Он говорил с видимой искренностью, но для Кэрол его дружелюбие выглядело издевательством.
– Реклама закончилась. Давай лучше послушаем, что думает твоя сестра, – сердито сказала она и отвернулась.
Роз не заставила себя ждать.
– Милая Хилари, – полился из динамика знакомый голос. – Пять лет – это очень большой срок. Что заставило вас терпеть так долго? Вашему другу надо было закончить учебу? Или какие-то особые обстоятельства удерживали его в родительском доме?
– Нет, ничего подобного. Просто до сих пор не представилось случая поговорить об этом.
– Вот что, Хилари, – в голосе Роз зазвенел металл, – вам пора признаться самой себе, что эти отношения зашли в тупик. Ваш приятель просто использует вас, злоупотребляя вашим доверием. Поверьте мне, он не заслуживает такой девушки, как вы. Вам необходимо немедленно расстаться. И запомните: мужчины готовы пойти на многое, чтобы затащить вас в свою постель, но продаваться за пустые обещания не в ваших интересах.
Кэрол с досадой стукнула кулаком по оконной раме. Неужели это так очевидно для всех, кроме нее одной? Она не хотела признаваться себе в этом, но больнее всего ее задела торжествующая ухмылка Дэвида.
– Хорошо, – сказала она, справившись наконец с эмоциями, – допустим, на сей раз ты прав. Но могут же быть исключения...
Дэвид был категоричен.
– Тот парень должен был на ней жениться, – заявил он.
– А что, если он хотел подождать, пока окончательно созреет для такого ответственного дела? – предположила Кэрол, но это объяснение выглядело неубедительно даже для нее самой.
– Можешь поверить моему опыту, – возразил Дэвид, – хотел он кое-чего другого. И это «кое-что» не имеет никакого отношения ни к зрелости, ни к ответственности.
– Да что ты знаешь о настоящих серьезных отношениях?! – с жаром воскликнула она.
– Ну, я как-то почти год встречался с одной девчонкой из Фриско.
– Должно быть, это был какой-то совершенно невероятный секс, – ядовито заметила Кэрол.
– Угадала, – с удовольствием подтвердил он. Кэрол заткнула уши пальцами.
– Не желаю слушать об этом! Ты просто не в состоянии понять меня!
– Зато я в состоянии понять, – не унимался Дэвид, – что парень, способный морочить голову девушке на протяжении пяти лет, редкостная сволочь, а девушка, которая позволяет так обращаться с собой либо мазохистка, получающая удовольствие от унижения, либо...
– Что – либо? – мертвенным голосом поинтересовалась Кэрол.
– ... либо просто дура!
Слово произнесено. Кэрол закусила губу, но слезы, так долго сдерживаемые, уже хлынули неудержимым потоком.
Просто дура!
– Кэрол? – Дэвид обеспокоенно заглянул ей в лицо. Наконец-то до него начало доходить. – О, Кэрол, прости. – Он помедлил. – Как долго это продолжалось?
– Шесть лет, – всхлипнула она.
– Мне очень жаль.
– Жаль? Чего? – Рыдания Кэрол перешли в истерический хохот. – Того, что я оказалась дурой?
Дэвид перепрыгнул со своей лестницы на подоконник и обнял ее за плечи.
– Нет, того, что я сказал резкость, не подумав.
– Я была для него просто привычкой, – заговорила Кэрол, стремясь выплеснуть всю накопившуюся боль. – Чем-то вроде домашних тапочек: удобно и непритязательно. По большому счету ему всегда было наплевать на мои чувства и желания. Он заботился только о собственном комфорте. И вышвырнул меня вон, когда я ему надоела.
– Он – это Ламберт? – тихо спросил Дэвид.
Кэрол кивнула.
– Я совершила огромную ошибку, – прошептала она, понемногу успокаиваясь. – А я так ненавижу совершать ошибки!
Он ничего не сказал, только крепче прижал ее к себе, согревая и баюкая в своих объятиях. Они долго сидели так вдвоем, молча и обнявшись. Впервые в жизни Кэрол казалось, что она обрела безопасное и надежное убежище, к которому всегда стремилась.
Радио и комнате продолжало говорить, но никто уже не слушал его. Звучное контральто Роз Пойндекстер сменилось легкой музыкой, а потом диктор объявил начало полночного выпуска новостей.
– Мне пора, – промолвил Дэвид, убирая руку с ее плеч. – Завтра у нас обоих трудный день. Я договорился с Родом, что он посмотрит мой план и, может быть, порекомендует его отцу.
– Тебе придется встретиться с ним самому. У меня вся первая половина дня занята важными переговорами. Может быть, увидимся за ланчем?
– Договорились.
Дэвид перекинул ноги через подоконник и спрыгнул прямо в сад. Кэрол смотрела ему вслед. Он двинулся было к воротам, но, сделав несколько шагов, остановился, потоптался немного на месте и снова вернулся к окну.
– Что случилось? – спросила она.
– Я подумал, что стоит сказать тебе это сейчас. Я хочу, чтобы ты знала: ты не одна.
– Спасибо, Дэйв.
Да, Кэрол знала это. Дэвид стал ей настоящим другом, самым лучшим другом, каким только может быть мужчина. Он столько сделал для нее...
Она улыбнулась.
– Спокойной ночи, Дэйв.
Он засунул руки в карманы и беспокойно повертел головой.
– Тебе пора, – ласково напомнила она.
– Да, конечно. Спокойной ночи, Кэрол.
Но вместо того, чтобы уйти, он ухватился руками за подоконник, подтянулся и снова оказался рядом с ней. Осторожно коснулся губами ее щеки. Просто братский поцелуй на ночь, ничего более.
И все же он не спешил отрываться от нее. В глубине его темных глаз вспыхнули опасные огоньки, и больше Кэрол ничего не видела. Закрыв глаза и откинув голову назад, она ждала, терпеливо и покорно, словно готовилась к этому моменту всю жизнь.
Дэвид не обманул ее ожиданий. Губы Кэрол словно отведали неведомый доселе, но божественно-прекрасный напиток. Он ловил ее вздохи и возвращал ей, наполнив своим неповторимым запахом. Кровь, пульсировавшая в ее венах, стала вязкой и медлительной, так – что сердце сжалось в груди, отказываясь справляться с непосильной работой. Кэрол обвила руками Дэвида и приникла к нему, как жаждущий к роднику. В эту ночь она не сможет расстаться с ним. Он так необходим ей сейчас!
И Дэвид не разочаровал ее. Обхватив одной рукой за талию, он приподнял отяжелевшее тело Кэрол и перенес ее на диван. Она притянула его к себе с такой силой, что ему тоже пришлось лечь, опустившись на нее всей своей тяжестью, и чувствовала, как под ее требовательными ласками напрягаются мышцы.
Губы Дэвида начали путешествие вниз по ее телу, руки услужливо расстегнули пуговицы на ее блузке, предоставляя губам все больший простор для деятельности. Воздух в комнате неожиданно сгустился и стал упругим и душным, несмотря на распахнутое окно. Перед глазами Кэрол замелькал калейдоскоп цветных ярких пятен, так что закружилась голова. Тело нетерпеливо выгнулось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
