— Зачем пускать слюни? — прохрипело за моей спиной и я взвизгнув, резко развернулась, хорошо хоть заклинанием никаким не припечатала, а то бы вся работа насмарку.
— Как вы себя чувствуете? — торопливо расставила все, что было у меня в руках и подошла к продолжающему молчать птицу. — Ревен, ты меня слышишь?
— Теперь гораздо лучше, — прошептали его губы растянувшись в слабой улыбке, а я начинала злиться из — за его капюшона. Я даже в глаза ему не могла взглянуть, чтобы хотя бы примерно понять в каком он состоянии.
— Что лучше? Где — то болит? — а что если какой — нибудь перелом сросся неправильно или остались внутренние повреждения?
— По имени гораздо лучше, — шепнул, окончательно выведя меня из себя. — Ничего не болит, — добавил едва слышно. — Пока ты рядом — хорошо, — добавил и заснул с блаженной улыбкой.
А я кинулась его мозг проверять, не мог же он на здоровую голову такое нести? Оказалось, что мог. Плюнула на выверты птица и отправилась спать, вот честное слово, пока тихо лежит и рот не открывает, так золотой человек!
Легла на кровать, хорошо, тепло, мягко, а вот птицу не очень. Ну, ничего, он мужчина, ночь как — нибудь переживет без подушки, одеяла и матраца. Успокаивая себя подобными мыслями, пыталась уснуть, но получалось откровенно плохо. Никак совесть проснулась, лучше б она спала или просыпаясь, заодно будила и тело, ибо оно у меня расслабилось и отказывалось реагировать на сигналы мозга.
Еще через какое — то время поняла, что уснуть не удастся, пока моя совесть не даст мне покоя. Встала, поискала по шкафам, достала подушку, и два пушистых пледа. На последние крохи резерва, сплела силовой щит, перекатила на него птица, застелила одним пледом стол, бросила подушку, вернула птица обратно, накрыла вторым пледом, выдохнула, утерла рукой вспотевший лоб.
— После такого, ты просто обязан защищать меня от всех жутиков, — тихонько выдохнула и еще немного подумав, добавила: — И на руках носить!
Заползла в кровать, накрылась одеялом и закрывая глаза услышала в ответ веселое:
— Договорились.
Глава 11
Проснулась от довольно неприятного ощущения, казалось, что кто — то сделал в моем черепе дырку, сунул туда палец и карябает мозги. И я даже предполагала, что за смертник на это способен.
Открыв глаза и проанализировав обстановку, поняла, что мой смертник тут ни при чем. Вон он, приспокойно сидит за столом, попивает чай с пирогом… с одним кусочком… очень маленьким кусочком! И он таял у меня на глазах, вернее, во рту птица!
То ли я так жадно смотрела на пернатого, толи в нем просто проснулась совесть, ага, так же как во мне вчера ночью, когда птица спать укладывала на твердом столе. Не суть важно. Так вот, ел птиц, ел и как подавится! И что самое интересное сразу в мою сторону посмотрел, долго смотрел, потом перевел взгляд на свою руку в которой он держал совсем крохотный и наверняка очень вкусный кусочек и прокашлявшись, закинул его в рот! Вот теперь я была готова убивать пернатого несмотря на то, что вчера изо всех сил пыталась сохранить ему жизнь. Такой голодной я себя еще никогда не чувствовала, а он даже не поделился!
Пернатому меж тем совершенно отказало чувство самосохранения и он с настороженной улыбкой двинулся ко мне, по пути протягивая руки и доставая прямо из воздуха чашку ароматного кофе с молоком и внушительный кусок лимонного кекса.
— Ничего страшного, ты просто голодная, — медленно подходил и разговаривал со мной как с особо опасной психопаткой. — Постарайся сдержаться. Все пройдет сразу же как только ты утолишь голод.
Он был уже совсем рядом, я чувствовала потрясающие запахи и немного разочарования, я так как птиц пока не умела и не факт что вообще смогу. А вот про сдержаться мне было немного непонятно, сижу, молчу, ну подумаешь посмотрела на него убийственным взглядом. В недовольстве дернула кончиком хвоста и щелкнула острыми когтями.
