― Ладно, я вам на двоих соберу, чтобы и ты голодной не была.
Я улыбнулась ей и кивнула.
― Спасибо. И передадите Роману, что через полчаса можем ехать.
― Хорошо, девочка.
Татьяна снова оставила меня одну. Я отыскала белое белье и, нацепив трусы с лифчиком, задумалась о том, чтобы мне надеть. Благо летних вещей прихватила с собой достаточно. Принялась перебирать их и наткнулась на джинсовые шорты и легкую майку молочного оттенка. Точно! Идеально для того, чтобы поразить Ивара, с учетом принятого мною решения.
Переоделась и с удовольствием окинула себя взглядом в зеркало. Идеально! Короткие шорты с высокой посадкой отлично подчеркивают округлую попу, а майка с глубоким вырезом, но прикрывающим пикантные места хорошо подчеркивают мою грудь второго размера. Мне все нравится.
Волосы забрала в высокий хвост, подкрасила ресницы, нанесла румяна и блеск для губ, счастливо улыбаясь себе в зеркале. Никогда не любила боевой раскрас и часто ограничивалась лишь тушью и румянами. Разве иногда могла только губы красной помадой накрасить, и то в особые моменты. Сейчас мне как нельзя кстати подошел прозрачный блеск.
Бросив в сумочку телефон и пачку влажных салфеток, я надела на ноги недавно купленные белые шлепанцы с подошвой кроссовок. Так дико мне понравилась эта модель, что я позволила себе купить обувь дороже обычного. Ну не устояла, что в принципе случалось крайне редко.
Еще раз окинув взглядом свой внешний вид, я довольно улыбнулась и спустилась вниз, как раз встречая там Романа.
― Доброе утро.
― Доброе утро, Ассоль. Я готов ехать.
― Одну минутку, узнаю, все ли приготовила Татьяна Леонидовна.
И только хотела сходить на кухню, как женщина уже шла навстречу с бумажным пакетом.
― Держи, милая. Там все, как любит Ивар Викторович, но, я надеюсь, и тебе понравится.
― Спасибо Вам, Татьяна Леонидовна.
Я поправила сумочку на плече и пошла к выходу, когда Татьяна меня вдруг окликнула:
― Насте сказать, чтобы воду в цветах поменяла?
― Да, спасибо большое.
К офису Ивара мы подъехали примерно минут через пятьдесят. Глядя в окно на прохожих, мне страшно было представить, как же им жарко идти по душному городу. Казалось, в этом году лето решило отыграться за прошлые года. Так невыносимо жарко, что спасает только кондиционер, за что я очень благодарна нынешним технологиям. Правда вот, чтобы войти в здание мне все равно придется выйти из авто. Но это не критично. Я не барыня, которую нужно переносить на руках да желательно в капсуле, в которой тоже будет прохладно. Не расплавлюсь за пару минут.
― Я буду ожидать вас в кафетерии офиса. Попросите Ивара позвонить мне, и я уже буду в машине.
― Спасибо, Роман. Конечно, идите в кафе, иначе на улице с ума сойти можно.
Я забрала пакет с едой и уверенной походкой пошла в здание через парковку. Солнцезащитные очки забыла, и приходится идти и жмуриться. Хоть бы не навернуться, врезавшись в какую‐нибудь колонну.
На проходной меня пропустили без проблем. Наверняка Ивар сообщил о моем визите и сказал пропустить безоговорочно. Потому что приятный охранник вручил мне даже собственный именной пропуск. Вот это было неожиданно.
― Подождите, пожалуйста, ― крикнула я мужчине, который только что вошел в лифт.
Он улыбнулся и с радостью придержал для меня двери.
― Разве мог я такую красивую девушку оставить дожидаться следующего лифта, ― произнес красавчик, одарив меня любопытным взглядом, стоило мне войти в кабинку.
― Спасибо, ― кивнула я, разглядывая свой педикюр. Красивый лак.
― Вам на какой?
― На верхний.
― К боссу, что ли? Вы, наверное, на работу устраиваться?
― Что, простите?
― Ну, Ивар Викторович ищет нового помощника.
― А, понятно. Ну да, что‐то вроде того.
Называть истинную причину своего визита к Якубину я не собиралась. Нечего подкидывать порцию сладенького для обсуждения всего офиса. И неважно, что рядом стоит мужчина, порой и они бывают похлеще баб и любят потрепаться языком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
― Как насчет поужинать?
