— Да, — растерянно признался Джон. — Они считают его подкидышем и назвали Дарлеем.
— Это был мой подарок Флоренс ко дню ее двадцатилетия.
— Флоренс его обожает, хотя характер у жеребца трудный. Но она вбила себе в голову, что он станет призером на конных состязаниях в конце лета, и сейчас его настойчиво тренирует, уверяя, что деньги, которые он для них заработает, помогут им поправить дела на ферме.
— У этой девушки есть голова на плечах. Вот увидишь, она добьется поставленной цели, ей только надо помочь. У Дарлея от природы есть все данные, чтобы стать призером. Я дам тебе некоторые рекомендации, только не забудь напомнить мне.
Они приступили к еде и замолчали. Джона поразила история, рассказанная Джорджем. Он пытался представить себе молодыми его, Дэвида, тетушку Мередит, но у него ничего не получалось. Почему-то перед глазами возникал образ Флоренс и высокомерная фигура Рэнделла рядом с ней.
— А кто такой Эрик Рэнделл? — спросил Джон, но тут же поправился: — Меня интересует, какова его роль в том, что дела у Мораниса с прошлого года идут все хуже и хуже.
— Лично Рэнделла я не знаю, только по рассказам Бернарда Десмонда. Были какие-то убыточные сделки с ним, против которых выступал Бернард, чем вызвал недовольство Дэвида. Он из-за этого и ушел на покой. — Джордж вздохнул и задумался. — Может быть, Моранис рассчитывал, что Рэнделл женится на Флоренс и ферма перейдет в управление к нему как приданое за дочерью? Но свадьба до сих пор не состоялась, а дела на ферме идут все хуже. Сам Дэвид раньше вопросами управления почти не занимался, всем заправлял, и довольно успешно, Десмонд. — Он снова вздохнул. — А сейчас это Дэвиду и не под силу. Ему бы положиться на здравый смысл дочери. Она еще молодая, но опыт, как известно, приходит с годами.
— Зачем Рэнделл так упорно стремится разорить ферму Мораниса, судя по документам, если он собрался жениться на Флоренс? — произнес Джон, задумчиво глядя в пространство. — Не вижу логики… Хотя… — Он замолчал и посмотрел на Джорджа, который кивал в знак того, что согласен с его рассуждениями.
— Похоже, девушка не торопится вступать с ним в брак, — заметил Джордж.
— Значит, он пытается таким образом оказать на нее давление! — воскликнул Джон. — Каков мерзавец!
— Думаю, Флоренс его интересует только потому, что, женившись на ней, он сможет увеличить свои владения.
— Господи! Да я своими глазами видел договор о купле-продаже части пастбищ Мораниса, прилегающей к владениям Рэнделла. Надо будет выяснить, через какой банк будет проводиться эта сделка.
— Что ты задумал?
— Еще не знаю точно, надо подумать, — ответил Джон и встал из-за стола. — Спасибо, дед, ты мне здорово помог. А сейчас надо трогаться в обратный путь. — Он обнял старика за плечи. — Пожелай мне удачи.
— Удачи тебе, мой мальчик!
Джордж еще долго сидел в одиночестве под вязами, то лукаво улыбаясь в усы, то удивленно покачивая головой.
Флоренс обеспокоило отсутствие Джона Картерса за ужином, но спросить отца ей не позволило самолюбие. Убрав со стола и перемыв посуду, она поднялась к себе, чтобы почитать. Однако мысли ее упорно возвращались к Джону. Возможно, у него есть где-то неподалеку подружка, с которой он проводит сегодняшний вечер, решила она и почувствовала укол ревности. Почему ее должно волновать, как их новый управляющий проводит свободное от работы время? Ей своих проблем хватает! Чувствуя, что ей не читается и не сидится на месте, она спустилась в гостиную, где ее родители проводили вечерние часы перед сном. Отец смотрел новости по телевизору, а мать вязала. Маленькая, сухонькая, она почти утопала в глубоком старинном кресле.
— Пойду прогуляюсь перед сном, — сообщила она матери и нарочито неторопливо вышла из дома.
Отойдя от дома на достаточное расстояние, так, чтобы ее не увидели из окна гостиной, Флоренс решительно свернула в сторону конюшни. Проходя мимо коттеджа, она отметила про себя, что свет в окнах не горит. Вероятно, Джон еще не вернулся. Сдвинув брови и гордо подняв голову, Флоренс вошла в конюшню. Здесь было тепло, пахло лошадьми и свежим сеном, которое сегодня привезли с дальних лугов. Эти запахи всегда успокаивающе действовали на нее. В конюшне она чувствовала себя уютней, чем в светских гостиных. Хотя никто бы не мог догадаться об этом, потому что всем было известно: присутствие Флоренс Моранис способно украсить любое собрание, будь то благотворительный базар, ланч или ежегодный бал, проводившийся осенью и на Рождество в главном городе графства, Дерби.
Конечно, ее решимость стать управляющей собственной фермой натолкнулась на полное неприятие со стороны отца. Не было прецедента в их графстве, чтобы молодая девушка, вместо того чтобы выйти замуж, посвятила себя чисто мужскому делу, разведению лошадей. Ну и что же, думала Флоренс, значит, она будет первой. Никто не сможет отговорить ее от этого: ни родители, ни тем более Рэнделл, ни даже сам Джон Картерс. Пусть насмехается над ней, сколько ему угодно.
— Ничего у тебя не выйдет. Хочешь не хочешь, а придется тебе меня слушаться.
Флоренс вздрогнула, услышав знакомый голос, и поняла, что Джон разговаривает с Дарлеем.
— А знаешь почему? Потому что я такой же упрямый, как ты.
Флоренс услышала фырканье Дарлея, что выражало его недовольство.
— Напрасно ты фыркаешь и морду воротишь от меня. Нам с тобой теперь вместе предстоит работать. Мы должны постараться ради Фло. Понимаешь? Если она мечтает, чтобы ты стал призером на конных состязаниях через два месяца, придется тебе им стать. Ушами шевелишь? Шевели-шевели, думай. Что тебе мешает стать чемпионом? По-моему, ничего. Шея у тебя длинная, грудная клетка широкая. А какой у тебя шикарный хвост! С таким хвостом и на Олимпийских играх не стыдно показаться. Можешь мне поверить.
Флоренс тихо вышла из конюшни. На обратном пути к дому с лица ее не сходила счастливая улыбка.
7
Впервые Флоренс проспала. Видимо, накануне она забыла завести будильник. В стойле Дарлея она увидела Джона. Может, он вообще не покидал конюшни со вчерашнего вечера, с удивлением подумала Флоренс. Дарлей уже был вычищен и покормлен. У меня появился настоящий помощник, забилась радостная мысль в голове. Она облокотилась на загородку.
— Доброе утро, — сказала она тихо.
— Доброе утро, — ответил Джон, снимая с кронштейна седло. — Проспала? Наверное, вчера допоздна гуляла со своим женихом.
— Он уехал сразу после ланча, — ответила Флоренс. Нотки ревности в голосе Джона удивили ее. — Хотя какое тебе дело до моего жениха? — с нарочитым вызовом сказала она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
