – «Сеанс связи успешно завершен».
Алекс устало стащил обруч и перчатки. Встал и пошел на кухню, по дороге зацепился за кресло и чуть не упал. Твою медь! На кухне достал из холодильника котлеты и сунул их в микроволновку. Минут пять смотрел, как они шипят и шкварчат внутри, затем опомнился, вынул набухшие, воняющие котлеты и вышвырнул их в мусоропровод. Пошарил в холодильнике – кроме мороженого мяса и засохшего сыра ничего. Махнул рукой, выпил морса и пошел на диван смотреть телевизор.
Лёжа на боку и пялясь в экран, он мрачно предавался самоуничижению. Ощущение было такое, словно его мерзко и цинично изнасиловали. Казалось бы, круто повернутая после встречи с чёрным дроном жизнь, сегодня вечером вновь развернулась ещё круче, совершив свой немыслимый вираж в непонятное и неизведанное бытие. И от этого виража, его весьма ощутимо подташнивало.
«Спецагент Алекс... Штырлиц, твою медь».
Он встал и снова пошел на кухню. Пошарил в шкафчике и нашел там початую бутылку перцовки. Налил полную рюмку и залпом выпил. Постоял, выжидая, задержав дыхание. Но, нет, не пошло! Рысью кинулся в туалет. Его несколько раз вывернуло – перцовка обожгла горло, а желчь наполнила рот горечью. Стоя на коленях в обнимку с унитазом и постоянно сплевывая, он ощущал, отдающий болью бешеный стук крови в висках, и в тоже время, и наплывающее изнутри облегчение.
– Ихтиандр, сын мой... – слабым голосом пробормотал Алекс, и его вывернуло вновь.
Утром на проходной, турникет не отреагировал не его карточку-пропуск, и Алекс вызвал охранника. Тот, пощёлкал компьютером и удивлённо сказал:
– Ты ж в отпуске, парень! Что бы просто так пройти, запрос делать надо в администрацию. Иди лучше гуляй.
И Алекс понуро поплёлся домой. Пешком. Под витающей в воздухе моросью, под мутным утренним небом, по мокрым тротуарам, засыпанным истоптанной опавшей листвой. Что ты, дронушка, не весел? Что ты голову повесил? Хотелось так идти и идти. Смотреть на мокрый заспанный город, на плотные потоки машин на улицах, на спешащих людей, на падающие листья, и ни о чём не думать, и ни о чём не заботиться.
На переходе через улицу он замешкался, и водитель огромной крутой иномарки фафакнул ему и махнул нетерпеливо рукой – проходи, не спи. Оказывается, как быстро оканчивается дорога с работы до дома, когда ты совершенно не спешишь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
