Читаем без скачивания Взвод - Андрей Ливадный

— Зачем ты так?! — вскрикнула Настя.

— Ты должна сделать выбор… — устало произнес Лозин. — Не между Человечеством и Чужими, а между своим страхом и волей к жизни, — добавил он, адресуя последние слова не столько ей, сколько Херберту. — Нам предстоит убивать или быть убитыми, лоботомированным, не знаю, что еще… — Он встряхнул головой, не в силах изгнать из своего сознания витающий в нем морок. — А сейчас мы должны уходить… Срочно…

— Почему? — спросил Джон. — Они мертвы. — И красноречиво покосился в сторону Чужих.

Иван лишь покачал головой, с трудом сдерживая душивший его гнев.

— Сюда непременно нагрянут их сородичи, и это вопрос ближайших минут или часов… Я не знаю, насколько мобильно они реагируют на события.

— Куда же нам идти?! — растерянно спросила Настя, оглядываясь по сторонам. Ее взгляд остановился на лейтенанте Логинове. — Он не сможет передвигаться сам. Ему нужна помощь…

— Понесем, — отрезал Лозин.

— Здесь есть машины, — попытался напомнить Джон.

— Нет, — осадил его Иван. — Ничего не трогать. Пусть все остается на своих местах. Чужие вряд ли разберутся, что нападение произошло извне. Я хочу, чтобы они сочли виновником инцидента его. — Лейтенант указал на труп капитана Заулова.

— Но нам не скрыться с беспомощным человеком на руках, — вновь повторила Настя. — К тому же есть только один шанс нейтрализовать внедренные шунты…

— Микромашины?

— Да, — кивнула она. — В лабораториях госпиталя должен остаться неприкосновенный запас кровяной плазмы с их культурой.

— Думаешь, они уцелели?

— Не знаю, — покачала головой Настя. — Нужно проверить.

— Тогда не будем терять время. — Иван обернулся к Херберту: — Джон, ты поможешь мне нести лейтенанта.

— А если Чужие станут обыскивать городок? — забеспокоился Херберт.

— Тогда нам придется принять еще один бой. Иного выхода я не вижу, — ответил Иван, направляясь к Логинову. — Давай, Джон, берем его на руки и пошли!..

Военный городок отдельно дислоцированной дивизии ВКС России занимал внушительную площадь, но от технических боксов до здания госпиталя, где раньше работала Настя, было всего метров пятьсот, не более.

Иван рассчитывал нести Логинова на руках, но лейтенант внезапно начал проявлять самостоятельность. Его образ мышления был в данный момент полнейшей загадкой, по всем признакам он неадекватно воспринимал реальность, однако вмешательство Чужих, по-видимому, не затронуло основных рефлексов, что и продемонстрировал Дым, как только к нему подошли Лозин и Херберт.

Поначалу, заметив приближающихся людей, лейтенант дернулся, будто его ударило током, потом рефлекторно попытался отползти назад, схватился за шею, где от мерзкого поводка остались глубокие ссадины с запекшейся кровью, но стоило Ивану присесть на корточки и заглянуть ему в глаза, как он вдруг успокоился.

— Дым, ты меня слышишь? — спросил Лозин, намеренно используя «второе имя» Логинова, которое одновременно являлось позывным его взвода, когда их полк принимал участие в разрешении Каспийского кризиса.

Дима несколько секунд смотрел в глаза Ивану, а потом медленно кивнул.

На сердце Лозина вдруг потеплело.

«Может, еще не все потеряно», — с надеждой подумал он, глядя, как лейтенант неуклюже встал, опираясь о борт машины, и принялся озираться по сторонам, постоянно дотрагиваясь рукой до израненной шеи.

— Пойдем, Дима. — Иван осторожно подтолкнул его в нужную сторону, и тот без сопротивления шагнул вперед.

…До госпиталя они добрались минут за десять.

— Я поведу его в лабораторию, — произнесла Настя, оглядевшись в пустом сумеречном вестибюле. — Это на втором этаже, Иван.

— Знаю, — откликнулся Лозин. — Мы с Джоном поднимемся на крышу, потом я загляну к тебе.

Настя кивнула, беря лейтенанта за локоть.

— Пойдем, Дима.

Логинов, не сопротивляясь, покорно пошел вместе с ней, а Иван, обернувшись к Херберту, указал на вторую лестницу.

— Нам туда.

Они поднялись на третий этаж, потом прошли еще один лестничный пролет, который оканчивался площадкой с расположенным над ней металлическим люком. Он был не заперт, и Лозин машинально покачал головой. — «Старшина хозвзвода ни хрена службу не тащит», — мелькнула в голове мысль и тут же ушла, оставив после себя осадок горечи. Где теперь старшина и его взвод? Нет замка, и то хорошо, меньше шума, меньше проблем.

