В следующую секунду оба осыпали друг друга горячими, дерзкими ласками и поцелуями, растворяясь в жаркой взаимной страсти и переплавляясь в одно сердце, одну душу, одно тело.
Закрыв глаза, Вики отдала себя во власть умелых рук и ласковых губ Рейса, чувствуя их нежные прикосновения по всему телу, начиная с шеи и кончая пальцами ног.
— Вики, — хрипло прошептал Рейс, прижимаясь горячими губами к ее ладони, — ты заставляешь меня ненавидеть те ночи, что я провел в этой постели в одиночестве…
Его руки коснулись ее тугой груди, сначала робко, потом все настойчивее, лаская и дразня затвердевшие розовые соски. Не выдержав, Вики прижала к себе его голову, без слов моля о продолжении.
— Успокойся и расслабься, — прошептал он, покрывая поцелуями ее упругий живот.
Поколебавшись, Вики закрыла глаза, выгнувшись всем телом навстречу его горячим губам и дерзкому языку.
Почувствовав ее покорность, он медленно склонил голову между раскрытых бедер и стал губами ласкать горячее женское лоно. Вики стонала и кричала под обжигающими ласками. Ей хотелось просить его прекратить эти сладкие муки и в то же время продолжать их до бесконечности. Ее захлестнула волна острого, почти болезненного наслаждения. Наконец наступил момент, когда Вики почувствовала, что ее силы на исходе и она может просто потерять сознание. Тогда она чуть слышно попросила Рейса остановиться. Вики лежала совершенно неподвижно, боясь пошевелиться, и вдруг почувствовала, как Рейс осторожно навис над ней и резким толчком нетерпеливо вошел в разгоряченное тело. Двигаясь в такт ритмичным, все ускоряющимся движениям Рейса, Вики с жадностью отвечала на его лихорадочные поцелуи, словно в первый раз открывая для себя их обжигающую прелесть. И снова наступило сокрушительной силы освобождение, какого она прежде никогда не испытывала.
Потом Рейс хотел избавить Вики от тяжести своего тела и с трудом приподнялся на дрожавших от изнеможения руках.
— Не надо, — прошептала она. — Полежи, не уходи… — И мгновенно провалилась в сладкое забытье.
* * *
Проснулась Виктория, как всегда, с первыми лучами солнца. Поначалу она не поняла, где находится, потом вспомнила о прошедшем вечере и сладко потянулась, словно большая кошка.
Рядом, обнимая ее, спал Рейс. Вот почему ей было так жарко! Положив голову на ее подушку, он спал богатырским сном усталого воина. Она довольно улыбнулась. Рейс честно заслужил свой отдых.
Вспомнив о том, как ей было хорошо накануне, Вики снова вздохнула и потянулась всем телом. Рейс зашевелился во сне, теснее прижимаясь к ней, и Вики захотелось, чтобы он приласкал ее.
— Рейс, — прошептала она, легонько проводя ладонью по его спине.
В ответ послышалось неразборчивое мычание.
— Рейс, да проснись же, — настойчиво повторила Вики. Он с трудом разлепил тяжелые веки и открыл серые сонные глаза. Судя по всему, Рейс не сразу понял, кто его разбудил и зачем. Потом, осознав, пробормотал:
— Доброе утро…
И, нежно поцеловав ее, снова уснул! Но это не входило в планы Вики, и она попыталась ласками заставить его проснуться.
— Не надо, — сонно взмолился он. — Обними меня и полежи спокойно…
Вики прижалась к нему всем телом, продолжая возбуждающие ласки. Некоторое время Рейс притворялся спящим, но вскоре пробуждение его мужского естества уже нельзя было скрыть.
— Рейс, — шептала Вики.
Он открыл усталые глаза, и Вики увидела в них страсть. Она радостно улыбнулась.
— Вики, пожалей! — взмолился Рейс. — Дай мне поспать хотя бы часок! Ведь мне уже не восемнадцать.
— Согласна, тебе уже не восемнадцать, но держишься ты превосходно!
Закатив глаза, Рейс побежденно вздохнул:
— Ну хорошо… Только сначала я должен выпить чашку горячего кофе, договорились?
— Как ты можешь сейчас думать о кофе? — искренне возмутилась Вики.
Рейсу пришлось подробно объяснить ей, зачем ему понадобился кофеин. Признав справедливость его требований, Вики спустилась в кухню.
Пока закипала вода, Вики от нечего делать забрела в столовую, на время превратившуюся в рабочий кабинет. Там по всему столу были разбросаны рисунки, схемы, графики и наброски. Вики сразу заметила лежавший в дальнем углу эскиз ее пансиона и довольно улыбнулась. Вместо колонн, поддерживавших навесную крышу парадного крыльца, красовались кариатиды, все как одна похожие на нее. Вики это показалось очень забавным.
Потом она подошла к кульману, чтобы посмотреть, над чем сейчас работает Бсннет. И улыбка сползла с ее лица. Она даже наклонилась поближе, чтобы убедиться, что глаза ее не обманывают.
Перед ней лежал рисунок дома, который должен быть построен на ее земле, в поместье Оук-Хилл. Ошибки быть не могло.
Значит, Рейс уже готовится к строительству! Значит, он уверен в банкротстве пансиона! Значит, он всерьез собрался разрушить ее жизнь!
Вики не помнила, как выбежала из дома. Наконец она остановилась в изнеможении и, с трудом переводя дыхание, упала на мягкую траву в тени большого дуба и разрыдалась.
Рейс Беннет приехал сюда только затем, чтобы забрать себе все поместье. Ему плевать на пансион для домашних животных. Как же Вики могла забыть, что друг для друга они враги!
Ну почему именно он должен стать тем человеком, который отнимет у нее будущее и настоящее? Вики в отчаянии каталась по земле, и ее душили слезы. Она внезапно поняла, что всем сердцем любит Рейса Беннета.
Она, которая всегда отвергала мужчин, потому что считала общение с ними пустой тратой времени, по уши влюблена, и в кою? Не в Дина Александера, который, несомненно, питал к ней нежную любовь, а в очаровательного сына известного всей округе донжуана, человека, который хотел уничтожить выстраданное ею дело!
Теперь глупо ждать счастливой развязки. Если в конце концов выиграет он, то отнимет у нее все. Если же выиграет она, Рейс просто уедет в свою Калифорнию, оставив в ее сердце зияющую рану.
В любом случае Вики ожидало печальное будущее. Она никогда не простит, если Рейс уничтожит ее пансион. Конечно, она сумеет пережить это и найдет другую работу, но никогда не простит предательства!
В то утро Вики рано пришла на работу, пребывая в мрачном настроении. Наверное, не дождавшись кофе, Рейс снова заснул. Поэтому Вики рассчитывала, что если он и появится в пансионе, то не раньше чем через несколько часов. За это время она надеялась взять себя в руки.
Брайан сразу заметил ее мрачное лицо, но приписал это раздражению, вызванному бесконечными любопытствующими клиентами. Выбрав удобный момент, он галантно предложил ей свою защиту о г слишком назойливых особ.
