– Закрой замок!
Анжелин крик вывел Эдика из ступора. Он кинулся к двери, повернул ручку замка. Металлический щелчок оповестил, что замок закрыт.
– Будешь витать в облаках, быстро на небо отправишься, – укорила Анжела, потирая ушибленное плечо. – И о чем ты так задумался?
– Ты не поверишь! – нервно засмеялся Эдик.
– Я теперь во все, что угодно, поверю, – серьезно сказала девочка.
– Я раздумывал, как узнать, клюнул слизняк на нашу приманку или нет?
Анжела вяло улыбнулась:
– Теперь мы знаем, что клюнул, а дальше что?
– Дальше? Дальше будем сидеть и ждать, когда нас Никита с Таней вызволят. Их очередь тормошить извилины.
– А мы будем просто сидеть и ждать?
– Ну, не просто, тоже будем думать. Хотя, если честно, когда я размышляю об этой твари, у меня от страха извилины распрямляются.
– А ты посмотри наверх, – посоветовала Анжела.
Пару минут Эдик добросовестно разглядывал потолочное покрытие.
– Ничего не видишь?
– Особенного ничего. Обычная потолочная плитка, белая в серую крапинку.
– А что под плиткой? – начала терять терпение девочка.
– Наверное, сказочная страна, – огрызнулся Эдик. – Что может быть под плиткой?! Потолок!
– А если нет? – тихо спросила Анжела.
До Эдика дошло.
– Ты думаешь… – начал он и не договорил. Подошел к стене, уперся в нее руками. Анжела забралась ему на плечи, встав на цыпочки, дотянулась и сдвинула в сторону одну пенопластовую плитку.
– Что там? – Не сдержав любопытства, Эдик задрал лицо вверх и потерял равновесие. Анжела успела схватиться одной рукой за рейку, которая держала потолочное покрытие. Рейка опасно прогнулась, но выдержала. Перебирая руками и сбивая плитки, Анжела добралась до середины комнаты. Повисла на одной руке, кулаком второй постучала по более широкой рейке, она отозвалась металлическим звуком.
Эдик правильно все понял, подставил плечи и добродушно проворчал:
– Хорошо, что ты мне досталась в напарники, а не Танька.
– Это почему? – Анжела пыталась прорвать рукой звукоизоляционное покрытие, но блестящий, похожий на прочную фольгу материал не поддавался.
– Мы с Таней низкорослые, она до потолка дотянется, если только прыгнет с моих плеч.
– И мне бы не помешали еще сантиметров десять роста! – сквозь зубы сказала Анжела. – Чуть-чуть не дотягиваюсь.
– Слезь, передохни. Я придумал, чем прорвать изоляцию.
Анжела тяжело спрыгнула на пол. Эдик заботливо протянул бутылку с водой. Девочка жадно сделала несколько крупных глотков и вернула бутылку. Хотя могла бы выпить вдвое больше, но нельзя быть эгоисткой, да и воду надо экономить. Она села на пол, вытянула ноги и расслабилась.
– Хочешь, я тебе плечи помну, – смущенно предложил Эдик.
– Зачем?
– Когда родители приходят с работы усталые, я им делаю массаж. Они уверяют, что здорово помогает. Я и сам чувствую, как мышцы становятся мягче, податливее.
– Давай, – согласилась Анжела и отлепила спину от стены.
Эдик впился в ее плечевые мышцы на удивление сильными пальцами. Анжела поморщилась, больновато. Но через пару минут боль стихла, напряжение стало отпускать, тело наполнилось энергией.
– Я готова! – Анжела легко вскочила.
Эд взял железный штырь и ткнул им в потолок:
– Им и проткнем изоляцию.
Анжела забралась ему на плечи и, держась за рейку, несколько раз сильно ткнула железным прутом в изоляционное полотно. Похожий на фольгу материал прорвался. Девочка расширила дыру, отбросила штырь. Попросила:
– Эд, чуть-чуть повыше.
Эдик, багровея от усилий, встал на цыпочки. Анжеле удалось зацепиться за железную балку, но подтянуться силенок не хватало. Мальчик стал подталкивать ее ступни руками.
– Еще чуть-чуть, – бухтела Анжела.
У Эдика от напряжения вздулись вены на руках, он собрал все силы и толкнул Анжелу вверх. Вдруг давление исчезло, стало легко-легко, Анжела все-таки вскарабкалась на балку. Уселась верхом, покачалась, проверяя на прочность. Заверила:
– Слона выдержит, лезь. Хотя погоди, я посмотрю, что там.
Опираясь на руки, она «поехала» в сторону двери.
– Что там? – подпрыгивал на месте Эдик.
– Повезло, – отозвалась Анжела. – Над коридором то же самое, изоляция и плиточное покрытие. Мы сможем дойти до лестницы по краю стены, она в кирпич шириной. Хорошо, что здесь нет капитального потолка. Сэкономили военные.
– Ничего подобного. Они поступили совершенно правильно. Там что за изоляцией?
