несмазанных петель. Замер, прислушался, глядя в темноту вниз по лестнице. Тишина. Но что-то подсказывало – Лана там.
Попытался мысленно до неё дотянуться – опять облом. Ничего кроме болезненного покалывания в животе. Не раздумывая, бросился вниз, прекрасно видя во мраке глазом вампира. За поворотом ещё три ступеньки. И тут заметил внизу неподвижно лежавшую на животе Фицпатрик.
— Лана! — заорал он, перепрыгнул через неё и в полной растерянности встал на колени.
Слегка потряс за плечо и снова позвал по имени. Когда та не ответила, сильно забеспокоился. Если Лана умрёт: как дальше жить с такой виной? Да и Сид ему этого не простит. Нет, с подругой ничего не случится. Убрав волосы с её лица и увидев сочившуюся из раны на виске и носа кровь, Адам почувствовал, как желудок скрутило в тугой узел. Обезумев от страха за Лану, полукровка затряс её сильнее. Одно успокаивало – она дышала. Однако тревожило: не смертельно ли подруга ранена.
— Лана! Ну же. Очнись.
Тяжёлые шаги на лестнице подстегнули Адама к действию.
— Твою ж мать! — выругался он и собрался поднять Фицпатрик.
Тут она перевернулась и нацелила на него пистолет. Полукровка ощутил её страх от слепоты в кромешной темноте.
— Отвали, сукин сын! — прошипела подруга наполненным болью голосом, но в тоже время в нём слышалась решимость и сила.
— Лана, это я, — прошептал Адам.
Блин, уже в третий раз менее чем за тридцать минут ему целились в голову.
— Опусти чёртов пистолет, пока не снесла мне башку.
Со стоном Фицпатрик отбросила оружие в сторону.
— Что, твою мать, случилось?
— Похоже, ты упала с лестницы, — тихо пояснил полукровка и прислушался – к ним определённо кто-то спускался: шум от шагов только усилился. — Ну же. Я должен тебя где-то спрятать.
— Сама справлюсь, — заявила Лана, но при попытке встать – пошатнулась. — Ни черта не вижу.
Дверь в подвал со скрипом распахнулась. Адам двигался быстро, таща за собой Фицпатрик и ища глазами укрытие. По барабану, коп она или нет. Он за неё в ответе и сделает всё, чтобы подруга выжила. Полукровка старался на думать об Ангелине и других пленницах, запертых наверху – беспомощных и ждавших его возвращения. Куда делось чёртово подкрепление? Блин! Вот же тупица! Он же никому не сказал, куда направился. Твою ж мать!
Лана отступила назад, направив пистолет в сторону лестницы.
— Ты же сказала, что ничего не видишь, — прошептал Адам, не спуская глаз со ступенек.
— Я и не вижу, — тихо призналась она. — Просто дай знать, когда стрелять.
Не удержавшись, полукровка хмыкнул. Несмотря на сильное беспокойство о Лане и пленницах наверху, он чувствовал в себе прилив сил и готов был сразиться в любым, кто спустится в подвал. Как же ему нравилось это ощущение!
— Оставайся здесь. Не двигайся и, пожалуйста, в меня не стреляй, — велел шёпотом Адам, бесшумно скользнув к подножию лестницы.
Прижался спиной к стене, посмотрел на Лану, та твёрдо держала на прицеле ступеньки. Боже, лишь бы у неё рука не дрогнула, и пуля не угодила в него.
Услышав, как кто-то свернул за угол и собирался преодолеть последние две ступеньки, Адам напрягся. Смотрел на подножие лестницы и ждал. Увидев ботинок нападавшего, полукровка схватил того за ворот футболки, но неожиданно для себя оказался на полу с обрушившимися на него градом ударов тяжёлых кулаков.
— Адам! — закричала Лана, а потом обратилась к нападавшему:
— Ещё одно движение, и я выстрелю.
Удары прекратились, и полукровка сумел разглядеть оседлавшего его Сида, устремившего взгляд на любимую.
— Как, чёрт возьми, ты можешь стрелять, если ни хрена не видишь? — прорычал воин, слез с пацана и направился к Лане.
Адам встал на колени, вздохнул полной грудью воздух и вытер тыльной стороной ладони кровь из носа. От включенного в подвале освещения, он поёжился и прикрыл глаза.
— Не могли бы, мать твою, прийти чуть пораньше!
Сид пропустил мимо ушей возмущение парня, пристально смотря на Лану.
— Кто, чёрт возьми, так изувечил твоё лицо? — прорычал убийственно низким тоном воин.
— Я погналась за охранником и совсем не ожидала нападения другого. Ударив в висок, он сбросил меня вниз, — щурясь от яркого света рассказала она и нахмурилась. — Прям обидно! Ошибка молокососа.
— А где тебя черти носили? — потребовал ответа Сид у Адама.
Тот только сейчас увидел окровавленное лицо Фицпатрик с сизым фингалом под глазом и поморщился.
— Я был… ну…
— Очевидно, не с ней, где по определению должен быть, — тыкнув пальцем в полукровку, прорычал воин.
— Сид, Адам здесь не причём, — заступилась за друга Лана, заткнув пистолет за пояс джинсов. — Я сама отправила его наверх, когда бросилась в погоню за подонком.
Пропустив мимо ушей слова любимой, Сид продолжал сверлить взглядом полукровку.
— Ты всегда должен прикрывать спину напарника, — суровым голосом стал поучать Адама вампир и схватил Лану за руку, когда та попыталась от него улизнуть.
— Знаю, — кивнул полукровка, соглашаясь с Сидом – это первый урок, который преподали ему воины. — Облажался по полной. Лана, прости, я виноват.
Она выдернула руку из захвата воина.
— Адам, ты ни в чём не виноват. Только следовал моим приказам, потому что я руководила спецоперацией, — заявила Фицпатрик, а потом обратилась к Сиду:
— На меня сердись, не на него.
— О, я чертовски на тебя зол, — прорычал вампир, посмотрев с высоты своего роста на любимую глазами чернее ночи.
— Отлично, потому что я сама злюсь на тебя не меньше, — гневно парировала в ответ она и обошла воина. — А теперь убирайся. Я ещё здесь не закончила. Что ты нашёл наверху? — спросила Адама, шагая по лестнице.
Тот за ней последовал, но его оттолкнул Сид, и сам пошёл наверх.
— В одной из комнат двое парней, — крикнул вслед Лане полукровка.
— Нашли на втором этаже двух вырубленных мужиков. Один, похоже, муж Ангелины, начал приходить в сознание. Кроме запертой комнаты, все остальные проверили, — доложил другу сбегавший вниз по ступеням Джаред.
— В ней около шести женщин, часть из которых уже полукровки, —
