Читаем без скачивания Женихи воскресают по пятницам - Дарья Донцова

– Это невозможно, Иза, – прогремело из-за колонны.

И в ту же секунду передо мной появилась гора, облаченная в ярко-красную футболку, джинсы и белые кроссовки с синими шнурками. Коротко стриженные седые волосы тетки стояли дыбом, на лице у нее не было ни грамма косметики, на плече болталась холщевая сумка-мешок с английской надписью «Береги планету», а на груди висела цепь, явно снятая с собачьей будки.

– Когда я уезжала, – колоколом гудела Рита, – Степка была вредным гадким утенком. А сейчас красавица – глаз не оторвать! Ну, расскажи, как живешь?

– Сейчас нам не удастся поболтать, – быстро сказала я, – боюсь опоздать, шоу вот-вот стартует.

– Тогда беги, – сказала Рита. – Бизнес – это святое, главное, построить карьеру. У нас в Америке считается, что замуж надо выходить и детей рожать после тридцати пяти, когда крепко стоишь на ногах и не имеешь финансовых проблем. У вас, в России, другое мнение.

– Не потеряйте билеты, – крикнула я, торопясь к лифту. – Они одновременно пропуск на банкет. Встретимся на фуршете.

…Отыскать на тусовке нужного человека, как правило, очень трудно, но войдя после удачного завершения шоу в ресторан, я сразу заметила Риту, которая бойко говорила что-то на английском в подставленный микрофон. Пока я пробивалась сквозь гомонящую толпу к бабушке, ее подружка успела освободиться и догнать меня.

– Надо же, – сказала она, – эти парни из Америки делают фильм о русском фэшн-бизнесе. Интересно, как они вычислили, что я из Штатов? Сразу подошли и спросили: «Вы, наверное, живете в Нью-Йорке?»

Я покосилась на белые с синими шнурками кроссовки Риты, на ее джинсы, майку, цепь от жилища Тузика и сумку, выпущенную активистами «Гринписа». Действительно, в даме очень «трудно» угадать американку. А кто еще способен в подобном виде сидеть во втором ряду самого пафосного московского мероприятия месяца? Уж точно, не француженка, та оделась бы исключительно в черные шмотки, и не итальянка, представительница страны самых вкусных макарон была бы обугленной от загара. И уж совсем Рита не похожа на россиянку. Наши дамы, завсегдатаи показов, приходят на километровых каблуках, в золоте-брильянтах, с сумками ценой в космический корабль и все причесаны у одного мастера, сияют белокурыми, одинаково уложенными волосами.

– Степа, ты была великолепна! – подпрыгнула Белка, увидав меня.

– Супер! – подхватила Рита.

– Прекраснее всех! – не успокаивалась бабуля.

– Лебедятница среди куриц! – отчеканила Рита. – Или надо говорить «лебедиха»? Забываю некоторые слова. Пойду положу себе еще вкусного. Вам принести сладкое?

– Кусок торта, – заказала Белка. – С кремом!

– Спасибо, я уже поела, – соврала я, памятуя о двух лишних килограммах на своей попе, которые Франсуа Арни называет «друзьями». Фразу: «О, Степанида! К тебе опять приехали в гости друзья, и, кажется, их не меньше трех», – я слышу примерно раз в месяц и начинаю жутко переживать по поводу фигуры. Конечно, бисквит со взбитыми сливками невероятно вкусен, но наслаждаешься им несколько минут, а лишний жир придется таскать всю жизнь, или, чтобы избавиться от него, надо будет пыхтеть полгода со штангой в фитнес-зале. Мерси, я лучше попью минеральной водички на ужин.

– Тяпа, – сказал за спиной знакомый голос, – поздравляю! Ты была великолепна!

Я обернулась, увидела Романа Глебовича и заулыбалась.

– Спасибо. Разрешите познакомить вас с моей бабушкой Изабеллой Константиновной. Бабуля, это владелец фирмы «Бак» Роман Глебович Звягин.

– Восхищен вашей внучкой, – галантно заметил мой босс.

– Она у меня красавица, – медленно протянула Белка.

– О чем вы болтаете? – воскликнула Маргарита, выруливая из толпы с тарелкой, заваленной пирожными.

– Рита, это хозяин фирмы «Бак» Роман Глебович Звягин, – громко повторила мои слова Белка, – он главный начальник Степы.

– Рад знакомству, – чуть громче, чем принято, произнес отчим Антона.

Лицо Маргариты вытянулось, щеки внезапно отвисли, а рука с тарелкой затряслась.

– Хорошая сегодня погода, – вдруг сказала она, – дождя нет. У нас в Америке льет как из ведра.

Роман чуть ссутулился.

– Вы живете в США?

– В Нью-Йорке, – уточнила Рита, пытаясь унять дрожь в пальцах, – Степонька, возьми пирожные, пожалуйста.

Я забрала у нее тарелку. Что происходит?

– Прекрасный город, – светски сказал Роман.

– Чудесный, – согласилась Рита, – но очень быстрый.

