биография его приблизительна. Бесспорно, что он был родом из Фракии — это территория нынешней Болгарии. Есть две версии его происхождения. Первая: из царского рода Спартокидов. В V–II веках до н. э. они правили царством, центр которого располагался там, где сейчас находится город Керчь.
По второй версии, имя Спартак связано с мифологическим народом — спартами. Согласно греческой мифологии, они жили когда-то на территории Северной Греции. Спарты в буквальном переводе — «посеянные». Кем-то когда-то были закопаны в землю зубы дракона. И из них выросли замечательные воины.
Первая версия выглядит более реалистично. Тем более что лучшие воины все-таки происходили не из крестьян, а из высшего сословия. Во всяком случае, в древности. Происхождение из царского рода (что предполагало воспитание, образование) несколько лучше объясняет и те несомненные интеллектуальные способности, которые Спартак продемонстрировал за время своей краткой жизни.
Вот что пишет о нем Плутарх: «Спартак, фракиец, происходивший из племени медов — человек, не только отличавшийся выдающейся отвагой и физической силой, но по уму и мягкости характера стоявший выше своего положения и вообще более походивший на эллина, чем можно было ожидать от человека его племени». Более высокой оценки, чем «походивший на эллина», грек Плутарх дать не мог. Он подчеркивает этим сравнением, что Спартак был человек выдающийся — и не только в том смысле, что отлично махал мечом. Походил на эллина. Какой комплимент!
Не исключено, что Спартак до того, как стал рабом, воевал против Рима. На чьей стороне? Вероятно, на стороне понтийского царя Митридата в 80–60-х годах до н. э. Это была тяжелая для Рима война. Участие в ней фракийцев зафиксировано многочисленными документальными источниками. Спартак вполне мог попасть в плен и быть проданным в гладиаторы. Хороших воинов римляне использовали именно так.
По Плутарху, Спартак был женат на своей соплеменнице, жена находилась вместе с ним и тоже бежала из гладиаторской школы. Она, по словам римских авторов, рассказывала о нем такую историю: однажды, когда Спартак спал, на его лице расположилась и уснула змея. Жена, как все женщины той эпохи, претендовала на толкование знамений. Она говорила, что это событие предрекает ее мужу грозную власть и трагический конец.
Несколько более подробная биография Спартака начинается с гладиаторской школы Лентула Батиата в городе Капуе, к югу от Рима, в области Кампания. Капуя — древний город, основанный еще этрусками, по размеру, богатству и значению сравнимый с самим Римом. И там была знаменитая школа гладиаторов. Лентул Батиат продавал их богатым людям. Гладиаторские бои были важной частью повседневной жизни. Рим просто не умел без этого существовать.
В 74 году до н. э. в этой школе возник заговор гладиаторов, участвовало 200 человек. Нет данных о том, что Спартак был его организатором. Он мог оказаться во главе просто как самый сильный воин.
Заговор, как это почти всегда случается, был выдан неким предателем. Внутри школы начали принимать меры, и усилили охрану. И тогда 78 человек из 200, состоявших в заговоре, силой вырвались, смяли охрану, промчались по улицам Капуи, вооруженные кухонной утварью: ножами, вертелами, которые успели захватить. Отбили атаку муниципального отряда. Отобрали у них настоящее оружие.
Никто еще не понимал, что за грандиозное событие совершается. Как пишет Аппиан, в Риме с полным презрением отнеслись к сообщению из Капуи о побеге каких-то 78 рабов.
Гладиаторы укрылись от преследователей на горе Везувий. Гора крутая и трудная для подъема. На вершину вела одна тропа, довольно извилистая. Но люди, спасавшие свою жизнь, взлетели по ней сравнительно легко. А стражники, ленивая муниципальная милиция, естественно, отстали. Беглецы обосновались там на какое-то время. Их оставили в покое. Была, видимо, простейшая мысль — сами передохнут. Но они оказались не таковы.
К тому же к ним побежали другие угнетенные. Надо сказать, что I век до н. э. был еще временем классического рабовладения в Риме. В его крайних проявлениях раб — это говорящий инструмент («instrumentum vocalis», по выражению Варрона). Такое отношение приводило к отчаянному положению многих людей, а отчаявшиеся способны ухватиться за любую надежду.
И вот лагерь на вершине Везувия стал притягивать недовольных. По данным историков, численность их быстро росла и вскоре достигла 10 тысяч человек. Они превратились в шайку разбойников. Им нужно было питаться, они грабили и наводили ужас на окрестности. Поэтому в Риме в конце концов сочли нужным ими заняться.
В Кампанию был направлен претор Клодий (высокий ранг!) с тремя тысячами человек. Считалось, что этого вполне достаточно, чтобы справиться с любым числом рабов.
Это были пока не легионеры, а охранные войска, но под командованием претора. Клодий счел, что с рабами нечего воевать, узкая тропинка его дезориентировала. Выбрал место, где Везувий со всех сторон неприступен, хорошо перегородил единственную тропу, стал лагерем и начал дожидаться, когда восставшие погибнут без продовольствия.
Но одно из главных личных качеств Спартака, которое отмечает Плутарх, таково — он никогда не сдавался. Он придумал сплести лестницы и канаты из изобильно произраставшего на Везувии дикого винограда. Темной ночью, когда в стане Клодия царила полная беспечность: кто спал, кто развлекался, — они спустились прямо на лагерь, прихватив с собой награбленное к тому моменту оружие. И просто уничтожили отряд Клодия. Лагерь был совершенно разгромлен. Римляне побежали! Это было невероятное и позорное событие. Спартак сделался могущественен и страшен.
Тогда Рим направил в Кампанию другого претора, Вариния, с требованием быстро проучить рабов. Состоялся бой, советник Вариния, Касиний, едва не попал в плен. Его конь достался лично Спартаку. Саллюстий пишет, что римляне были потрясены, появились случаи дезертирства.
А Спартак в это время строит войско. Под его контролем вся Южная Италия. Теперь он принимает не всех, кто к нему бежит, а лишь тех, кто будет воевать. Его войско стало огромным, причем это была уже не просто толпа рабов.
В 72 году до н. э. он направляется на север. У всех простейшая мысль — на Рим!
В Риме началась паника. Припомнили даже старую фразу, III века до н. э, времен Ганнибала, — «Hannibal ante portas» («Ганнибал у ворот»). Похоже по духу на морской клич: «Полундра!» Плохо дело, караул, спасайся кто может! Богатые римляне бегут из поместий, уничтожают документы, заискивают перед своими рабами…
Но вот тут возникают смутные сведения о разногласиях среди предводителей восставших. Дело в том, что у Спартака к тому времени появились сопредводители, Крикс и Эномай, по происхождению, видимо, галлы, с территории будущей Франции. (Эти земли не были еще покорены Цезарем.)
Спартак, вероятно, с самого начала предполагал пройти мимо Рима, не
