Ни одна из этих оговорок не должна была смущать Вильсона. Но даже когда Лодж выказал готовность умерить свои и без того не чрезмерные требования, Вильсон не уступил. В результате лишь 55 сенаторов (при необходимом минимуме 64) проголосовали за ратификацию договора. Если бы Вильсон был немного уступчивее, он прошел бы без труда.
Отчего Вильсон отказался от поисков компромисса — загадка истории. Но отчего он ослабел настолько, что должен был пойти на такой шаг, — дело иное, оно заслуживает раздумий. Почему Вильсону не удалось поднять нацию на защиту Лиги? Физическая немощь — лишь часть ответа. Более года у вполне здорового Вильсона была полная возможность убеждать в необходимости существования Лиги американский народ — тот самый народ, что проголосовал за него на двух выборах, тот самый народ, что, следуя его призыву, вступил в победоносную мировую войну.
Разумеется, Вильсону ради ратификации договора следовало учесть пожелания своих коллег-республиканцев; жесткая позиция и близорукость союзников сильно ослабляли его действенность. Но в конечном итоге провал договора на американской общественной сцене был как минимум столь же существен: неспособность Вильсона встать на уровень задачи и убедить американцев, что договор — это часть их национального предназначения, лишили его источников общественной поддержки, которая могла бы переломить ситуацию в его пользу.
ПРИМЕР СЕДЬМОЙ — НЕУДАЧА
АЛ ГОР ОТКАЗЫВАЕТСЯ ОТ СВОИХ ПРИРОДООХРАННЫХ ВЕРОВАНИЙ И ТЕРПИТ ПОРАЖЕНИЕ
Если бы Ал Гор остался до конца верен своим идеалам, сорок третьим президентом США был бы он, а не Джордж У. Буш: Гор утратил позиции, потому что в разгар политической кампании пренебрег своими принципами. В эпоху, когда политики побеждают на выборах, присваивая взгляды, которым они в действительности никогда не сочувствовали, Гор выглядит аномалией: страстный идеолог, проигравший в результате того, что сбросил свою козырную карту — защиту окружающей среды — и в конце концов утратил политическое самообладание.
Глядя на Черчилля, Рейгана, де Голля или Линкольна, трудно оценить, какие колебания им, должно быть, приходилось подавлять, когда, сталкиваясь с противодействием и выборными неудачами, они все равно упрямо держались своих глубоко укорененных идей и принципов. А трагедия Ала Гора позволяет увидеть, какие бури бушуют в груди человека, который пытается держаться своих убеждений, даже если они становятся предметом насмешек. Эти четверо исторических гигантов одолели колебания. Колебания Гора одолели его.
Если держишься принципа, то и кампанию надо вести с опорой на принцип. При всей спорности результатов выборов во Флориде следует признать, что Алу Гору не удалось стать президентом по куда более существенной причине — в решающий момент он отошел от своих ключевых политических позиций. Гор сражался за чистоту природы, какой бы государственный пост он ни занимал; он написал на эту тему бестселлер; в общественном сознании он всегда ассоциировался с этой проблемой. А в ходе политических кампаний неизменно отодвигал ее на второй план. Деятели вроде Рейгана и де Голля, Черчилля и Линкольна достигали власти, стреляя из своего оружия; Вудро Вильсон и Барри Голдуотер терпели поражение, слишком жестко отстаивая свои позиции.
На выборах-2000 Ал Гор проиграл потому, что отстаивал их слишком мягко.
Проследить, каким образом Ал Гор пришел к тому, чтобы отказаться от защиты окружающей среды как своего конька, значит понять, как кандидата одолевают сомнения, сбивают с толку советники и подводит собственная осторожность. Рейган и де Голль никогда не испытывали сколько-нибудь серьезных внутренних сомнений; Линкольн и Черчилль их превозмогали. Но страхи и сомнения Гора затмили в 2000 году его решимость и способность к действию. А наступивший в результате этого паралич воли стоил ему президентства.
Нелегко угадать в человеке истинно верующего в наш век масок и политиков, которые кусают губы, чтобы вызвать эмоциональный подъем. Но Ал Гор искренне верил в охрану окружающей среды. Своему идеалу он был предан столь же глубоко, сколь Рейган и Черчилль, Линкольн и де Голль своим. Даже когда опросы общественного мнения показывали, что публика еще не готова всерьез задуматься над этой проблемой, он продолжал ею заниматься, обдумывать со всех сторон и действовать —- ради спасения планеты от неразумных действий человека.