– Восхитительное шоу, – сообразила похвалить показ Белка.

– Вам понравилось? – обрадовался Роман. – Мне приятно доставлять удовольствие людям. Маргарита, вы надолго в Москву?

– На две недели, – ответила та. – Давно хотела навестить Изу, сама-то она в США не прилетит.

– Вы аэрофоб? – светски улыбнулся моей бабуле Роман.

Белка не успела ответить – из толпы вынырнула Инна Станиславовна:

– Роман, я еду домой.

– Дорогая, разреши познакомить тебя с бабушкой Степаниды и ее ближайшей подругой, жительницей Нью-Йорка, – объявил Звягин, – Изабелла Константиновна и Маргарита Павловна.

Я заморгала. Минуточку, откуда Роману известно отчество Риты? Я его не произносила, потому как просто забыла, что она «Павловна», назвала лишь имя-отчество бабушки. А потом появилась Рита, и речь сразу зашла о Нью-Йорке. Так что происходит?

– Очень приятно, – прохрипела супруга Звягина. – Роман, мне надо срочно уехать. Ты не против?

– Нет проблем, – согласился олигарх, – как пожелаешь.

Инна Станиславовна закашлялась.

– В вашем преклонном возрасте надо беречься, – неожиданно зло сказала Маргарита. – Нам, не очень юным особам, приходится тщательно следить за здоровьем. Мне муж, а он крупный кардиолог, посоветовал бегать по утрам в парке. Попробуйте, это очень бодрит, держит в тонусе.

– Роман Глебович! – закричал какой-то мужчина, весь обвешанный фотоаппаратами. – Пожалуйста, один кадр для нашего журнала на фоне баннера «Бака» с Асей.

Олигарх, забыв о Белке, Рите и тяжело дышащей Инне, кивнул и быстро направился в сторону большого плаката, где, скрестив ноги и уперев правую руку в бедро, маячила с угрюмым лицом Балакирева.

Ситуация напоминала плохой фильм, из которого режиссер, желая спасти его от провала, бездумно вырезал пару сцен, и теперь действие разваливалось, как молочное желе, которое хотят перенести с блюда на тарелку при помощи вилки. Я сообразила, что Рита и Роман знакомы, но владелец «Бака» и лучшая подруга бабули старались сделать вид, будто встретились впервые. Белка, возможно, в курсе дела. Во всяком случае, она с трудом удержала приветливое выражение на лице, когда я представила ей босса. Великолепно знаю ее и сейчас, наблюдая, как она щурится, хорошо понимаю: бабушка из последних сил старается стоять тихо, а на самом деле ей очень хочется стукнуть кашляющую Инну Станиславовну своей сумкой-собачкой по башке. А вот Рита не сдержалась, по-светски любезно нахамила жене Романа. Звягин же, вместо того чтобы помочь супруге или хотя бы проявить беспокойство по поводу ее здоровья, спешно удрал, воспользовавшись приглашением журналиста, хотя до сих пор избегал объективов. Он всегда отказывал прессе, говорил: «Ребята, я не Ален Делон, снимайте моделей». Что же все-таки происходит?

Глава 15

Инна Станиславовна оперлась о стену и хватала ртом воздух. Секунду ей это удавалось, но потом случился новый приступ кашля.

– Я приехала ненадолго, дел полно, не хотелось бы заболеть, – без тени сочувствия к супруге Романа сказала Рита и отодвинулась от нее.

– Некоторые люди невероятные эгоисты, – подхватила Белка. – Зачем идти в общественное место, если у тебя грипп? Сиди дома, пей чай с малиной.

А я схватила Инну Станиславовну за руку:

– Пойдемте, вам надо сесть.

Дама неожиданно послушалась и вдруг перестала задыхаться. Я отвела ее к стоящему в стороне стулу, принесла ей бокал минералки и, глядя, как она жадно пьет, сказала:

– Вам нужно срочно ехать домой. Давайте отведу вас в гараж.

– Спасибо, Степа, – еле слышно произнесла Инна, – но лучше отойди подальше. Похоже, я действительно подцепила вирусную инфекцию. Вчера экономка Галина стала жаловаться на осипший голос, потом у нее появились кашель, головная боль. Я отправила ее в кровать, а сегодня узнала, что ночью Галю отвезли в больницу с тяжелой формой гриппа. Кажется, теперь эта гадость прилипла ко мне. За завтраком я была в полном порядке, а потом внезапно охрипла.

Я сглотнула слюну, ясно, что Инне Станиславовне еще не сообщили о кончине прислуги. Роман Глебович решил лишний раз не волновать супругу. Но если в доме олигарха завелась опасная инфекция, необходимо объявить карантин.

Мне захотелось со всех ног удрать от Инны Станиславовны. И я даже сделала шаг в сторону, но потом замерла. Неприлично бросать человека в беде. Куда подевался Роман Глебович? Ему следует позаботиться о жене. И где хотя бы Антон? Муж Инны исчез в неизвестном направлении, значит, мне нужно отыскать сына.