Лифт приехал, позволяя мне выскочить из кабины и избежать личного разговора.
― Кажется, вы проехали свой этаж. Всего доброго, ― хмыкнула я и, развернувшись, прошла в приемную.
Даны на месте не оказалось. Я помялась несколько долгих секунд около ее стола и, решив понаглеть, без предупреждения вошла в кабинет Ивара.
Хорошая картина, ничего не скажешь. Холеная блондинка сидит своей туго обтянутой в юбку заднице на рабочем столе моего мужчины. Или что, он уже передумал? А может, решил мне показать, что ждать меня долго не собирается? А почему она еще не раздвинула ноги перед ним, а он не устроился между ними своим лицом? Почему всего лишь сидит, сверкая бедром в разрезе юбки и демонстрируя ему кружево своего черного чулка. Разве она не дура в такое пекло чулки натягивать? Или это намеренная попытка соблазнения?
― Вас не учили стучаться прежде, чем войти? ― прозвучал нахальный голос блондинки.
Меня чуть не вывернуло от ее наглости.
Ивар уже поднялся из кресла, но я не собиралась оставлять ее реплику без внимания.
― А Вас не учили, что на столах не сидят, к тому же в кабинете босса?
― Ивар, что эта девица себе позволяет?
― Виолетта Григорьевна, тон подбирайте, ― рыкнул, пройдя мимо нее.
Выкуси, коза!
― Доброе утро, девочка, ― Якубин взял меня за плечи и, склонившись, поцеловал в щеку.
― Нам нужно поговорить. Сейчас, или я уезжаю. Хотя нет, ― я перевела взгляд на зарвавшуюся девицу и стальным голосом произнесла: ― Если ты хочешь, чтобы я была твоей женщиной, позаботься о том, чтобы ни одна пиявка не присасывалась к тебе и к твоему кабинету. И да, своим сотрудницам передай, что в следующий раз задница может прилипнуть к столу, и домой придется ехать с дырой в юбке.
Я заметила, как подрагивали уголки губ Ивара, но вот веселия с ним не разделяла. Это он еще не знает, что его может ожидать в подобном случае. Но об этом я ему сообщу уже наедине.
― Ивар, я не поняла, эта соска мне хамит? ― выпятив губы, язвительно уточнила стерва.
Господи, с ее‐то губами я соска?
― Виолетта, еще одно подобное выражение, и ты вылетишь с работы. А пока выйди из кабинета.
― То есть? ― она непонимающе уставилась на Ивара.
Мне кажется, или между ними раньше что‐то было?
― Я что‐то не ясно сказал? ― грубо выплюнул Якубин, одарив фифу гневным взглядом.
О, проснулся диктатор.
― Знаешь что! Не думай, что после такого я пущу тебя в свою кровать! ― фыркнула блондинка, и, бросив на меня ненавистный взгляд, прошла мимо, громко хлопнув дверью.
― Как я и думала.
― Ты о чем?
― О том, что эта девица грела твою постель.
― Это в прошлом, Ассоль, ― негромко произнес Ивар, заглядывая в мои глаза.
― Поэтому ты просил Романа привезти меня к тебе в офис и усадил на свой стол эту девицу.
― А ты ревнуешь, мне нравится.
― Я, пожалуй, пойду, потому что, смотрю, пока что ты не готов к серьезным отношениям.
― Девочка, ― прошептал он, положив ладонь мне на затылок.
― Ах да, это тебе обед от Татьяны. Приятного аппетита!
И я развернулась, чтобы покинуть кабинет и не разнести от злости все в щепки. Но Ивар оказался проворнее, он резко перехватил меня за локоть и немного грубо в собственническом жесте прижал к своему телу. Я только выдохнула, когда в нос ударил терпкий аромат его парфюма. Становится жарко.
― Далеко намылилась, девочка?
― Очень далеко. Меня как раз тут на ужин звали, думаю согласиться.
Специально сказала, чтобы позлился, чтобы на себе прочувствовал мое состояние.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
― Какой еще нахер ужин? С подругами?
― С мужчиной! Может, он будет меня уважать! Пусти, ― дернула руку, но Ивар только сильнее прижал меня к себе правой рукой. Не вырваться. Левая же рука переместилась мне на затылок, намотала хвост на кулак и потянула вниз, открывая доступ к моей шее.
