— Вопросы не ко мне, девочка. Спокойно завтракайте, а после вас навестит лорд энн’Невеллиор.
— Целитель мне не нужен. Я хорошо себя чувствую! — Хотелось только поскорее остаться одной.
— Его Высочество обеспокоен вашим вчерашним обмороком.
Э, ничего такого не помню, но голова ясная.
— Если лорд энн’Невеллиор сочтет вас здоровой, то разрешит вам встать. Возможно, мы прогуляемся по парку во второй половине дня. К одиннадцати часам прибудет модистка, обсудим ваш гардероб.
— Сьерра дей’Анс, мне заниматься нужно, к экзаменам готовиться!
— Даже не думайте, Миа! После такого потрясения — за книжки? Об этом тоже посоветуемся с целителем! — постановила графиня.
Мне ничего не оставалось, как меланхолично жевать кашу и мечтать, чтобы кто-нибудь ускорил время, и этот месяц побыстрее закончился.
Потом была ванна с ароматическими добавками и пеной. Эдвига оказалась настоящим знатоком косметологии — растёрла меня жесткой губкой и измазала десятком кремов и притираний, возвращая коже нежность и мягкость. Попутно она ворчала, что некоторые пренебрегают богатством, данным им Светлыми богинями, и не ухаживают за собой должным образом. И что, дескать, иные дамы отдали бы все самое ценное за такие волосы и кожу. Наконец меня облачили в свежую ночную сорочку и препроводили обратно в кровать.
Здесь ждал небольшой сюрприз. Свой маговизор я оставляла под одеялом, а обнаружила — на прикроватной тумбе. Очевидно, одна из служанок перестилала постельное белье, нашла его и положила на тумбочку. Я огорчилась, но не потому что графиня теперь знает, что у меня есть артефакт связи, а потому, что сейчас маговизор был включен. На экране подсвечивались новые сообщения от Яра и Лесса, и они были прочитаны. Кто это сделал? Любопытная служанка — чья-то шпионка или сама сьерра дей’Анс?
Я покосилась на графиню, но та спокойно читала газету, свернув лист для удобства в несколько раз.
Стоит ли говорить, как неприятно резанул факт, что кто-то рылся в нашей с друзьями переписке! Ничего там запретного нет, но это возмутительное вмешательство в личное пространство.
Уже не скрываясь, я взяла артефакт. Яр переслал номер сегодняшнего «Сплетника» — еженедельного приложения к «Новостям Ильса», посвященного светской жизни. Я не читаю этот листок — не вижу ничего занимательного в пересудах и грязных домыслах, да и высший свет мне неинтересен. Оборотень тоже не любитель знатных особ. Гадая, в чем дело, я бегло пролистала издание, и вопросы отпали: свежий номер почти полностью посвящен моей особе.
С бьющимся от волнения сердцем приступила к передовице с названием:
«Что если Ильс на пороге гражданской войны?»
«Господа и дамы, Вчера на наших глазах тихо и почти незаметно свершилось важное историческое событие. Вы слышали? Нет? А между тем ничего сравнимого по значимости в нашем полупровинциальном королевстве не происходило уже лет шестьдесят! Припоминаете, что шокировало весь Ильс 60 лет назад? Если вам вспомнилась одна роскошная брачная церемония, вы на верном пути: я имею в виду скоропалительный брак одной прекрасной и доброй дамы, которой было тогда всего двести двадцать лет, и ее красавца-советника, которому было уже за тридцать! Эта свадьба произвела столько шума, и опасения высказывали не только подданные короны, но и многие иностранные государи. И вот сегодня эти двое снова бросают вызов общественному мнению. Нет, это не их развод, хотя слухи о непостоянстве одного из супругов часто будоражат наших читателей. Речь о событии куда более серьезном: о новой ПРЕТЕНДЕНТКЕ!К несчастью, наша добрая дама, предыдущий брак которой продлился тридцать пять лет, теряла наследников младенцами. Страшную утрату оплакивал весь Ильс, но так судил Шандор. Не приведи Свет, останься мы без монарха, Ильс раздерут на части внешние и внутренние враги. Прямых наследников короны нет, но предполагалось, что основной претендент герцог Й.[2] Он последний в славной династии дей’Дирков. Известно также, что этого единственного родственника уже много лет не принимают при дворе. Перехожу, наконец, к главному: вчера нам дали понять, что вскоре объявят имя наследника. Или НАСЛЕДНИЦЫ. Да-да! Вчера вечером монархиня представила юную родственницу своего морганатического супруга, объявив ее собственной племянницей и членом королевской фамилии. Ну что, господа? Как вам такие новости, достойны они наименоваться историческими? Или мы на пороге еще более значительных событий?..»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дальше читать не стала, потому что меня затошнило. Вот о чем все думают? Какой кошмар!