Вот это я подставилась! Мгновенно сменила хвост на ноги. От испуга мне даже есть расхотелось и так страшно было поднимать глаза на лорда. А он присел на краешек кровати и умильно так улыбается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Держи, — всунул мне в дрожащие руки кружку с обжигающим напитком, нахмурился, цыкнул, недовольно поджал губы, придержал кружку и коротко взмахнул рукой.
Так вдруг сразу стало спокойно, хорошо и голод тоже вернулся, а кружка сделалась холодной, но из нее по-прежнему шел ароматный пар. Прошептала тихое «спасибо» за успокоительное и с наслаждением сделала первый глоток. Не сдержавшись, прикрыла глаза и протяжно застонала. С карамелью, как я и люблю… любила. Сколько же прошло времени с того момента когда я последний раз пила этот восхитительный напиток?
— А как? — кивнула на бокал в своих руках. — И где?
— Времени мало, по этому на, ешь, — поставил на мои колени тарелку с лимонным кексом. — А я буду рассказывать. Быстро и только факты, не вдаваясь в подробности. О них расспросишь позже.
Согласно кивнула, в одной руке держа кофе, другой сцапала кусок кекса и впилась в него зубами. Птиц только хмыкнул удовлетворенно и начал объяснять и чем больше он говорил, тем меньше мне все нравилось.
— Я провел с тобой обряд объединения душ. Закончен он был не до конца, да и сейчас не закончен. Сначала я объединил наши души, затем ты связала наши жизни. Спася мою жизнь два дня назад, ты слишком сильно хотела, чтобы я жил, настолько, что забрала у меня часть сердца, а потом отдала мне часть своего. Этим самым, ты смешала наши магии и они эти два дня привыкали друг к другу, знакомились. Наша магия не стала другой, но теперь она хоть и разная — вмести они одно целое. При смешении жизней, бывает и такое, что оба или один из партнеров видит самые яркие воспоминания или предпочтения другого. Так было со мной, я увидел то, что ты любишь больше всего, решил попробовать сам и порадовать тебя. Твой голод вполне нормальная реакция на смешение магии и двухсуточный сон.
Сижу молча, дожевываю последний кусочек бисквита и боюсь задать ему самый главный вопрос. Жую все медленней, но рано или поздно всему приходит конец. Сглатываю, обхватываю почти пустой бокал обеими руками и не глядя на лорда, решаюсь:
— Что теперь со мной будет? — как не стараюсь, голос дрожит.
Еще б ему не дрожать, наставник мне тогда ясно сказал, что в этом мире крайне негативно относятся к чужакам и сначала вдоль и поперек изучат, а потом только отпустят и то, если посчитают не опасным. На не опасную я не тянула, с моей — то силой и резервом. Вот и пряталась столько лет, чтобы за несколько суток взять и сдаться по всем фронтам, еще и главному советнику.
— Для начала ты допьешь свой напиток, потом мы выйдем из дома, и выйти мы должны счастливыми, так как сюда мы сбежали ото всех, чтобы побыть вдвоем, — обозначил он едва заметный намек на улыбку. — В данный момент, твою абсолютную защиту пытается сломать половина магов Итании во главе с королем. На глаза я им попасться не могу так как пройти защиту без твоего разрешения я не могу и не могу перед всеми заявить о том, что защиту ставил не я, а ты, — лорд Ревен замолчал на несколько секунд, давая мне осмыслить сказанное.
— А еще дальше? — подтолкнула я его рассказ в нужное русло.
— А дальше ты вылечишь Ланиса, теперь я уверен, что в этом у тебя проблем не будет и да, совсем забыл, при необходимости мы с тобой можем пользоваться резервами друг друга, — забрал бокал и тарелку, растворяя их в воздухе. — Вылечишь этого мстителя малолетнего и пойдешь учиться к ним в академию, они как раз за тобой присмотрят, на них теперь долгов тебе не меньше чем у меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А как же опыты? — спросила уже в открытую, но птиц кажется меня не понимал.
— Какие опыты? Над кем? — выдал он мне вопросы.
— Надо мной! — начинала я закипать, подозревая его в издевательстве над бедной, испуганной мной.
— Зачем? — совершенно искренне и обескуражено выдал пернатый.
— Затем, что у меня хвост! — Я даже его показала, потрясла кончиком перед лицом лорда.