– Трубы какие-то канализационные, пучки проводов, – недоуменно ответила Анжела.
– Вот именно. Военные все предусмотрели, случилась авария или замыкание, не надо ни пол вскрывать, ни потолок разбирать.
– Тогда ладно. Давай рюкзак, – Анжела свесилась с балки, подцепила рюкзак. По своей инициативе Эдик подал два железных прута и беспомощно огляделся:
– А как мне туда забраться? Подсадить некому, подставить тоже нечего.
– Да. – Анжела почесала лохматую голову. – А если так. – Она взяла рюкзак за одну лямку, вторую спустила вниз. Выдержит?
– Выдержит стопудово! Рюкзак! А ты свалишься! – уверенно предрек Эдик. – Поройся в рюкзаке, там веревка должна быть.
Веревка нашлась. По Эдикову распоряжению Анжела закрепила веревку на балке, навязала узлов, чтобы легче было забираться. Но мальчику пришлось порядком помаяться, прежде чем удалось вскарабкаться на балку.
– Передышка! – устало выдохнул он, устроившись рядом с Анжелой. Она понимающе кивнула. Но передохнуть Эдику не удалось. Содрогнулось изоляционное полотно, завибрировало, с треском отлетели потолочные плитки, что-то тяжело хлюпнуло вниз.
– Это она! – Анжела побледнела и вцепилась в Эдика. Он тоже сразу сообразил, что произошло. Пока они корячились, забираясь на стену, слизь подобралась совсем близко, но пенопластовые плитки не выдержали ее тяжести и отвалились.
Мальчик обшарил лучом фонарика изоляционное полотно вокруг. Вроде все в порядке, разрывов не видно. Если чудищу удастся пробраться за изоляцию, им придется несладко. И это еще мягко говоря.
Анжела словно прочитала его мысли, еле слышно прошептала:
– Оно не сможет сюда попасть?
– Не должно.
Слизь настойчиво рвалась к добыче. В другом месте посыпалась плитка, раздалось тяжелое чмяканье, за ним последовало разъяренное шипение.
– Двигай, – подтолкнула Эдика Анжела.
Маленький рост позволил мальчику встать на ноги и идти, не пригибаясь. Анжеле было хуже, ей приходилось сутулиться и нагибать голову, чтобы не задеть трубы и пучки проводов. А потеря равновесия и падение чреваты гибелью. Изоляционное полотно не выдержит упавшего на него веса.
Эдик шел как по болоту, сначала нащупывал прутом стену, определял границы. Мягкое, проложенное толстым слоем стекловаты, серебристое полотно не позволяло визуально определить, где кончается стена.
Слизь бесновалась. С треском отрывались все новые и новые потолочные плитки, тварь падала раз за разом. Яростное шипение не смолкало ни на секунду. Она слышала добычу, она чувствовала добычу, а добраться не могла. Каждая клетка ее студенистого тела жаждала горячей крови. Каждая порция трепещущей плоти наполняла ее злой энергией и яростным желанием настичь и сожрать новое живое существо. Твари было неведомо чувство насыщения.
По серебристой поверхности прокатилась опасная рябь, Эдик почувствовал, что скользкое полотно уходит из-под ног. Он посмотрел влево и увидел, как опасно прогнулась изоляция. Тварь прилепилась к ней и теперь медленно, но верно, подбиралась к добыче.
Разум взбунтовался. Он не желал стать жертвой непомерно разросшейся медузы! Много чести!
– Эд! – отчаянно вскрикнула Анжела. Он проследил за ее полным страха взглядом и увидел, как кусок полотна оторвался вместе с прилипшей к нему корчащейся слизью. Сейчас она снова вползет наверх и…
– Много чести! – процедил мальчик, встал устойчивее и крепко сжал железный прут.
Глядя на его суровое, решительное лицо, Анжела тоже справилась со страхом. Удобнее перехватила прут, нацелив острый конец на прорыв в изоляции.
Если бы в этот момент ребята могли увидеть себя со стороны, то скорее всего не узнали бы своих лиц. Такие жесткие, чеканные профили выбивали на старинных монетах.
Тварь не заставила себя ждать, шипя, оскальзываясь, но с удивительным проворством вползла на полотно. Но так как ребята стояли, не шелохнувшись, она растерянно заколыхалась. По студенистому телу побежали сине-фиолетовые молнии.
– Не смотри, заворожит, – предупредил опытный Эдик.
Слизь моментально отреагировала, окрасилась в свой обычный буро-серый цвет и поползла на голос.
Мальчик и девочка обменялись пристальными взглядами и поняли друг друга. Эдик поднял прут, как копье, Анжела в знак согласия слегка наклонила голову. Подняв оружие, они спокойно ждали приближения врага.
Два копья одновременно опустились и пронзили склизистое тело алчной твари. Слизь издала свистящее шипение, скрутилась в тугой комок и с тяжелым шлепком упала вниз.