К люку вела сварная металлическая лестница. Поднявшись по ней, Иван с усилием откинул массивную плиту, которая протяжно скрипнула на прихваченных ржавчиной петлях.

— Залазь, — произнес лейтенант, стряхивая с колен рыжую пыль.

Джон последовал за ним, и через минуту они уже сидели у чердачного окна, которое выходило в нужную сторону, — отсюда хорошо просматривался технический паркинг перед боксами.

— Сиди тихо и следи за обстановкой. Заметишь гостей, не дергайся, понаблюдай за их действиями. Если начнут прочесывать здания, бегом ко мне, я пока спущусь в лабораторию, это семнадцатый кабинет на втором этаже. Ты хорошо меня понял?

Джон кивнул, устраиваясь у окна.

— Не забудь, у тебя есть оптика. — Иван выразительно постучал согнутым пальцем по электронно-оптическому прицелу, закрепленному на автомате.

Оставив Херберта на наблюдательном пункте, Лозин спустился на второй этаж. Отыскать лабораторию, где ему полгода назад делали инъекцию микромашин, не составило особого труда. Дверь была приоткрыта, электронный замок не работал, но изнутри помещения на пол коридора падала узкая полоса рассеянного ультрафиолета, значит, Настя сумела подключить автономные источники питания, не пострадавшие при глобальной катастрофе.

Войдя внутрь, Иван увидел разительную картину: создавалось впечатление, что кто-то поделил лабораторию на две неравные, резко диссонирующие между собой части. Там, где раньше располагался основной комплекс аппаратуры, сейчас чернели обугленные обломки, но в глубине помещения, за оплавившейся пластиковой перегородкой, сиял источник голубоватого света и монотонно попискивал невидимый от входа прибор.

…За покоробленной ширмой был развернут полевой медицинский томограф. Судя по спокойному узору огней на сложном диагностическом оборудовании и запыленному чехлу, который Настя откинула в сторону, этот автономный компьютерный узел давно не использовался и потому не пострадал в момент резких перепадов напряжения.

Обнаженный лейтенант Логинов лежал на жестком диагностическом столе, для страховки пристегнутый к нему ремнями. Тонкая зеленая линия сканера скользила по его изможденному телу, передавая на контрольный монитор изображение внутренних органов.

— Как он? — спросил Иван, обнаруживая свое присутствие.

Настя вздрогнула. Углубившись в работу, она не слышала, как в лабораторию вошел Иван.

— Пока не знаю, — ответила девушка, справившись с внезапно окатившим ее холодом. Въедливое чувство страха не проходило, незаметно трансформируясь в постоянное напряжение, когда каждый посторонний звук кажется зловещим признаком опасности.

— Нужно подождать, пока сканер окончит свою работу, — добавила она, зябко поежившись. — Не подкрадывайся так тихо, ладно?

Иван кивнул.

— Хорошо, не буду. Но и ты не нервничай, — произнес он, посмотрев на Логинова. — Джон следит за паркингом, я буду поблизости, так что работай спокойно.

Она сдержанно кивнула.

— Можешь присесть вон туда. — Настя кивком указала на кушетку. — Я позову, когда окончится процесс сканирования.

Иван не стал спорить. Он бы мог пойти к Херберту, на которого сложно было полагаться после всего произошедшего, но внезапно решил, что лучше останется тут. Судьба Логинова интересовала его в данный момент не меньше, чем вероятное появление Чужих.

Усевшись на кушетку, он по привычке пристроил «шторм» между колен и спросил:

— Это помещение экранировано?

Настя, не оборачиваясь, кивнула.

Несколько минут прошло в напряженном молчании. Зеленая световая полоса медленно ползла вдоль обнаженного тела, но даже Ивану, с его минимальными познаниями в медицине, было понятно, что изумрудная линия — это лишь видимая часть тех волн, что пронизывали в данный момент организм Логинова, передавая на анализаторы не только изображение внутренних органов лейтенанта, но и полный отчет об их структурном состоянии. Далее специальные программы обрабатывали полученные данные, сравнивая их с архивными сведениями, сохраненными после плановых медосмотров, и в конечном итоге этот анализ должен был показать, какие изменения претерпел организм…

Сканирующая полоса доползла до подбородка, и тут же на контрольных панелях заморгало несколько тревожных сигналов. Изумрудное свечение почти остановилось, теперь световой росчерк полз так медленно, что его движение едва ли воспринимал человеческий глаз…