В свете такого отношения неспособность, более того, нежелание обсуждать проблему тогда, когда это имеет особенное значение, становится еще более трагическим.
В 1980-е годы Гор, сенатор-демократ от штата Теннесси, был человеком, опережавшим свое время. Глубоко озабоченный такими явлениями, как потепление мирового климата или озоновое истощение, Гор одним из первых заговорил о возникновении множества новых проблем, связанных с охраной окружающей среды. В то время как американцы медленно преодолевали наследие «холодной войны» и страх перед ядерной катастрофой, Гор во весь голос заговорил об ухудшении окружающей среды как новой угрозе жизни на земле.
Гор нередко говорил, что интерес к этой проблеме проснулся у него еще в детские годы, проведенные на семейной ферме, — опыт, который дал «самые ранние уроки защиты природы… прикосновение к ее механизмам». На Гора оказал воздействие «взволнованный душевный отклик матери на классическое сочинение Рэчел Карсон «Молчаливая весна», в котором говорится об опасности использования пестицидов и которое дало импульс подъему движения в защиту окружающей среды в 1962 году. Впоследствии как солдат, а затем репортер на вьетнамской войне Гор узнал об опасностях применения одного дефолианта, оказывавшего буквально трагическое воздействие на природу.
В своем бестселлере «Равновесие земли» Гор говорит и о другой направляющей силе, которая побудила его встать на защиту природы. Работы гарвардского профессора Роже Ревеля, посвященные атмосферному углекислому газу и глобальному потеплению, вызвали у молодого Ала Гора острый интерес. В качестве члена палаты представителей он пригласил своего старого учителя дать показания перед конгрессом. Гор рассчитывал поразить своих коллег, но, по позднейшим воспоминаниям, был буквально «шокирован», убедившись в их полном равнодушии.
Да, в вопросах защиты окружающей среды Гор намного опередил свое время. Параллельное чтение его речей, произнесенных в 1980-е — начале 1990-х годов, и заголовков, замелькавших на газетных полосах десять лет спустя, убеждает в том, что он оказался настоящим пророком. Об окружающей среде Гор писал еще в 1987 году; затем, уже в книге, он отмечал, что «двойное увеличение объема углекислого газа вызовет глобальное повышение температуры и… поставит нас лицом к лицу с изменением климатических условий на земле». Предупреждая, что «в настоящее время цивилизация способна к саморазрушению», Гор бросает современникам отрезвляющий вызов: «Теперь мы должны действовать, основываясь на том, что знаем».
Со временем Гора стало чрезвычайно беспокоить то, что увеличивающаяся озоновая дыра над Атлантикой и истонь-шение защитного слоя атмосферы в других местах может заметно увеличить количество заболеваний раком кожи по всему миру. Тогда такое наблюдение могло показаться шаманством, но сегодня оно представляется пророчеством: «Уменьшение озонового слоя на один процент означает двухпроцентное увеличение ультрафиолетовой радиации… и четырехпроцентное увеличение количества заболеваний раком кожи».
Одинаково твердый в предложении решений и выявлении проблем, Гор выдвинул «глобальный план Маршалла» — систему договоров и соглашений между странами мира с целью «обуздания» индустриального общества.
Гор понимал, что бремя лидерства на этом пути ляжет на Соединенные Штаты. В то же время он отдавал себе отчет в том, что избиратель еще не готов к решительным действиям; в глубине души его беспокоило то, что общественное мнение и научные факты расходятся в противоположные стороны. Любая попытка исцеления природы, полагал он, должна основываться на понимании того, что «общественное мнение все еще находится в состоянии перемен». В то же время он четко предвидел, что «предложения, кажущиеся сегодня слишком смелыми, вскоре будут осмеиваться как сугубо запоздалые».
Создав себе общенациональную репутацию в качестве борца за сохранение окружающей среды, Ал Гор предполагал использовать ее в кампании 1988 года за выдвижение своей кандидатуры на пост президента от демократической партии. Молодой и порывистый, он считал, что лидерство в этой области даст ему преимущество в президентской гонке.
Предстояло тяжелое отрезвление.
Объявив 29 июня 1987 года о решении принять участие в президентской гонке, Гор, верный своим принципам, отметил, что один из основных импульсов, подталкивающих его к этому шагу, — «необходимость подчеркнуть значение» сохранности окружающей среды как «фактора политики». Перед лицом угрозы, с которой сталкивается ныне природа, говорил Гор, я намерен сосредоточиться в своей предвыборной кампании на проблемах ее сохранности и потепления мирового климата.