Пробежав глазами остальные материалы, пришла в полное расстройство. Когда только успели собрать столько изображений со мной? Даже маленький детский снимок нашли. Откуда он? Подкупили кого-то из слуг в доме Оленрадэ? Но больше всего в газете оказалось наших с Яром изображений — наш вальс на Зимнем балу (Это было всего лишь позавчера, почему мне кажется, что прошли недели?).
Чтобы не читать домыслы о себе, я рассматривала картинки. А мы хорошо смотрелись, хотя мое темное платье все-таки не самый уместный наряд на балу. В газете оно выглядело черным, словно я некромант.
— Ты введешь в моду мрачные оттенки, детка.
Я вздрогнула и, оторвавшись от экрана, подняла глаза на принца. Так увлеклась, что не заметила, как он вошел, а графиня оставила нас.
Рик улыбнулся. А я — нет.
— Что это за домыслы в статье? — накинулась я на него, забыв о почтении и этикете. — И что это за «историческое событие»? Это же неправда?
— Ну, если не ты автор статьи, то сразу «домыслы»? — хохотнул он и присел на край кровати. — Как ты себя чувствуешь?
Я заверила, что все было неплохо, пока не увидела эту чудовищную статью.
— В газетах еще и не такое встретишь! Это так, пробный выстрел.
— Вы хотите сказать, что не прикажете арестовать главного редактора, как опасного бунтовщика? Тут же столько гадостей про вас!
— От слов ни холодно ни жарко, детка. Ты должна усвоить это. Редактор — мой старинный приятель. Он пишет: подогревает или охлаждает общественное мнение. Я наблюдаю за реакцией и делаю выводы. Это удобно.
— Как игра в поддавки. Но на грани.
— Верно, Миа! Именно — на грани. Последние шестьдесят лет я иначе и не жил, — он пожал плечами, на губах играла легкая улыбка.
Легко ему усмехаться, а меня чуть не убили!
— А теперь еще и меня заставляете так жить? Вчера меня пытались отравить! Вы знали, что готовится покушение?
— И предположить не мог… — Рик устало потер виски. — Противник пытался сыграть на опережение.
— Кто? Герцог Йохан дей’Фрон? — Я неуверенно произнесла имя опального дальнего родственника правящей династии.
— Нет, сам Йохан — избалованный дурачок. Это сделал тот, кто заинтересован в нем, как в будущем правителе.
— Вы и правда собираетесь объявить меня наследницей? Это вообще не смешно, Рик!
— Нет, это обманный маневр. Ты пока просто член королевского дома.
— А выбрать кого-то другого для маневров нельзя?
— У меня всего одна племянница, — небрежно парировал дядя.
— У вас еще и племянник есть, — сказала и тут же устыдилась: хочу прикрыться малышом-братцем в таком опасном деле!
— Нет, Нелрайт не подходит. По многим причинам. Только ты, Миарет. Но не бойся, артефакт «Ока света и тьмы» убережет и от ядов, и от магических ловушек.
Ха, это так меня успокоило!
— А от кинжала?
— От любого оружия, да и от магических атак защитят стражи из моей личной охраны. Также к тебе будут приставлены две фрейлины для услуг. Ну, и чтоб развлекали.
— Я и так не скучаю, не нужно мне фрейлин, дядя Рик! — вот теперь я возмутилась по-настоящему.
— Вижу, что не скучаешь, — он многозначительно взглянул на маговизор, лежащий поверх одеяла. — По поводу фрейлин — не обсуждается. Тебе по статусу полагаются дамы, я даже сократил их число. Отдыхай, малышка. — Рик поднялся и пошел к двери. На стенах инеем таяло заклинание тишины. Дядя обернулся от порога: — Да, еще одно. Пожалуйста, постарайся поменьше рассказывать своим приятелям из Виала. Все о чем мы говорили — тайна. Не впутывай их.
